Контент удален!

3 Минта (1)

Время шло. С тех пор как Адонис спустился в подземный мир и остался здесь, отношения Аида и Персефоны стали чуть прохладнее. Ровно настолько, чтобы со стороны это не выглядело серьёзной проблемой.

Персефона, будто ничего не случилось, время от времени навещала Адониса, который то и дело создавал проблемы, а Аид несколько дней не скрывал недовольства, а потом замолчал — словно вовсе вычеркнул Адониса из памяти. Будто если имя Адониса не оживёт на чьих-то устах, то ничего и не случилось.

Постепенно небо подземного мира вернулось к прежнему цвету, давая понять, что гнев хозяина утихает. Персефона принимала это как должное. А как иначе? Он великий бог — а другой всего лишь какой-то смертный.

Потому к тому времени, как прошло около полумесяца с возвращения Адониса в подземный мир, их отношения казались совершенно безоблачными. И всё началось именно в тот день.

Первое, что почувствовала Персефона, поздно поднявшись и расчёсывая волосы, — запах. Незнакомый, но узнаваемый, не подземный, а земной аромат.

Мёртвая служанка и какая-то женщина склонились перед ней в глубоком поклоне. Рядом с прислужницей, чьи веки были сшиты нитью, стояла незнакомая женщина. У женщины была тень. Персефона поняла с первого взгляда: перед ней не человек, а нимфа.

Хм?

Обычная на вид, юная — можно было выделить разве что круглое лицо, пухлые губы да тёмно-зелёные глаза. Ничего особенного. Самое примечательное — то, что она жива. Что уж тут добавить.

— Госпожа Персефона.

Персефона, склонив голову набок, посмотрела на неё.

— Это место не для таких нимф, как ты.

В золотом дворце есть всё — кроме одного, чего быть не должно.

Живого.

Неважно, зверь или человек — существо, о котором здесь можно сказать «жив», — это только боги, свободно поднимающиеся на землю и спускающиеся в подземный мир. Лишь изредка, в виде исключения, случались происшествия: живые, расхрабрившись, пытались вписать себя в главу героических сказаний или, опьянев от чувств, требовали вернуть им умерших. Но это случалось нечасто.

Нимфа почтительно склонила голову. Она слегка дрожала.

— ...Приветствую вас, госпожа Персефона.

— Не знаю, какое у тебя дело и кого ты пришла сюда вернуть... но уходи.

— Я... я пришла ради госпожи Персефоны.

— Ради меня?

— Да.

На губах Персефоны мелькнула улыбка.

— Если это шутка — будто ты явилась умолять меня вернуть меня же, — то свежо.

— Нет, я Минта. Я прибыла по приказу господина Аида, чтобы с сегодняшнего дня стать служанкой царицы.

Персефона, до сих пор хранившая безучастный вид, впервые взглянула на неё с интересом. Иначе и быть не могло. Отношения между ними начали налаживаться несколько дней назад, но это не значило, что Аид подобрел. Он ведь так негодовал из-за того, что она отняла Адониса у Афродиты, — а тут приставляет к ней служанку. И не мёртвую, а живую.

— Аид прислал?

— Да.

— Не может быть.

— Это тебе.

Персефона обернулась на голос, раздавшийся у входа, и посмотрела туда. Аид, небрежно прислонившийся к колонне у входа, смотрел на нимфу. Потом встретился взглядом с Персефоной и привычно улыбнулся. Странное напряжение повисело в воздухе и рассеялось, стоило ему двинуться.

— Это ты?

Поднявшаяся Персефона недоверчиво нахмурилась. Аид подошёл и естественно обнял её за плечи.

— Если будешь тосковать по земле, будет с кем поговорить и разогнать тоску.

— ...Аид.

— Как там, на земле, живые заботятся о тебе, так и здесь хорошо бы иметь руки, что позаботятся о тебе с удобством.

Персефона с любовью улыбнулась и обняла его за талию. Он запомнил её слова — тогда, когда она упрямо требовала оставить Адониса и ворчала, что подземный мир скучен. Не в его духе, но уже от одного этого становилось приятно.

— Но это на тебя не похоже.

Она не имела в виду, что он невнимателен. Аид пообещал дать ей всё, чего она пожелает, и действительно давал — но в том, что касалось живых существ в подземном мире, у него были свои принципы.

— Если бы ты водилась с другими богинями, в этом не было бы нужды.

— Это хлопотно.

— Так прими её.

— Но эта нимфа принадлежит владениям Феба.

— Раз она здесь, наполовину мёртвая.

— А другая половина?

— Когда-нибудь умрёт.

Персефона, молча смотревшая на него, фыркнула. Аид, словно решив, что её реакция не так уж плоха, неспешно погладил её по щеке. Впервые за почти полмесяца он вернулся к ней с такой нежностью — и Персефона ощутила ещё большее удовлетворение.

— Говорят, она родом оттуда, где ты выросла, — так что и в друзья сгодится.

— Ты так много для меня делаешь.

— Если бы я узнал чуть раньше, прошлого бы не случилось.

Он говорил об Адонисе. Персефона, прищурившись, будто пытаясь понять его истинные намерения, решила просто насладиться моментом. Всё остальное было неважно. Уже то, что он привёл для неё живую служанку, было большим делом.

Аид повернулся к нимфе.

— Эта нимфа сама изъявила желание служить тебе. Редкий случай. Девочка, служи ей так, чтобы она ни в чём не нуждалась.

Нимфа, чьи уши слегка покраснели, низко поклонилась.

— Это безмерная честь.

Аид, будто и не был холоден, с заботливой улыбкой подтолкнул её.

— Ты ведь не откажешься?

— Если это подарок от тебя...

Персефона, прижавшись щекой к его груди, искоса взглянула на нимфу. Она оглядела её с чуть иным выражением. Небрежно убранные пушистые жёлтые волосы, тёмно-зелёные глаза — в них не было даже загадки. Туника на ней выцвела и выглядела жалкой. Будто поймали девчонку, что бегала по горам, и притащили как есть.

— ...Не могу отказаться.

Это было интересно.


─── ⸙∙✧∙☾∙✧∙⸙ ───


Перекатывая кончиками пальцев зёрна граната, рассыпанные по серебряному подносу, Персефона думала о запахе. Это был аромат, который, как клеймо, раз попав в нос, уже не забыть. Она пыталась вспомнить, от чего на земле могло пахнуть так же, но подходящего названия не приходило. Настолько своеобразным был аромат. В нём была свежесть травы, но для цветочного запаха — слишком сильная, и прохлада на кончике носа, но для травяного — слишком сладкая.

Отодвинув поднос и вытерев пальцы полотенцем, Персефона поднялась.

— ...Ты правда сама захотела служить мне?

— Да.

— Откуда ты?

Нимфа, выглядевшая слегка подавленной, ответила чётко:

— Я служила Пану, покровителю пастухов, в Аркадии, что у горы Киллены.

— А-а, это далеко от моей родины. Впрочем... Аид считает, что земля везде одинакова. Я выросла на Сицилии.

— Я... я не удостоилась милости госпожи Деметры напрямую, но в почтении к великой Матери-Земле Деметре и к милосердной госпоже Персефоне, что дарит нам весну, я не уступлю нимфам Сицилии.

Персефона, улыбнувшись так, будто ей было неинтересно слушать все эти восхваления, спросила:

— Но когда... как ты попала на глаза Аиду? Он последний раз поднимался на землю больше десяти лет назад.

— Простите за дерзость... Я впервые увидела его здесь.

— И как же?

— Меня привёл сюда господин Танатос.

Голова Персефоны слегка склонилась. Она в душе решила, что нимфу наверняка привёл хлопотливый Гермес. Танатос, известный тем, что часто попадал в крупные переделки, редко спускался в подземный мир — на земле у него было много работы.

Минта, поняв, что объяснение вышло неполным, добавила:

— Около десяти дней назад господин Танатос посетил лес, где я жила, и расспрашивал о нимфах, что могли бы помочь во дворце подземного мира. Я... я давно надеялась на такую возможность, поэтому вызвалась сама. Госпожа Персефона — царица подземного мира и наша весна. Кто откажется от такой чести?

— Говоришь, ты служила Пану, проказнику?

— На родине — да.

— Служанка, что меняет хозяев. Забавно.

Испуганная Минта поспешно возразила:

— Нет...! Он, строго говоря, не был хозяином — мы просто ненадолго одолжили его лес. И господин Пан всегда был занят, гоняясь за своими нимфами, так что его лица было не увидеть. Хорошенькие нимфы разбегались, стоило ему вернуться на родину.

— Язык у тебя подвешен хорошо.

— Нет, я не льщу и не подлизываюсь.

— Если не только язык подвешен — неважно. Значит, Танатос действовал по приказу Аида.

Персефона, пробормотав это ласковым голосом, подняла палец, и мёртвые служанки принесли и накинули на неё мантию. Их руки двигались очень медленно. Минта, наблюдая за этим, подошла и стала помогать. Персефона, глядя сверху на её макушку, пока та разглаживала складки, спросила:

— Кажется, там, где ты жила, растут необычные растения. Что это за запах?

— Простите?

— От тебя пахнет.

Минта поспешно отступила, сложив руки на животе, и покраснела.

— Это... это просто с детства, от леса...

— Нечего так пугаться. Запах не противный. Идём за мной.

Персефона, будто не слушая ответа, прошла в другую комнату, смежную со спальней.

Комната была окутана тусклым светом свечей. Слева поблёскивали доспехи и оружие, справа рядами стояли каменные колонны с мелкими экспонатами. Минта, украдкой озираясь, шла за Персефоной к дальней стене. В конце длинной комнаты высились горой шкатулки с украшениями и разноцветные ткани.

Персефона, перебрав ткани пальцами, вытащила шёлк тёмно-жёлтого цвета.

— Посмотришь? Не знаю, понравится ли тебе такой цвет, но мне кажется, он тебе пойдёт. Умеешь шить?

Минта вздрогнула и посмотрела на неё расширенным глазами. Такой милости она и представить не могла.

— Вы... вы дарите это мне?

— Раз Аид выбрал тебя для меня, у тебя должен быть соответствующий вид.

Минта, устыдившись своего вида, крепко сжала губы. Напряжение понемногу отпускало.

— Благодарю вас.

На самом деле Минта всё время боялась, что Персефона окажется холодной и суровой хозяйкой. Её второе имя — «Дева весны» — было более привычным, и до сегодняшнего дня, до самой встречи, у Минты теплилась смутная надежда, что Персефона окажется очень живой и весёлой богиней. Но холодный взгляд, которым её встретили, не выслушав, и улыбка, с которой спросили, не собака ли она, кусающая хозяина, — всё это оставило неприятный осадок.

А тут — дарят ткань. Какова бы ни была причина, Персефона оказывала ей милость.

— ...С детства я вместе с другими нимфами трогала ткани. Мастерство у меня невелико.

— Тогда хорошо. Сначала ты была мне не нужна, но, подумав, я решила, что это к лучшему. Здешние служанки слишком медлительны. Ты уже осмотрела подземный мир? Сколько дней ты здесь?

— Я спустилась только вчера.

— Ты из тех, кто не знает страха, или из тех, у кого большие амбиции?

— Простите...?

Минта, не понявшая сразу, переспросила. Персефона, оторвавшись от ткани, посмотрела на неё, и её губы растянулись в тонкой улыбке. На первый взгляд — улыбка, но Минта снова напряглась, подумав, что это, возможно, вовсе не улыбка.

— Что удивляться. Я просто проявляю интерес к нимфе, что сама вызвалась служить мне.

— Я восхищаюсь госпожой Персефоной...

— Так что? Что из двух?

Минта опустила голову, пряча покрасневшее лицо.

В окрестностях горы Киллены, где выросла Минта, было полно нимф — прекрасных, или искусно играющих на инструментах, или одарённых в охоте. Увы, Минта не обладала ни одним из этих талантов.

Честно говоря, она была совсем другой. Незаметная, самая обычная нимфа. Не особенно красивая, не особенно остроумная, не особенно тихая — средний характер, которым даже не прославишься. Даже Пан, бог пастухов, что сбегался на каждый шорох юбок, не удостаивал её взглядом.

Когда-то Минта втайне мечтала о любви Пана, но он смотрел только на Сирингу, что раз за разом отвергала его. Когда она, желая утешить Пана, что искал следы сбежавшей Сиринги и тосковал, осмеливалась к нему обратиться, он лишь спустя долгое время одаривал её взглядом, будто говоря: «А, и такая нимфа была?» Из-за её обычного вида о ней постоянно забывали.

Что поделать, коль родилась такой. В душе она смирилась, но в глубине души оставалась маленькая обида. Даже с крупинку, но обида. И тут она встретила Танатоса. В подземном мире, куда живым вход запрещён, искали служанку для царицы. Уже то, что живой спускается под землю, — огромное дело, а тут ещё и служанка самой Персефоны. С того мгновения, как Минта спустилась в подземный мир, Персефона стала для неё особенной — важнее любой богини. Минта жадно ловила каждое её слово. К тому же с нимфами, что не замечали её, её не связывала глубокая дружба или верность, так что выбор не потребовал долгих раздумий.

Минта, не выдержав пронзительного взгляда Персефоны, тихо призналась:

— ...В горах, где я жила, я была никем. Но здесь, куда не всякий может войти, служить господину Аиду и госпоже Персефоне — это особенная роль, что я вызвалась сама.

Персефона, молча смотревшая на неё, мягко улыбнулась.

— Но и ветер тут не особенный. Впрочем, с этого дня ты будешь служить мне — так что можешь гордиться: ты особенная, не то что те, на земле.

Минта, залившись краской, низко поклонилась. Персефона, отвернувшись с изящным видом, накинула на неё светло-лиловую ткань.

— Аид не оставил тебе никаких особых указаний?

— Простите...?

— ...Служа мне, что делать... как делать.

— Он сказал: прислуживать, чтобы вам не было одиноко, и следить, чтобы я случайно не прогневала госпожу Персефону.

Персефона, чуть приподняв веки и пристально глядя на Минту, усмехнулась. Вблизи Персефона была невероятно красива. Волнистые светло-каштановые волосы и глаза цвета янтаря — они словно не подходили этой тьме. Наверное, потому её и любит господин Аид. Минта подумала об этом, сама не заметив.

Тут вмешалась служанка, что прислуживала днём, — с синеватым оттенком кожи.

— Госпожа Персефона.

Персефона изящно подняла голову.

— Что такое?

— Человек буянит в своих покоях, требуя встречи с госпожой Персефоной.

Глаза Минты слегка округлились.

Человек?

Персефона на мгновение поморщилась. Перед ней стояла нимфа, но её внимание волей-неволей отвлеклось. В последнее время её главной заботой был Адонис. Это хрупкое, жалкое создание не могло избавиться от тоски по земле и не гнушалось ввергать себя в страдания. Увы, Персефона не могла забрать его целиком — часть его всё ещё принадлежала ему и Афродите, и заботиться о его благополучии, пока он в подземном мире, тоже было её долгом.

Персефона равнодушно спросила:

— Он не ранен?

— Нет.

— Пусть боится, пока не выбьется из сил.

Служанка удалилась неестественной походкой. Не было слышно звука её шагов. Минта, выпавшая из разговора, вдруг встретилась с Персефоной взглядом и вздрогнула, опустив глаза. Персефона улыбнулась, будто ничего не произошло.

— Порой низшие делают удивительный выбор. И наша роль — проявить великодушие и помочь им. В отличие от тебя, он не сам вызвался остаться в подземном мире.

Минта, не зная, что сказать, помялась и осторожно спросила:

— ...А мёртвый человек может пораниться?

Персефона склонила голову набок и улыбнулась.

— Почему ты думаешь, что он человек?


─── ⸙∙✧∙☾∙✧∙⸙ ───


Минта сидела в своей каморке. Комната, которую ей отвели, была узким пространством, примыкавшим к арочному каменному проходу без двери. Всё убранство — маленькая каменная кровать с тонкой подстилкой да каменный столик, и у того не было даже стула. Взять с собой она смогла лишь собственное тело — ни вещей, ни места для них у неё не было. Но ещё полмесяца назад она ела, пила и спала в осеннем лесу, в багряной листве. А эта каморка давила своей пустотой. Будто ей хотели напомнить о реальности. В этом огромном, необъятном подземном мире, в его сияющем дворце её место — лишь здесь.

Сидя на жёсткой кровати, Минта по привычке грызла ногти.

— Аид не оставил тебе никаких особых указаний?

— Простите...?

— ...Служа мне, что делать... как делать.

Если искать в том ласковом голосе остроту, можно заблудиться, как слепой, — но она определённо впилась в неё остро. Что за сила была в голосе Персефоны? Предчувствие? Или ошибка?

— Почему ты думаешь, что он человек?

Минта мысленно поуторяла имя Адониса. Человек, о котором говорила Персефона, — наверняка тот юноша. Зная, каким путём и как он оказался подле Персефоны, она чувствовала лишь большее несоответствие. Когда она, притворяясь незнающей, расспрашивала об Адонисе, Минта надеялась, что Персефона ответит: «Он живой человек». Но она не успела спросить, кто он, если не человек. Потому что Персефона сразу после этого ушла.

Если подумать, всё было слишком гладко — и это тоже питало подозрения. Пусть по приказу Аида, но богиня так добра к простой нимфе, как она. Свернувшись калачиком, Минта прижалась щекой к жёсткой постели и попыталась успокоиться. На мгновение вспомнился Аид, нежно обнимавший Персефону. Настроение понемногу улучшилось.



Прим.пер.: второй том назван в честь Минты. В мифологии она была дочерью реки Коцит и любовницей Аида. В одних источниках она была наложницей Аида до того, как он похитил Персефону, в других — стала ею после. Персефона или её мать Деметра после разногласий с Минтой превратили ее в садовую мяту, что использовалась в погребальных обрядах. По другой версии это Аид превратил убитую Персефоной Минту в мяту, которую назвал в честь имени погибшей возлюбленной.

1 Он нашёл меня 13.10.26
2 Дочь Деметры 13.10.26
3 Мир мёртвого (1) 13.10.26
4 Мир мёртвого (2) 13.10.26
5 Настойчивая девушка 13.10.26
6 Начало проблемы (1) 15.10.26
7 Начало проблемы (2) 15.10.26
8 Её желание стать невидимой 15.10.26
9 Зови меня Корой 15.10.26
10 Капля яда 15.10.26
11 Его желание обладать 18.10.26
12 Поцелуй от него (1) 18.10.26
13 Поцелуй от него (2) 18.10.26
14 Гермес-воин 18.10.26
15 Отсутствие смерти 20.10.26
16 Раб желания 20.10.26
17 Другая женщина (1) 20.10.26
18 Другая женщина (2) 20.10.26
19 Желай меня (1) 22.10.26
20 Желай меня (2) 22.10.26
21 До конца развращённая (1) 22.10.26
22 До конца развращённая (2) 22.10.26
23 Ослеплённый царь (1) 25.10.26
24 Ослеплённый царь (2) 25.10.26
25 Неожиданный визит 25.10.26
26 Мягкое предупреждение (1) 25.10.26
27 Мягкое предупреждение (2) 27.10.26
28 Страх потерять кого-то (1) 27.10.26
29 Страх потерять кого-то (2) 27.10.26
30 Что ты такое? 27.10.26
31 Преданная последовательница 29.10.26
32 Совершённый грех (1) 29.10.26
33 Совершённый грех (2) 29.10.26
34 Лихорадка желания (1) 29.10.26
35 Лихорадка желания (2) 01.11.26
36 Наказание для грешника (1) 01.11.26
37 Наказание для грешника (2) 01.11.26
38 Навеки и навсегда 01.11.26
39 Убийство смерти 03.11.26
40 Слова ловкача 03.11.26
41 Из-за любви 03.11.26
42 Разоблачение (1) 03.11.26
43 Разоблачение (2) 05.11.26
44 Странное поведение 05.11.26
45 Тропа нарциссов (1) 05.11.26
46 Тропа нарциссов (2) 05.11.26
47 Обманутый 08.11.26
48 Пещера у утёса (1) 08.11.26
49 Пещера у утёса (2) 08.11.26
50 Такова моя судьба 08.11.26
51 Исповедь Сизифа 10.11.26
52 План царицы подземного мира 10.11.26
Побочная история (1) 10.11.26
Побочная история (2) 10.11.26
Побочная история (3) 12.11.26
Побочная история (4) 12.11.26
Побочная история (5) 12.11.26
Побочная история (6) 12.11.26
Пролог второго тома новое 15.11.26
2 Решение новое 17.11.26
3 Минта (1) новое 19.11.26