1 - 85
Слегка расфокусированный взгляд, полный нежности и жажды обладать ею. В губах Си Джуна, трущихся о её кожу, сквозило отчаяние, а руки, сжимавшие руки Са Юль, трепетали. Словно он до смерти боялся, что её сердце может от него отвернуться.
Он снова обхватил её ладони обеими руками и глубже зарылся в них лицом. Как ластящийся ребенок.
— Са Юль-а.
— …
Чмок. Са Юль, глядя, как Си Джун снова целует её ладонь, тихо позвала его:
— Сонбэ.
— Угу.
— Если честно, мне было очень обидно и тяжело на душе.
— …
Тихо вздохнув, Са Юль бессильно улыбнулась и продолжила:
— Но на самом деле, пока я сидела там и слушала всё это, у меня в голове крутилась только одна мысль.
— Какая мысль?
Мягко поглаживая его щеку, прижавшуюся к её руке, Са Юль прошептала:
— Как же сильно я хочу поскорее пойти к Хён Си Джуну…
— …
— Как сильно я соскучилась.
— …
— Тебе было так тяжело, сонбэ…
Си Джун на мгновение замер, словно не веря своим ушам, а затем медленно покачал головой. Глаза, полные влаги, красиво сощурились, как у человека, услышавшего самые радостные слова в своей жизни.
— Теперь всё хорошо.
Са Юль, с любовью глядя на него, достала то, что всё это время хранила в кармане юбки, и осторожно вложила ему в руку.
— Я возвращаю тебе это.
— …
Си Джун с недоумением посмотрел на предмет, лежащий на ладони, и его глаза широко распахнулись.
[Хён Си Джун]
Аккуратный белый акриловый бейдж с тремя слогами его имени. В тот день, на исходе лета, он оставил у Са Юль свои девятнадцать лет.
— Это…
— Я всё это время хранила его. Думала, вдруг… вдруг когда-нибудь я снова встречу тебя…
От этого признания, что она ни на мгновение не забывала о нём, грудь Си Джуна тяжело вздымалась. То, что она снова вложила эту вещь в его руку, было доказательством: что бы она ни узнала о его прошлом, чувства Са Юль к нему останутся неизменными.
— То, что случилось в прошлом — не твоя вина. И мои чувства не изменились.
— …
— А то, что было потеряно по пути — мы просто найдем заново.
— Ты…
— Так что продолжай любить меня. Не думай о том, имеешь ли ты на это право.
— …
— Потому что я буду делать то же самое…
Ах…
Грудь Си Джуна наполнилась странной, невыносимой радостью. Глядя на сияющую улыбку Са Юль, ему показалось, будто между ними подул летний ветер с ароматом зелени, хотя такого просто не могло быть.
Тонкий аромат её шампуня, щекочущий нос. Оглушительный стрекот цикад, от которого закладывало уши. Гладкие черные волосы и белая школьная блузка. И её пальцы, с ясным лицом наносящие мазь и клеящие пластыри на его раны.
Восемнадцатилетняя Са Юль, которая раз за разом тянулась к нему, пытаясь исцелить его в то время, когда он лишь отчаянно пытался скрыть шрамы, даже сейчас, спустя столько лет, оставалась его спасением.
Не в силах больше сдерживать захлестнувшие эмоции, Си Джун резко поднялся. Как только он оказался перед ней, Са Юль обхватила его лицо ладонями и впилась в его губы. На самом деле они оба знали: они отчаянно жаждали этого момента с той самой секунды, как она вошла в этот номер. Белый бейдж со стуком упал на ковер.
— М-м, ах…
Длинные пальцы Си Джуна зарылись в волосы Са Юль. Притянув её за затылок, он начал грубо и жадно засасывать её губы, словно собираясь проглотить их целиком. Это был не обычный нежный, неторопливый поцелуй, а поцелуй, пропитанный отчаянной жаждой и темной похотью.
— Ах…!
Си Джун глубоко втянул в себя влажную, скользкую нижнюю губу Са Юль. Всё внутри него, вторгавшееся в её рот, обжигало, словно раскалилось до предела: как вообще можно быть настолько горячим?
— М-м, мф…
Словно человек, который только и ждал, когда её губы приоткроются, словно тот, кто умрет завтра, если сегодня не выпьет её сладкий нектар до дна, Си Джун бешено исследовал рот Са Юль, сплетаясь с её языком.
Их слюна смешивалась, два мягких языка переплетались и расходились, и каждый раз комнату заполнял влажный, липкий звук. Его язык касался её мягкого нёба, нежной внутренней стороны щек — каждого уголка её рта.
Чмок, м-м, чмок. В перерывах между откровенным слиянием податливой плоти Си Джун горячо шептал:
— Ты правда в порядке? Даже услышав всё это?
Са Юль, крепко сжимавшая подол черной футболки Си Джуна и всецело принимавшая его язык, подняла затуманенный взгляд.
— Да…
Сквозь губы, покрасневшие и припухшие от поцелуев, сорвался тихий ответ:
— Всё в порядке.
Как отреагировал бы Си Джун, если бы она сказала, что после того, как узнала всё, он стал ей еще дороже, еще желаннее, что теперь она хочет защищать его?
Но Са Юль отложила любопытство на потом, просто вбирая взглядом его разгоряченное страстью лицо.
— Просто больше ничего от меня не скрывай.
Словно он не мог вынести даже тех нескольких секунд, пока она говорила, Си Джун начал покрывать её лицо обжигающими поцелуями: чмок, чмок.
— Ах, ну ответь же сначала.
— Да. А теперь дай мне снова сосать твои губы…
Услышав эту мольбу, выдохнутую вместе с горячим дыханием, Са Юль кивнула, и в то же мгновение её губы снова были поглощены Си Джуном.
* * *
Даже снимать одежду казалось непозволительной тратой времени.
Си Джун, подталкиваемый Са Юль, спиной наткнулся на изголовье кровати. Послушно поддавшись, он откинулся назад и одним рывком поднял её, усадив себе на колени. Всё это время их губы не размыкались ни на секунду.
— Ах, ха-а…
Со звуком, от которого сладко защекотало в ушах, их губы разорвались. Си Джун большим пальцем стер слюну, стекающую по подбородку Са Юль, усмехнулся и со звуком чмок поцеловал её в кончик носа.
— Какая же ты милая.
Даже разгоряченное страстью лицо смеющегося Си Джуна было безупречно красивым. Пристально посмотрев на него, обнимающего её, Са Юль тоже чмокнула его в губы и тихо произнесла:
— Сонбэ…
— Угу.
— Можно я буду делать то, что захочу?
Обычно Си Джун, всегда производящий впечатление сдержанного и аскетичного человека, во время секса с Са Юль становился почти одержимым: он без устали набрасывался на неё или брал инициативу в свои руки. Ролями они менялись редко — разве что когда Си Джун покорно выполнял её мелкие просьбы.
Услышав неожиданный вопрос, Си Джун удивленно приподнял бровь и рассмеялся:
— И что же ты хочешь сделать со мной?
— Просто…
Са Юль, дразняще ласкавшая ухо Си Джуна, со странной улыбкой скользнула рукой вниз, к его шее. Глядя, как у него нервно дернулся кадык и как пристально он смотрит на неё, она оставила легкий поцелуй на его красивой, ровной шее и начала медленно, дюйм за дюймом, вылизывать её сверху вниз — совсем как он обычно делал с ней.
Си Джун резко, горячо выдохнул и хрипло, севшим голосом процедил:
— Это пытка?
Тихо рассмеявшись прямо над его шеей, Са Юль медленно просунула руку под его черную футболку. Стоило ей нежно провести пальцами по кубикам пресса и погладить твердую грудь, как на руке Си Джуна, сжимавшей её ягодицу, вздулись вены.
— Считай это наказанием. Ты заставил меня поволноваться.
— …И до каких пор мне терпеть?
— Пока не сможешь больше?
В черных глазах Си Джуна вспыхнуло опасное, почти дикое пламя. Ей было совершенно ясно, что он сдерживает бушующую в нём, незнакомую ей, первобытную похоть.
Са Юль, наклонившись, задрала его футболку вверх и начала вылизывать гладкие мышцы. Её губы, медленно блуждавшие по его телу, опускались всё ниже, пока не коснулись низа живота, а кончики пальцев тем временем уже дразняще поглаживали его туго стоящий член сквозь ткань.
Откинувшись назад и опираясь на руки, Си Джун смотрел на неё сверху вниз; он слегка нахмурился и тяжело выдохнул, словно выпуская сигаретный дым. Когда лицо Са Юль скрылось за рассыпавшимися волосами, он прошептал нетерпеливым голосом:
— Собери волосы, Са Юль.
— М?
Са Юль снова скользнула вверх и с влажным звуком облизала и поцеловала его грудь. Когда она втянула его сосок в рот с характерным чмоканьем, Си Джун процедил сквозь стиснутые зубы:
— Хочу видеть твое лицо.
— Сделай это сам.
Когда Са Юль протянула руку, Си Джун снял резинку с её тонкого запястья и собрал её гладкие волосы. Ощущение его длинных пальцев на затылке пустило мурашки по её шее.
Хотя это было простое прикосновение, чтобы завязать волосы, напряжение между ними было настолько плотным, что кожа в тех местах, где её касался Си Джун, казалось, покалывала.
Когда Са Юль одним движением стянула с него брюки вместе с боксерами и провела рукой по упруго вставшему члену, Си Джун нахмурился и непроизвольно с силой сжал её волосы.
— Ах…
Когда он небрежно собрал волосы, раскрасневшееся от жара лицо Са Юль оказалось полностью на виду. Си Джун посмотрел на Са Юль, которая как раз собиралась взять его член в рот, и, увидев её чистое лицо, так же, как и он, поглощенное желанием, мгновенно потерял терпение.
— А-ах…!
В мгновение ока опрокинув Са Юль на спину, Си Джун начал расстегивать пуговицы её блузки. Его терпение было настолько на исходе, что ему было невыносимо даже расстегнуть всё до конца — он просто разорвал воротник и сразу же задрал её бюстгальтер вверх.
Белая, округлая грудь даже не успела колыхнуться, как была безжалостно смята в руке Си Джуна. Соски, туго затвердевшие и налившиеся темно-розовым, тут же были втянуты в его мокрый, горячий рот.
— М-м-м…
Когда он начал с такой силой засасывать сосок, что у него даже впали щеки, Са Юль издала стон, похожий на болезненный вскрик. Сосущая боль в груди отдавалась сладкой щекоткой внизу живота, а под коленями покалывало, словно от разрядов тока.
Вены грубо вздулись на руках Си Джуна, который, с красными от жара ушами, жадно покусывал и сосал нежную плоть её сосков. Чмок, шлюп. От этих непристойных звуков, от которых лоно Са Юль наливалось тяжестью, она стонала в полубреду.
Глядя в затуманенные глаза Са Юль, Си Джун внезапно с силой прикусил сосок, который только что нежно жевал.
— Ах-х!
— Сосредоточься на мне.
В отличие от его безупречно строгого внешнего вида в костюме на работе, сейчас его одежда была расхристана, глаза покраснели от страсти, голос стал хриплым, а волосы — слегка растрепаны от её прикосновений…
Этот Си Джун был не менее возбуждающим, чем его руки и губы, ласкающие и вылизывающие её тело. Даже то, что он, обычно никогда не теряющий самообладания, сегодня казался таким нетерпеливым.
«Как я мог… Какое я имел право…»
В голове вдруг всплыло воспоминание о том, как он обрывал фразы, словно считал свою любовь к Са Юль преступлением — он, человек, выживший в таком аду. От этого воспоминания где-то глубоко в сердце снова кольнуло болью.
В этот момент, словно пытаясь стереть из её головы все посторонние мысли, Си Джун чуть ли не сорвал с неё чулки. Тресь. С треском тонкой рвущейся ткани он стянул порванные чулки из-под юбки, задравшейся до самых бедер.
— Ах…
Словно жалея даже секунды на то, чтобы снять всё до конца, Си Джун оттянул в сторону ткань её белых трусиков и медленно потерся о неё членом.
— М-м-м…
Почувствовав, что лоно Са Юль уже вязко и мокро от соков, он издал недоверчивый смешок.
— Хан Са Юль.
— А, ха-а…
С хриплым от похоти голосом он медленно сделал толчок бедрами, и, хотя он даже не касался её руками, её клитор, уже набухший от других ласк, потерся о его член, вызвав обжигающий разряд удовольствия.
— Кх-х, м-м.
— Я тут ползал перед тобой на коленях, умолял, чтобы мне разрешили дотронуться до тебя.
Его член терся о неё так сильно, что она отчетливо чувствовала контуры вен, проступающих под кожей, и её плечи непроизвольно содрогнулись.
— Ах-х, ах, сонбэ…
— Пока я умирал от нетерпения, ты уже успела так намокнуть.
От стимуляции, заставившей низ живота задрожать, Са Юль всхлипнула и, сама того не осознавая, качнула бедрами, прижимаясь лоном к его члену.
— Стоит мне открыть рот, называешь меня лисом, а сама-то сейчас кто? Лисёнок.
— М-м, ах, сонбэ…
— И с каких это пор ты такая мокрая?
— Ха-а, когда… когда ты сосал мои губы…
От этого бесстыдно честного ответа Си Джун почувствовал такой жар, что у него зазвенело в затылке. От липкого, хлюпающего звука трения двух уже насквозь промокших плотей всё тело Са Юль начало краснеть.
Обильно скопившаяся смазка стекала по промежности, щедро смачивая ложбинку между ягодицами. Си Джун, дразнивший Са Юль, потираясь членом сквозь её трусики, намокшие так, словно она побывала в воде, издал сдавленный стон и приподнялся.
Разорвав плотную упаковку и швырнув её под кровать, Си Джун натянул презерватив и уставился на Са Юль покрасневшими от жара глазами. Оцепеневшая Са Юль чувствовала, что вот-вот будет проглочена заживо этими смотрящими на неё глазами.
Затем головка члена потерлась о промежность Са Юль. Огромное, тяжелое ощущение чего-то чужеродного, давящего на подрагивающие половые губы, сегодня казалось куда более внушительным, чем обычно.
— Сонбэ…
В их головах мелькнула мысль, что эта ночь будет куда более ошеломляющей и тяжелой, чем все их предыдущие ночи вместе взятые. И для Са Юль, которая раскрыла тело, чтобы принять его всего, зная теперь о нём абсолютно всё. И для Си Джуна, чья нежность к ней вылилась в разрывающую сознание, необузданную похоть. Они оба знали: сегодня они хотят достичь самого дна друг друга, чего бы это ни стоило.
