1 - 89
— О, о, выходит! Выходит!
— Подождите. Камеры! Не толкайтесь!
Перед особняком председателя Хён Вон Джона остановился до блеска начищенный дорогой седан. Хён Вон Джон, сидевший на заднем сиденье с наглухо тонированными стеклами, недовольно поморщился: он не мог даже выйти из машины из-за толпы, облепившей её, словно стая голодных собак.
— Господин председатель, э-э… Вперед проехать тоже невозможно. Переулок узкий, так что, похоже, вам придется выйти и дойти пешком.
Водитель, растерянно оправдываясь, осторожно предложил этот вариант, а Хён Вон Джон нервно цокнул языком и раздраженно ослабил галстук. Как только задняя дверь открылась, дежурившие телохранители быстро окружили председателя, пробивая ему путь.
Щелк, щелк.
Вспышки камер слепили глаза. Хён Вон Джон, позорно уткнувшись лицом в пиджак, который телохранитель накинул ему на голову, почти вслепую протиснулся через ворота. Оказавшись в доме в растрепанном виде, он в ярости швырнул пиджак на пол.
— Журналисты перекрыли все подступы спереди и сзади, господин председатель. Понимаю, что завтрашнего внеочередного собрания акционеров не избежать, но пока, возможно, вам лучше оставаться до…
— Я что, смертный грех совершил, чтобы безвылазно сидеть в этой конуре?! Неужели до сих пор не усвоили: чем больше я прячусь, тем больше эти сумасшедшие борзописцы будут сочинять небылиц!
Хён Вон Джон свирепо зыркнул на начальника охраны, сорвал с себя галстук и отшвырнул его в сторону.
— Пошли все вон. Видеть никого не хочу.
Раздраженно махнув рукой и даже не оборачиваясь, Хён Вон Джон тяжело рухнул на диван в гостиной. Услышав вдалеке щелчок закрывающегося электронного замка, он крепко закусил дрожащие губы и так сильно сжал кулаки на коленях, что костяшки побелели.
— Эти сумасшедшие твари… как они посмели?
Посмотрев в пустоту налитыми кровью глазами, Хён Вон Джон наконец достал телефон из кармана брюк. С тех пор как неизвестный «кибер-мусорщик» слил в сеть всё, что происходило на вилле в Янпхёне, телефон разрывался от звонков, поэтому он давно его выключил.
Стоило нажать кнопку включения, как на него посыпался шквал уведомлений: около сотни пропущенных звонков и десятки непрочитанных сообщений заставили аппарат вибрировать как сумасшедший. Игнорируя это, Хён Вон Джон лихорадочно пролистал контакты и нашел нужное имя.
[Репортер JSBC Пак Гён Хо]
Он нажал кнопку вызова, и не прошло и пары гудков, как абонент снял трубку.
— Ого. Кто это у нас? Господин председатель.
— Репортер Пак. Давно не слышались. Как поживаешь?
— Да я-то как всегда. Но… как вы, господин председатель? Сейчас ведь со всех сторон…
— Кажется, мы выпустили на волю бесстрашного лисенка, который забыл свое место и начал слишком много о себе мнить. Беда.
— А? Неужели…
— Похоже, Мун Гён Хе начала действовать. Но я не собираюсь сидеть сложа руки и позволять ей делать всё, что вздумается.
— Разумеется, господин председатель. Я как раз подумал, что вы можете со мной связаться. То, что вы позвонили мне первому, — большая честь.
Услышав этот подобострастный тон, Хён Вон Джон криво усмехнулся. Сколько журналистов в этом мире действительно работают из чувства долга или заботы об обществе? Пак Гён Хо уже около десяти лет был его верным псом, прикормленным деньгами. Из той породы людей, что готовы закрыть глаза на что угодно, стоит лишь помахать перед ними купюрами.
— Тебе придется выпустить один эксклюзивчик, репортер Пак. Я подкину отличный материал, который здорово подпортит репутацию Мун Гён Хе.
— Ох, буду только благодарен! Сможем встретиться лично?
— Придется тебе подъехать ко мне домой. Завтра внеочередное собрание акционеров, так что до этого нужно нанести ответный удар в прессе. Заодно обзвони нескольких журналистов, с которыми мы обычно работаем.
— Да, понял вас!
Это даже нельзя было назвать разговором — просто поток неприкрытой лести с одной стороны, после чего звонок тут же завершился.
— Ху-у…
Хён Вон Джон чуть ли не швырнул телефон на диван рядом с собой и раздраженно взъерошил волосы. Как только всё всплыло, он приказал удалить видео с платформы, но ролик уже разошелся по сети, оброс нарезками и распространялся с бешеной скоростью.
Его налитые кровью глаза опасно блестели. Очевидно, что вся эта грязная схема — дело рук Си Джуна…
«Ты сейчас мне угрожаешь?!»
«Угрозы? Я не занимаюсь такими бандитскими делами. Это просто предупреждение».
Вспомнив это гладкое, невозмутимое лицо, Хён Вон Джон почувствовал, как в нем закипает жажда убийства.
— Неблагодарный ублюдок… тварь, не помнящая добра.
Взгляд Хён Вон Джона остановился на небольшой вазе, стоявшей на столе. Он со скрипом стиснул зубы и схватил её.
Хрясь!
Он вдребезги разбил об стену очередной дорогой фарфор. Вода из вазы зловеще потекла по обоям. Словно гнилая жижа.
* * *
«Сторона Хён Вон Джона из YK: "Данное видео — сфабрикованное видео. Это не только клевета, но и киберпреступление, которое нельзя простить"»
«Сторона Хён Вон Джона из YK: "Мы обязательно найдем виновных и добьемся сурового наказания"»
«Конфликт между Хён Вон Джоном из YK и Мун Гён Хе из "Хосон" обостряется… Сторона Хёна: "Мы знаем, кто стоит за этими грязными статьями"»
«Y&H под руководством Мун Гён Хе: подозрения в "особом отношении" к дочери председателя другой корпорации в ходе проекта?»
— Дипфейк, особое отношение…
Мун Гён Хе, просматривавшая заголовки статей на мониторе, усмехнулась и затушила сигарету в пепельнице.
— Как предсказуемо. Ни на шаг не отступает от моих ожиданий.
Раздраженно сдвинутые брови выдавали её скуку и недовольство его жалкими попытками оправдаться. Впрочем, как и следовало ожидать, большинство комментариев были абсолютно разгромными для Хён Вон Джона.
Комментарии (1,680)
[ОчистимНацию (sla***): Сумасшедшие ублюдки, богатые вообще охуели. Какая же грязь. Вот из-за таких мразей нельзя смягчать наказания за преступления.]
[ЧистаяКорея (kim***): Вау, реально блевать тянет. Захотелось покувыркаться с телками, которые им в дочери годятся?]
[РаменИКимпаб (jun***): какая еще нахуй подделка, хорош врать. Кто в этот бред поверит?]
[Пицца (piz***): За кого они вообще народ держат, если думают, что это прокатит?]
Комментарии обновлялись в реальном времени. Вся страна стояла на ушах.
Хён Вон Джон никогда не отличался выдающимся умом. Его стратегия — тупые вбросы в СМИ и попытки задавить оппонента массой, что в конечном итоге всегда оборачивалось против него. Поняв, что преимущество сейчас на её стороне, Мун Гён Хе удовлетворенно улыбнулась.
В этот момент в дверь постучали, и в кабинет вошел секретарь.
— Госпожа директор. К вам генеральный директор Хён Си Джун.
— Пусть войдет.
Вскоре появился Си Джун. Как всегда, с лицом, словно сошедшим с картины, но на этот раз с острым, напряженным выражением. Снова что-то пришлось ему не по вкусу.
Стук. Си Джун положил на её стол небольшой прямоугольный предмет, сделал шаг назад и произнес:
— Они весьма содержательно высказались.
— А-а…
Опять. Видимо, дело в статьях о той девчонке, Хан Са Юль. Для Си Джуна, который редко выказывал хоть какие-то эмоции, она была единственной причиной, способной вызвать такую реакцию. Мун Гён Хе с довольным видом взяла внешний жесткий диск и невозмутимо подключила его к компьютеру.
— У нас была сделка. Я продала ей информацию, а она — мне.
— …
— Разве она не сказала тебе, что сама этого захотела?
Открыв файл и быстро пробежав глазами несколько страниц, Мун Гён Хе издала легкий смешок:
— Я, конечно, слышала, что она отлично работает, но данные собраны так скрупулезно, будто от этого зависит её жизнь.
Этих слов было достаточно, чтобы подтвердить: с файлом всё в порядке. Си Джун уже развернулся к выходу, когда она бросила ему в спину:
— Ты выбрал отличную женщину.
Си Джун замер, а Мун Гён Хе добавила:
— Пожалуй, это лучший козырь, который ты вытянул за всю свою жизнь.
— …
Какое-то время он молчал, лишь с силой сжав кулак, а затем тихо ответил:
— …Я знаю.
Бросив этот короткий ответ и даже не обернувшись, Си Джун вышел из кабинета. Секретарь Чан, неловко помолчав, осторожно спросил:
— Госпожа директор, неужели… он приехал сюда только ради того, чтобы передать это?
— Разве он когда-нибудь раскрывал мне свои истинные намерения?
Мун Гён Хе усмехнулась и пожала плечами.
На самом деле она догадывалась. Назвать это привязанностью было бы преувеличением — они слишком раздражали друг друга, но и простой деловой этикой это тоже не назовешь. Сторона Хён Вон Джона уже начала поливать Са Юль и саму Гён Хе грязью в прессе, так что Си Джун, вероятно, просто пришел лично проверить, всё ли под контролем. Мун Гён Хе покачала головой.
— В любом случае, иногда в нем проскальзывает что-то странно сентиментальное.
Секретарь Чан слабо улыбнулся и учтиво поклонился.
— Что прикажете делать с дальнейшими публикациями? Материалы для внеочередного собрания акционеров уже подготовлены. В первую очередь мы сделаем акцент на текущем скандале и раздаче незаконных взяток прямо на месте.
— На этом собрании большинство акционеров и так уже на нашей стороне, так что особо не напрягайся. Главное — посмотреть, что они выкинут дальше, и выиграть эту медиавойну.
Губы Мун Гён Хе снова растянулись в холодной усмешке.
