За несколько часов до того, как с Йереной произошёл несчастный случай, Дункан пристально смотрел на белого попугая, влетевшего в распахнутое окно.

— Всё передал?

С тихим хлопком:

— Пон!

Попугай превратился в человека. Это был Эванс — мужчина с серебристо-серыми волосами, напоминавшими белые перья попугая.

— Да. И драгоценность, и ваше сообщение я передал.

— Значит, сегодня она придёт писать заявление об увольнении?

— Вполне возможно. После того, что произошло днём, работа гида наверняка вызывает у неё ещё большее отвращение.

Дункан кивнул. Ему уже доложили о сражении, развернувшемся днём. О битве у врат леса Пандоры, где одновременно появились сразу четыре драконолюда.

С момента появления врат такого ещё не случалось. Возможно, именно поэтому погибших и раненых оказалось так много.

Получая донесения прямо во время боя, Дункан даже всерьёз подумывал лично отправиться в лес Пандоры.

И именно тогда, словно по заказу, появился Бенджамин. Эспер, обладавший такой силой, что при желании мог бы в одиночку уничтожить целую империю.

Если бы он не появился под конец сражения, все эсперы Центра, вероятнее всего, были бы полностью уничтожены. Даже представить такое было страшно.

К счастью, с появлением Бенджамина всех драконолюдей удалось уничтожить. Но возникла новая проблема. Что, если в следующий раз одновременно появятся пять драконолюдей? 

Или, что ещё хуже, десять? 

Сумеют ли они справиться и тогда? 

— …Дело принимает очень серьёзный оборот. 

Между бровями Дункана залегла глубокая складка. 

Он неохотно принял на себя тяжёлую должность директора Центра, но вовсе не собирался управлять им так же безответственно, как его предшественник. 

Дункан не был человеком, которого переполняла любовь ко всему человечеству. 

Но он хотел защитить Центр, эсперов и, в конечном счёте, всю Империю.

«А для этого нужно ещё эффективнее использовать Бенджамина — человека, который в одиночку победил монстра S-класса…»

Вот только Бенджамин был высокомерным, непредсказуемым и всегда поступал так, как считал нужным. Даже императора он почти не слушал.

С тех пор как Бенджамин появился в Центре, Дункан и Эванс постоянно ломали голову над тем, как удержать его здесь. И эти усилия оказались не напрасны.

— Эванс. Что с той женщиной, о которой я говорил?

На лице Эванса появилась довольная улыбка.

— К счастью, скоро мы сможем привести её в Центр.

— Проверка совместимости?

— Точные результаты будут только после полноценного тестирования, но… предварительные показатели говорят о том, что она отлично подойдёт рыцарям Аллена.

— Вот и хорошо.

— Не исключено, что она окажется даже более подходящим гидом, чем гид Йерена.

Дункан с облегчением выдохнул.

«Та женщина»…

Именно она была тем самым козырем, который должен был привязать к Центру своевольного странника Бенджамина.

Она сможет не только держать под контролем Бенджамина, но и приструнить всех проблемных членов рыцарей Аллена.

Дункан до сих пор не мог забыть день, когда впервые встретил её на островах Филия, куда заглянул во время путешествия незадолго до вступления в должность директора Центра.

От неё веяло тем же спокойствием, что и от самих островов Филия, знаменитых своими живописными побережьями.

Её золотые волосы, словно солнечные лучи, играющие на золотистых волнах, мягко развевались на морском ветру, а улыбающиеся глаза напоминали плавный изгиб морской волны.Она была настолько чарующей, что каждый случайный прохожий невольно оборачивался ей вслед.

О её красоте и говорить не приходилось. Но больше всего Дункана поразило другое. Эта женщина была удивительно похожа на одного человека.

«Диана?..»

Она выглядела точь-в-точь как Диана — святая трёх самых проблемных рыцарей Аллена.

Дункан невольно вспомнил Диану, которую однажды видел на одном из светских приёмов.

Диана.

Даже он, редко появлявшийся в высшем обществе, прекрасно знал о талантливой, но болезненной молодой аристократке.

Конечно, свою роль играла её почти сказочная красота. Но ещё большую известность ей принесла тесная связь с Бароном, Ламбертом и Бенджамином.

Ведь она была единственной женщиной, способной обуздать троих своевольных мужчин, с которыми не могли справиться даже их собственные родители.

Словно зачарованный, Дункан проследовал за женщиной, похожей на Диану, и выяснил её личность.

Собирая сведения о ней, он узнал ещё один поразительный факт. Она оказалась гидом с поздним проявлением способностей.

Из-за того, что её дар пробудился слишком поздно, о её существовании своевременно не сообщили.

С того самого момента, как Дункан стал готовиться к должности директора Центра, он намеревался завербовать эту женщину.

Если она придёт в Центр и станет гидом рыцарей Аллена, то сможет удерживать в узде троих мужчин, носившихся где вздумается, словно необъезженные жеребцы.

И теперь все приготовления подходили к концу.

— Теперь всё будет в порядке, даже если Йерена покинет Центр.

Дункан искренне желал ей счастья. По-настоящему искренне. Потому что лучше кого бы то ни было знал, как обращались с Йереной в Центре.

— Кстати, вы слышали? Сегодня Бенджамин попросил гида Йерену провести ему проведение… и даже поцеловал её.

— Чепуха. Не говори ерунды.

— Это правда. Из-за этого сейчас весь Центр стоит на ушах.

Такого просто не могло быть.

Бенджамин никогда не проявлял к Йерене ни малейшего интереса. К тому же его совершенно не интересовало проведением.

В конце концов, Бенджамин был настоящим чудовищем, которое в нём попросту не нуждалось. Дункан решил, что здесь наверняка произошло какое-то недоразумение…

Но вдруг вспомнил человека, который наверняка болезненно отреагирует на этот слух.

— Только не говорите, что Рози тоже сегодня приходила в Центр?

Эванс без малейшего колебания кивнул.

— Чёрт… Сейчас что-то случится.

— Вот именно.

— С Йереной всё будет в порядке?

— На этот раз всё может закончиться плохо. Всё-таки речь идёт о поцелуе.

«Если бы эта женщина не была дочерью герцога, ей давно запретили бы появляться в Центре».

Если Рози услышала слухи о поцелуе…

Дункан не сомневался: Йерена действительно могла оказаться в смертельной опасности.

Рози вполне способна попытаться её убить.

— Идём.

Дункан поднялся с дивана.

— …К гиду Йерене?

— Да. Нашей малышке грозит опасность.

— ……

— Нельзя допустить, чтобы с ней что-то случилось ещё до того, как она откроет своё дело.

Дункан быстро зашагал вперёд, и Эванс молча последовал за ним.

«Хозяин… Вы как-то особенно переживаете за гида Йерену».

Эвансу всегда казалось странным, что во всём, что касалось Йерены, Дункан проявлял необычайное рвение. Покинув кабинет, они сразу же расспросили сотрудников Центра о том, где находятся Йерена и Рози.

И услышанное заставило их похолодеть.

— …Что? Леди Рози силой увела гида Йерену… к обрыву?

Более того, по словам очевидцев, обстановка выглядела крайне напряжённой. Почему… никто не попытался их остановить?Никто не вмешался…

Неужели все настолько боялись Рози?

Дункана охватило дурное предчувствие. Такое, какое появляется перед неизбежной бедой.

Он сорвался с места раньше, чем успел всё обдумать.

Дункан выбежал из Центра.

Для человека, который терпеть не мог бегать и которого прозвали «джентльменом, который никогда не бегает», это было совершенно несвойственное поведение.

─⊰❦⊱─

Неожиданно появившийся Дункан внимательно осматривал меня своими золотистыми глазами.

— Ты нигде не ранена? Чёрт… Не могу поверить, что кто-то действительно столкнул человека с обрыва.

— Со мной всё в порядке. Пожалуйста, успокойтесь.

— Думаешь, я сейчас способен успокоиться? Моя сотрудница едва не погибла!

— ……

«Он всегда так переживает за своих подчинённых?»

Я невольно взглянула на Дункана по-новому. Похоже, он и правда был довольно хорошим человеком.

— Но… как вы узнали, что я здесь?

— Это…

— Хотя нет, неважно. Вы очень вовремя пришли. Я как раз собиралась к вам.

Я не знала, каким образом Дункан нашёл меня. Впрочем, будучи директором Центра, он наверняка хорошо знал обо всём, что здесь происходит.

И сейчас мне совсем не хотелось думать о том, почему, если он всё знал, не смог остановить Рози. Обстоятельства Дункана сейчас меня совершенно не волновали.

Куда важнее были мои собственные.

Я достала заявление об увольнении, которое всё это время бережно прятала за пазухой.

— С сегодняшнего дня я увольняюсь из Центра Челси.

Лучшего момента для ухода было не придумать.