Тело гида оцепенело, стоило ему встретиться с ледяным взглядом Ламберта.
Казалось, он столкнулся с чем-то куда более страшным, чем призрак.
— Хи-и, хи-ик! П-простите, сэр Ламберт! П-пожалуйста, простите меня хотя бы на этот раз!
Ламберт схватил гида за воротник. Его ноги беспомощно повисли в воздухе.
— Запомни. На этот раз я тебя прощаю. Но если ты ещё хоть раз заговоришь о Диане или нашем новом гиде, я не пощажу ни тебя, ни кого-либо, кто с тобой связан.
— Я запомню! С-спасибо!
Сделав строгое предупреждение, Ламберт окинул взглядом комнату.
Ещё мгновение назад люди щебетали, словно стая шумных птиц, но теперь в помещении воцарилась тишина — будто все разом набрали в рот мёда.
Он предупредил не только гида, которого держал за воротник, но и всех присутствующих.
— Хорошо, что ты понял.
Ламберт резко отпустил гида и вышел из комнаты отдыха. Этого должно быть достаточно, чтобы они перестали нести всякую чушь об Оливии.
Ламберт не хотел, чтобы на неё показывали пальцами только потому, что она похожа на Диану.
Вместо того чтобы влюбиться в неё с первого взгляда…
«…Скорее, мне хочется защищать её именно потому, что она похожа на Диану».
Наверняка Барон и Бенджамин чувствовали то же самое.
Даже по дороге в центр они не могли отвести от Оливии глаз. Но странным образом, после разговора с ней в центре первоначальный шок от её внешности прошёл.
Когда-то Ламберт мечтал, чтобы появился кто-нибудь, похожий на Диану. Пусть даже лишь внешне — ему хотелось увидеть человека, хоть немного напоминающего её.
Он думал, что, если такое действительно произойдёт, то сможет мгновенно влюбиться в двойника Дианы и излить на неё всю любовь, которую не успел подарить самой Диане.
И вот это невозможное действительно произошло…
Но между фантазией и реальностью оказалась огромная пропасть.
Ламберт был рад видеть Оливию, но не более того. Он не чувствовал к ней ни трепета, ни каких-либо особых эмоций.
Возможно, он не мог испытывать к Оливии сильных чувств, потому что его мысли постоянно занимала другая женщина. Куда больше Ламберта беспокоила Йерена, которая из-за появления Оливии окончательно лишилась своего места.
Он хотел сохранить его за ней — на случай, если однажды она всё-таки вернётся.
«…Если для Йерены больше не найдётся места в центре, я могу забрать её в дом Хайдиггеров».
Устроить Йерену в свой маркизский дом было бы несложно. В качестве вполне убедительного предлога он мог объявить её своей невестой.
Йерена была бедна, у неё было множество недоброжелателей, ей некуда было идти и, что самое главное, она охотно принимала его близость. Поэтому, если он предложит ей стать его невестой, она наверняка не откажется.
Разумеется, они всё ещё не нашли Йерену.
Даже Бенджамин, который так уверенно заявлял, что она жива, тоже не добился никаких результатов. Время безжалостно шло вперёд, и отсутствие хоть каких-то стоящих следов всё сильнее раздражало.
…По крайней мере, до нескольких дней назад.
«…»
Ламберт медленно сжал и разжал свою большую ладонь.
Несколько дней назад, когда он получил глубокую рану живота от Комодо, он потерял сознание после того, как упрямо отказался от проведения.
В тот день в лесу ему показалось, будто кто-то держал его за руку.
Это была не грубая ладонь травника, который случайно нашёл его и доставил в центр. Почему-то прикосновение этой руки напомнило ему Йерену — такое мягкое и знакомое.
Как только Ламберт пришёл в себя, он начал искать того, кто держал его за руку.
Но травник, остановивший кровотечение, сказал, что больше никого рядом не видел.
Все утверждали, что из-за большой потери крови ему просто всё привиделось, однако Ламберт в это не верил.
Он до сих пор ощущал на кончиках пальцев прикосновение той мягкой руки.
Ламберт искал её в лесу словно одержимый.
Его помощник и все, кто его окружал, смотрели на него так, словно он сошёл с ума. Даже если весь мир будет считать его сумасшедшим, Ламберт всё равно должен был продолжать поиски в лесу.
А вдруг хозяином той руки действительно была Йерена…
Возможно, он сам всё это выдумал, потому что ему не хватало её гидации.
Но, к сожалению, ничего найти не удалось. Единственное, что он выяснил, — неподалёку находилось большое картофельное поле.
Поскольку он и не рассчитывал на многое, неудачный поиск не стал для него большим разочарованием.
Зато он ещё сильнее убедился в том, что «Йерена жива».
Пусть это убеждение и основывалось скорее на животном чутье, но его интуиция ещё ни разу его не подводила.
Хотя истинные чувства Бенджамина было трудно понять, возможно, словам человека, который никогда не говорил без причины, всё-таки стоило доверять.
Ему казалось, что она где-то рядом. Не слишком далеко.
Если подумать, он слышал, что Бенджамин в последнее время тщательно расследует деятельность Дункана и Челси-Центра.
Должна была существовать веская причина, по которой этот вечно безразличный мужчина, никогда ни во что не вмешивавшийся первым, вдруг так основательно взялся за Дункана.
И, скорее всего, эта причина была связана с Йереной.
Ламберт решил, что тоже не должен просто сидеть сложа руки.
— Мне тоже пора начать поиски всерьёз.
Даже если в итоге он убедится, что она действительно мертва, он хотел собственными глазами узнать, что с ней произошло. Не через Дункана и не через Бенджамина.
А заодно появилась ещё одна проблема, которой он хотел заняться. Ламберт не собирался оставлять без наказания человека, из-за которого всё так запуталось.
«Рози Макклой».
Женщина, столкнувшая Йерену со скалы, должна была заплатить за содеянное.
До сих пор Ламберт оставлял Рози в покое лишь потому, что не хотел показывать свою сохранявшуюся привязанность к Йерене. Ему казалось неправильным испытывать чувства к другой женщине, продолжая думать о Диане.
Но чем дольше Йерены не было рядом, тем сильнее становилась его тоска по ней.
Это одиночество уже было слишком сильным, чтобы списать его всего лишь на нехватку её тёплой гидации. Даже в том лесу, находясь на грани смерти, он искал именно Йерену, а не Диану.
Даже встретив Оливию — женщину, в точности похожую на Диану, которую он мог видеть лишь во сне, — он всё равно в итоге думал о Йерене.
Ему не нравилось, что Оливия заняла место Йерены.
Он больше не мог игнорировать жаркие чувства, вскипавшие в глубине груди каждый раз, когда он думал о ней.
Это было совсем не похоже на чистую любовь, которую он испытывал к Диане.
Жарче. Глубже. Чувственнее.
Неужели он… действительно нравился ей?
Нет.
Он сам в неё влюбился.
Её дерзость и милота, её мягкость, с которой она следовала его словам, даже когда явно не хотела этого, и тот приятный аромат, который он ощущал, когда их губы соприкасались.
В ней не было ни единого недостатка.
И он был уверен, что она всегда будет его гидом и останется рядом. Но Йерена внезапно исчезла, а Ламберт слишком поздно осознал свои чувства.
«Если бы я понял всё раньше… всё было бы иначе?»
Сквозь стиснутые зубы вырвался полный сожаления вздох.
Теперь, когда Ламберт признал свои чувства к Йерене, он больше не мог оставить Рози безнаказанной.
─⊰❦⊱─
Как ни странно, сегодня впервые наступил день расчёта.
С момента открытия «Jinjijo Transportation» уже прошёл целый месяц!
Наш вечно занятой Дорогой Мастер Гильдии лично пришёл, чтобы передать мне первый расчётный лист.
В нём была указана сумма, которую мне должны были выплатить согласно оговорённой нами доле.
— С-с-сколько же тут нулей?
Это был самый длинный ряд нулей, который я когда-либо видела в этом мире.
Огромная сумма свалилась мне на голову, и я невольно сглотнула.
Боже мой, боже мой, боже мой…
Руки, державшие расчётный лист, задрожали.
Если за первый месяц получилось столько, то от одной мысли о том, сколько денег я смогу накопить в дальнейшем, сердце забилось ещё быстрее.
Кажется… я действительно была обречена разбогатеть.
Я вновь осознала, что тяжёлая судьба Йерены наконец подошла к концу.
— Я полностью опустошил карманы Дункана.
Гильдмастер гордо заявил это, сидя на моём столе.
Мне было очень неловко оттого, что я опустошила карманы Дункана, ведь он всегда относился ко мне по-доброму. Но, несмотря на эти мысли, уголки моих губ всё равно поползли вверх.
«Сэр Дункан, простите, что заставляю вас беднеть, когда вам и без того сейчас тяжело. По крайней мере, я приготовлю вам действительно хороший подарок на день рождения. Только так моя совесть сможет это пережить».
Я мысленно извинилась перед Дунканом.
— А нельзя было опустошить их не полностью, а хотя бы немного? Мне неловко перед сэром Дунканом.
— Какая разница? Это деньги, честно заработанные благодаря работе. К тому же для человека, которому неловко, ты слишком широко улыбаешься.
— Потому что деньги — это прекрасно. Хе-хе. То есть… я ведь не незаконным путём их заработала!
Всё, что я делала, — переводила, несколько раз тайком пробиралась на поля сражений и заботилась о контрактных монстрах. И всё же мне удалось сорвать настоящий куш.
Я вновь почувствовала благодарность Мастеру, предложившему мне заняться перевозками.
Потому что какими бы ни были мои способности укротителя, самостоятельно организовать такой бизнес я бы никогда не смогла.
— Кьюууу!
«Гордись собой!»
Блесс самодовольно выпятил грудь, словно разбогател вместе со мной, даже не имея ни малейшего представления о том, сколько именно я заработала.
Ещё несколько дней назад он ходил мрачнее тучи, словно подросток в период полового созревания, но теперь снова вернулся к своему обычному состоянию.
— Да, буду гордиться!
Я тоже слегка выпятила грудь, подражая Блессу.
Настроение было просто великолепным.
— Но что мне делать с этими деньгами? Может, расширить бизнес?
