— Не знаю.
Если бы меня попросили выбрать между «нравится» и «не нравится», то, конечно, это было бы ближе к «нравится».
Однако я не могла с уверенностью сказать, что мастер Гильдии мне нравится.
Я почти ничего о нём не знала.
Как можно испытывать симпатию к человеку, о котором ничего толком не знаешь, после всего лишь нескольких разговоров?
А вот Дункан…
По сравнению с мастером Гильдии в отношении Дункана, во многих вещах казавшегося мне совершенно понятным, я чувствовала странное волнение в груди.
Настолько сильное, что моя прежняя дрожь перед Бенджамином теперь казалась сущей мелочью.
— Понятно. Но долго ты ещё собираешься сидеть на полу кареты?
— А.
Дункан и Эванс сидели друг напротив друга.
Я уже собиралась сесть рядом с Эвансом, который казался мне менее пугающим, чем Дункан. После того как я почувствовала это странное волнение рядом с ним, мне было неловко садиться возле него.
Однако стоило мне направить ноги в ту сторону, как Дункан слегка потянул меня за край куртки.
— Место проводника здесь.
Грубо бросив это, Дункан кивнул на место рядом с собой.
Я послушно села туда.
Я избегала этого места из-за смущения, но, если честно, мне тоже хотелось сидеть рядом с ним.
Раз уж возможность сама подвернулась, отказываться от неё не было смысла.
— Я немного запоздала с благодарностью, но спасибо тебе за помощь. Благодаря тебе, Дункан, мне удалось без особых проблем отделаться от Бенджамина.
— Да.
— Но как ты догадался, что Бенджамин станет обыскивать даже карету? Обычно такой безразличный человек, как Бенджамин, разве стал бы этим заниматься?
Ведь именно потому, что Дункан знал, что Бенджамин заглянет в карету, он и спрятал меня под сиденьем, верно?
Дункан с явным недовольством ответил:
— Только не напоминай. От его взгляда у меня спина горела. Он так яростно на меня смотрел, что сразу стало понятно: он обязательно заглянет и в карету.
Я недоверчиво склонила голову набок.
Бенджамин и такой пыл.
Действительно, сочетание совершенно не подходящее. Было странно, как в одно мгновение он изменился, словно перевернул ладонь.
Я была не против того, что он изменился, но очень надеялась, что эта его метаморфоза не помешает мне начать новую жизнь.
— В любом случае хорошо, что нам удалось от него отделаться.
— Да, это хорошо. Ах, и ещё… Ты ведь не злишься на меня за то, что я пришла на похороны, несмотря на то, что не послушалась твоих слов?
В конце концов, если бы я не пришла сюда, ничего этого не произошло бы.
Мне было неловко из-за совершенно ненужного чувства вины, и я не могла поднять взгляд на золотые глаза Дункана.
Я боялась, что он во мне разочаруется.
Я была уверена, что как минимум получу выговор, но вместо этого услышала нечто гораздо более понимающее:
— Я не злюсь на тебя. Если бы я оказался на твоём месте, думаю, я бы тоже пришёл. Это мои похороны, а сегодня, как ты и сказала, ещё и годовщина смерти леди Дианы.
— …
— Но если подумать обо всех возможных последствиях, тебе, скорее всего, стоило задержаться совсем ненадолго. Проводник Йерена оставалась здесь слишком долго.
Дункан мягко отчитывал меня за то, что я не учла возможные последствия, но при этом прекрасно понимал моё положение.
«Разве он не идеальный руководитель?»
Восхищённый вздох вырвался у меня сам собой.
— Вау. Я с нетерпением жду, что будет с Центром теперь, когда Дункана назначили директором. Предыдущий директор был просто ужасен. Он даже иногда задерживал зарплату.
— Но ты уволилась.
— …Да.
— Ты собираешься вернуться?
— НЕТ!
Дункан тихо рассмеялся, услышав мой решительный отказ.
Его слегка прищуренные глаза и приподнятые уголки губ делали его довольно привлекательным. Я украдкой поглядывала на него, словно стараясь рассмотреть исподтишка.
«Если подумать, я сижу слишком близко к Дункану. От близости с красивым мужчиной я снова начинаю нервничать».
Я нервно сглотнула.
— Ты что-то хотела сказать?
— …Что?
— Ты так пристально на меня смотришь. Ещё прожжёшь дыру у меня на лице.
О нет. Похоже, мой взгляд был таким же пристальным, как у Бенджамина.
Я поспешно начала придумывать оправдание.
Я же не могла сказать, что так смотрела, потому что считала его красивым!
— Это… Точно! Ты не думал, что для человека, упавшего со скалы, я слишком уж хорошо сохранилась?
Об этом я уже давно хотела спросить.
Мне было интересно, видел ли Дункан взрослого Блесса, который спас меня после падения со скалы.
— Ты случайно не упала на что-нибудь вроде дерева?
— А птиц ты не видел?
— Птиц? Тебя спасла птица?
— А, нет, не то… Забудь. Если тебе это не показалось странным, просто не обращай внимания.
— Ты, случайно, не хранишь от меня какой-нибудь секрет?
— Я похожа на человека, который прямо сейчас пытается что-то скрыть?
Дункан уверенно ответил:
— Да.
Дункан…
Я думала, он просто внимательный, но, оказывается, ещё и сообразительный?
Я снова перевела разговор на другую тему.
— Никаких секретов нет. Но куда мы сейчас едем?
— Пока направляемся к Центру, а когда появится подходящая возможность, я тайком отвезу тебя в бревенчатый домик.
— Спасибо.
Я сомкнула губы, и Дункан не стал расспрашивать меня дальше.
На его лице, ещё мгновение назад озарённом улыбкой, вновь появилось привычное бесстрастное выражение. Он смотрел в окно кареты, и я не могла понять, о чём он думает.
В такие моменты он чем-то напоминал Бенджамина.
Интересно, Бенджамин всё ещё стоит в церкви с таким же ошарашенным видом?
— Проводник Йерена, пожалуйста, наденьте это снова.
Тишину нарушил Эванс.
Он протянул мне мою мантию, которую до этого надевал вместо меня.
— Спасибо, что помог мне, Эванс.
— Не знаю, когда это будет, но в следующий раз я тоже с радостью вам помогу.
Ответив так, он одарил меня прекрасной улыбкой, ничуть не уступавшей улыбке Дункана. Глядя на неизменно доброго Эванса, я вспомнила, как раньше подозревала, что он мог в меня влюбиться.
«Если бы мне не приходилось скрывать свою личность, я могла бы спокойно попытаться очаровать и Дункана, и Эванса».
От сожаления я поджала губы.
Теперь, когда я уволилась из Центра и стала свободной, мне хотелось наконец испытать романтику, о которой раньше я даже не могла мечтать.
— Проводник Йерена, тебе очень повезло, что столько людей тебе помогают.
— …Что?
— Хотя, думаю, больше всех тебе помог именно я…
— Ну, это правда.
Взгляд Дункана, до этого устремлённый в окно кареты, переместился на меня.
Возможно, мне просто показалось, но Дункан словно остался недоволен тем, с какой теплотой я посмотрела на Эванса.
«Не может быть. Я просто себе это придумала».
Я отмахнулась от этой мысли, решив, что неправильно его поняла.
— Благодаря тому, что ты помогал мне больше всех, я то и дело непреднамеренно показывала тебе свои неприглядные стороны. Дункан, ты считаешь меня жалкой?
— Нет. Я не считал тебя жалкой. Я просто хотел тебе помочь.
— …
— Знаешь, это бывает, когда кажется, что никто не на твоей стороне. Когда отчаянно хочется, чтобы хоть кто-нибудь оказался на твоей стороне.
Я кивнула, понимая, о чём он говорил.
До встречи с Блессом я сама отчаянно мечтала о том, чтобы хоть кто-нибудь оказался на моей стороне.
Но странным было то, что Дункан говорил так, словно когда-то и сам мечтал о том же.
Он был красив, и хотя его настоящая личность оставалась для меня загадкой, было очевидно, что он занимал влиятельное положение — ведь именно его назначили директором Центра.
Трудно было поверить, что человек, которому, казалось, совершенно ничего не не хватало, когда-то тоже мечтал о том, чтобы кто-нибудь был на его стороне.
«Неужели я и здесь всё неправильно поняла?»
Не похоже было, чтобы столь успешный человек когда-либо подвергался чьему-то давлению.
В конце концов, даже перед холодным Бенджамином он держался совершенно уверенно.
— Когда ты оказалась в беде, я хотел быть на стороне проводника Йерены.
— …
— Разумеется, не на всю жизнь. Хотя бы в тот момент.
Голос Дункана звучал так, словно он в чём-то признавался, и мне было приятно его слушать.
Я невольно стала ждать, что он скажет дальше.
— Запомни это, когда покинешь Центр. Какую бы жизнь ты ни выбрала в дальнейшем.
— …
— Что есть хотя бы один человек, который искренне тебе поможет.
Это действительно были прекрасные слова.
Знать, что есть человек, который искренне поможет тебе, какой бы жизнью ты ни жила…
Почти как признание в любви.
От этой мысли в груди даже появилось далёкое, едва уловимое волнение. Хотя я понимала, что это всего лишь преувеличение, в глубине души я даже позволила себе невозможную мечту — однажды получить любовь Дункана.
Конечно, это было лишь мимолётное желание.
А несбыточные надежды вскоре исчезли, словно дым.
— Я тоже! Я тоже тебе помогу.
— Да. Хотя теперь, когда ты уволилась, мы больше не будем видеться…
Он замолчал, словно ему было жаль расставаться.
— Но кто знает? Может, однажды мне случайно понадобится твоя помощь.
— Это правда. Я буду иметь это в виду.
Возможно, когда-нибудь в далёком будущем я смогу признаться одному лишь Дункану, что именно я — мастер «Jinjijo Transportation».
К тому времени, возможно, я уже смогу помочь ему.
Мне было даже немного любопытно, когда же наступит этот день.
