Примечание автора: из-за занятости написал эту сцену как небольшую разминку. Она происходит накануне спортивного фестиваля.
◇◇◇
Обычный вечер дома.
Я занимался своей ежедневной учёбой.
Даже специальные тренировки перед спортивным фестивалем не сбили этот распорядок.
Хотя что значит «не сбили»?
Я уже автоматически прихожу домой и сажусь за стол.
Наверное, так и выглядит настоящая привычка.
Когда что-то становится естественным, делаешь почти как дышишь.
…Звучит красиво.
На самом деле всё куда проще: это результат железного контроля Рин.
Без внешней силы такой ленивый и легко поддающийся настроению человек, как я, никогда бы не смог настолько привыкнуть к занятиям.
В обычной ситуации меня хватило бы максимум на три дня.
Так что я действительно ей благодарен.
За нынешнюю жизнь тоже.
Пока я думал об этом и продолжал писать, Рин закончила готовить ужин, достала ткань, веера и ещё какие-то материалы и принялась что-то мастерить.
…Что она делает?
Ещё и напевает себе под нос, явно в отличном настроении.
Как тут не заинтересоваться?
Вся концентрация на учёбе испарилась мгновенно.
— Эм… Рин, что ты делаешь?
— Ой, прости. Я помешала заниматься?
— Да нет. Всё равно собирался сделать перерыв. Так что ты…
Я посмотрел на её руки.
И увидел именно то, чего боялся.
Спортивный фестиваль — мероприятие шумное, поэтому я подозревал, что до такого может дойти…
Лицо само перекосилось, из горла вырвался сухой смешок.
Рин непонимающе уставилась на меня.
— Что? Всё же видно. Почему у вас такое лицо? Я делаю что-то странное?
— Здесь странно вообще всё. И почему ты делаешь это в таком количестве?
— Это реквизит, чтобы болеть за Тову-куна.
— Реквизит? Вот эти штуки с надписью «Това»?
— Хи-хи. Хороший вопрос.
Рин с гордостью подняла уже готовую конструкцию прямо перед моим лицом.
Выглядела она довольной и заметно воодушевлённой.
И слишком близко подошла.
— Это веер Товы-куна! Чтобы сразу было понятно, за кого я болею. Смотрите: здесь написано «Мой любимчик!» — это особенно важно.
— Там не только написано. Ты ещё и мою фотографию приклеила.
— Красиво же?
— Допустим… А это что?
— Этот веер я буду доставать, когда Това-кун сделает что-нибудь особенно крутое. Надпись: «А-а-а… слов нет». Есть и другие. «Посмотри сюда!» тоже подготовила, так что можете не волноваться.
— Фух. Теперь я спокоен.
Я несколько раз кивнул, будто всё понял.
Рин счастливо улыбалась.
Я глубоко вдохнул.
Медленно выдохнул.
И наконец спросил:
— Да что это вообще такое?!
— Ня?!
Рин подпрыгнула от моего крика и обиженно посмотрела на меня.
— Это спортивный фестиваль, а не концерт айдолов! Ты с такими штуками привлечёшь внимание всей школы!
— Но смысл поддержки в том, чтобы её заметили. Конечно, я должна заявить о себе изо всех сил.
— Не надо! Я и без этого замечу. А если именно ты начнёшь так болеть, будет не «немного шума», а настоящий переполох.
— Меня это не волнует.
— А могло бы хоть немного.
— Не хочу.
— Не веди себя как капризный ребёнок.
Она надула щёки и посмотрела снизу вверх.
Чёрт. Слишком мило.
В последнее время Рин ещё и научилась сознательно использовать собственную внешность как оружие.
По психике бьёт без промаха.
Я вздохнул и кашлянул, чтобы прийти в себя.
— Кстати, если притащишь в школу всё это, учителя ведь могут конфисковать как посторонние вещи.
— А…
— Отличница, ты только сейчас об этом подумала?
Рин застыла с выражением «вот чёрт».
Когда она чем-то увлекается, окружение моментально перестаёт существовать.
За ней действительно нужно присматривать.
— В любом случае хорошо, что мы заметили заранее. Я рад, что ты старалась ради меня, правда. Но пользоваться этим всё-таки не стоит…
— Наивно, Това-кун.
— Что?
— Чем выше стена, тем сильнее мне хочется её преодолеть. Если мне говорят «невозможно» или «сдайся», я из принципа хочу идти до конца.
— Э-э…
— Хе-хе-хе. Вы меня недооцениваете. Меня не зря называют человеком, который несётся напролом. Если есть стена — пробиваем её!
— И ты этим гордишься?
Рин выпятила грудь и посмотрела на меня победно.
Не знаю, что именно она здесь выиграла.
Но если дать ей разогнаться, потом придётся разгребать последствия.
Надо хотя бы предупредить.
— Стараться — хорошо. Но следи, чтобы не перестать замечать окружающих. Говорят же: высунувшийся гвоздь забивают. Ты и так слишком заметная. Ещё наживёшь себе врагов.
— Всё нормально. Потому что…
— Потому что?
— Сколько бы недовольства я ни вызвала, единственный человек, которого я хочу видеть рядом, всё равно на моей стороне.
С этими словами Рин обхватила мою руку обеими руками и довольно протянула:
— Э-хе-хе.
Я почесал щёку и буркнул:
— …Лучше всё-таки придумай способ никого не злить.
— Но сначала придётся убедить учителей. Я не могу позволить, чтобы растяжка Товы-куна отправилась пылиться в шкаф! Хи-хи. Уже чувствую азарт. Значит, битва спортивного фестиваля начинается ещё до самого фестиваля!
— Ха-а… Только без фанатизма.
Я посмотрел на Рин, которая уже снова горела энтузиазмом, и невольно улыбнулся.
Упрямая, напористая и всегда выкладывается полностью.
Да, иногда — вернее, довольно часто — она слишком давит.
Но именно эта настойчивость когда-то спасла и меня.
Поэтому, глядя, как она с таким усердием готовит реквизит для моей поддержки, я не мог не улыбаться.
Но, Рин…
Надпись «ТОВА-КУН LOVE» — это уже слишком.
От стыда я реально умру.