Основную подготовку к барбекю мы почти закончили.
Оставалось только дождаться девушек, ушедших в дом.
Кэнъити от скуки начал вырезать из моркови цветы и даже каких-то кроликов.
Как и следовало ожидать от идеального красавчика, который умеет всё…
Даже тут он до смешного хорош.
Я наблюдал за его бесполезным мастерством и вспомнил один вопрос.
Я огляделся и убедился, что рядом, кроме Кэнъити, никого нет.
— Кэнъити, мне кое-что показалось.
— Что?
— Котонэ сегодня особенно страшная, нет?
Да.
Обычно у неё и так довольно холодный взгляд.
Но сегодня иногда достаточно одного взгляда, чтобы по спине прошёл холод.
Скажи что-нибудь неосторожно — и кажется, в следующую секунду на тебя уже начнётся охота.
Кэнъити непонимающе склонил голову.
А потом расплылся в счастливой улыбке.
— Да она просто колючая сегодня. Милая же.
— «Колючая»? Там уже натуральные шипы.
— По-моему, она, наоборот, просто вся в предвкушении.
— Серьёзно?
Это называется любовным фильтром?
Говорят, любовь слепа, но чтобы настолько искажать реальность…
Он ещё и смотрит в сторону, куда ушла Котонэ, совершенно влюблёнными глазами.
Тяжёлый случай.
— Кэнъити, сходи на КТ. Может, мозг уже весь расплавился — вдруг уже поздно.
— Очень смешно!
Вот до чего доводит любовное помешательство.
Жалко человека.
— Это же просто смущение.
— Та ледяная угроза — смущение?
— Ага.
— Не понимаю.
— Ха-ха! Когда любишь по-настоящему, начинаешь такое замечать.
Идеально самодовольное лицо.
Хочется ударить.
Где в том ледяном взгляде было хоть что-то от смущения?
— Фестиваль — особый день. Нормально, что человек радуется и поэтому ведёт себя не как обычно. Ты тоже ведь немного ждёшь вечера?
— Совсем нет. Я вообще не люблю толпу.
Ответил без паузы.
Хотя, если честно, кое-чего я всё же жду с интересом.
Интересно хотя бы почувствовать атмосферу.
Даже заранее кое-что прочитал.
Но Кэнъити об этом не узнает.
Иначе тут же появится эта его противная улыбка.
Я только подумал — и он уже именно так улыбнулся.
— Понятно. Значит, всё как я и сказал.
— Что?
— Она скрывает радость так же, как ты сейчас.
— Я ничего не скрываю.
Попал точно.
Человек-телепат.
Но признавать я, конечно, не стану.
Я фыркнул и сделал недовольное лицо.
Вообще, идея понятна.
Люди иногда меняют поведение, потому что стесняются показать настоящие эмоции.
Не уверен, что у Котонэ именно это, но возможно.
— И вообще, лето — это юката! Прекрасная одежда, в которой девушки с небольшой грудью особенно хорошо смотрятся. Лучший день года!
— А-а, понятно. Такие стройные, как Котонэ… Нет-нет. Юката вообще прекрасная одежда: любую женщину делает ещё красивее. Да-да.
— Чего ты слова подбираешь? У Котонэ грудь реально плоская. Поэтому юката ей и идёт!
— Кэнъити… Может, хватит.
— И ещё эффект «одежда красит человека». Идеально.
— Кэнъити…
— А юката — это ещё и классическая мечта мужчины: раскрутить пояс как в старой комедии. Правда, если Котонэ разденется, разрушительной силы всё равно немного!
Он громко рассмеялся.
Я молча смотрел.
Наверное, лицо у меня уже побледнело.
Потому что…
— …Кэнъити. Подойди сюда.
За его спиной стоял демон.
— А?
Котонэ положила руку ему на плечо.
Кэнъити медленно повернулся.
Увидел Котонэ.
— И-и…
— …Не бойся. Я ничего не сделаю.
— У тебя взгляд застыл! Но ты же добрая Котонэ, правда?
— …Хи-хи. Я покажу тебе один мамин способ разговаривать с людьми.
— Това! Спаси!
Котонэ уже тащила его за ворот в сторону дома.
Кэнъити протянул ко мне руку с настоящей мольбой.
Я всё-таки мужчина.
И многим ему обязан.
Значит, долг надо вернуть.
Я подарил ему лучшую рабочую улыбку.
Лицо Кэнъити на секунду просветлело.
А потом он понял смысл улыбки и побледнел.
— Кэнъити.
— Това?
— Как прекрасно, когда тебя так любят. Здесь я всё закончу. А вы идите спокойно миловаться.
— …Спасибо, Токиваги-кун. Ты всё понимаешь.
— Това! Мужская друж… Ай!
Я отдал честь уносимому Кэнъити.
Из дома потом вроде донёсся короткий крик.
Наверное, ветер.