— …Долго же вы.
Когда мы добрались до зонта, где нас ждали Кэнъити и Котонэ, та встретила нас с лёгким недовольством.
— Да ладно тебе, Котонэ! У Товы наверняка снова включился режим труса. Хотя, похоже, ничего у него не вышло. Да, Това?
— Говори что хочешь.
Я устало отвернулся от ухмыляющегося Кэнъити.
Почему-то даже Котонэ, которая только что была недовольна, теперь смотрела на меня с той же снисходительной теплотой.
Ну а что делать.
Рин до сих пор держалась за мою руку.
Жарко. От неё приятно пахнет. И ещё… мягко.
Голова начинает кружиться.
Но страннее другое: Рин почему-то стала очень чувствительна к взглядам вокруг.
Обычно ей на такое почти всё равно.
— Рин, чего ты всё высматриваешь?
— Мне показалось, кто-то плохо сказал о Това-куне. Ищу, кто именно.
— А-а. На это можно не обращать внимания. Скорее всего, виноваты почти все вокруг.
Красавица, богиня, идеальный красавчик… и я при них довеском.
Тут сложно не подумать: «А он-то каким боком? Деньгами заплатил?»
Если кто-нибудь посмотрит на нас и решит: «Какая гармоничная компания!» — я бы посоветовал ему обследоваться.
Слишком невероятно.
— …Почти все?
Рин нахохлилась, как разозлённая кошка, и даже тихо зашипела.
Не богиня, а котёнок какой-то.
Глаза острые, но страшно вообще не выглядит.
Скорее хочется погладить под подбородком.
Конечно, я этого делать не собираюсь.
— Я… пойду и скажу им пару слов! Ай?!
— …Рин, успокойся.
— Котонэ-тян, не тяните за щёки-и!
— …Отпущу, когда успокоишься.
Рин со слезами на глазах несколько раз быстро кивнула, и Котонэ наконец убрала руки.
— Жестоко… Я всего лишь хотела справедливо возразить.
— …Нельзя. Если ты пойдёшь разбираться, станет только хуже.
— Но…
— …Я понимаю. Но подумай, что после этого сделает он. Ты ведь уже знаешь Токиваги-куна.
Котонэ мельком посмотрела на меня.
Эй. А я тут при чём?
— Ух… Да. Наверное, я не подумала.
— …Вот и хорошо. А теперь…
Котонэ слегка ткнула Рин в спину, потом достала что-то из косметички и протянула Кэнъити.
— …Кэнъити, поможешь с кремом от солнца? Я забыла намазаться.
— А? Конечно! Спину?
— …Да. Пожалуйста.
Котонэ легла на живот на шезлонг и отдала ему солнцезащитный крем.
Вот что значит нормальная пара.
Всё происходит так естественно, будто иначе и быть не может.
Я бы на его месте от волнения сначала вообще не смог ничего намазать.
…М-м?
Мне показалось, Котонэ как-то странно на меня посмотрела.
Или нет?
Я ещё пытался понять, когда кто-то постучал пальцем по плечу.
Обернулся — Рин стояла красная и протягивала мне тюбик солнцезащитного крема.
— Эм… Рин. Это что?
— Я… хотела попросить. Поможете мне тоже?
Обычно уверенная и спокойная Рин вдруг начала запинаться, и от этого мне самому стало не по себе.
Казалось, вся кровь мгновенно прилила к лицу.
Может, я сейчас красный ничуть не меньше неё.
Я демонстративно посмотрел на солнце, пробормотал:
— Жарища…
И начал обмахиваться рукой.
— Может, попросишь Котонэ?
— Но сейчас Като-сан как раз наносит крем Котонэ-тян…
— Тогда можно после…
— …Не получится. У Рин другой крем, он мне не подходит. Так что помоги ей ты, Токиваги-кун.
Котонэ вклинилась в разговор, не дав мне закончить.
— Тогда Кэнъити…
— …Ты предлагаешь намазать другую девушку моему парню? Правда, Токиваги-кун?
— …Простите.
Под её ледяным взглядом я извинился совершенно рефлекторно.
Кровь, только что прилившая к лицу, будто тут же отхлынула.
Котонэ страшная.
— Да сдавайся уже, Това. Или ты так сильно Вакамию осознаёшь как девушку, что даже крем нанести не можешь?
— …Ничего подобного.
Я отрезал слишком резко, хотя внутри сердце дёрнулось.
Да кто вообще сможет не осознавать её как девушку в такой ситуации?
— Това-кун… нельзя?
Огромные глаза Рин смотрели на меня снизу вверх с тревогой и надеждой.
Нечестный приём.
В этом взгляде смешались просьба и тревога — и он опасно будоражил мужское желание.
Если кто-нибудь знает, как ему сопротивляться, пожалуйста, расскажите.
Я тяжело вздохнул.
— Ладно. Сделаю. На спину, да?
— Да!
Рин сразу просияла.
От её радости в груди слегка кольнуло и стало неспокойно.
Вот ведь. И понятия не имеет, что со мной делает.
— Тогда прошу.
— Ага…
Рин легла на живот, как Котонэ.
Перед её совершенно беззащитной спиной я снова вздохнул.
Другого выхода нет.
Выдавил крем на ладонь и осторожно положил руку на её белую тонкую спину.
— Ай…
— Всё нормально?
— Д-да. Просто крем оказался неожиданно холодным.
— Понятно.
— Хи-хи.
— Что смешного?
— Ничего… Просто рука у Товы-куна такая большая.
— У парней они примерно такие и есть.
— И тёплая.
— …Продолжу, ладно?
— Да. Пожа…луйста.
Я начал с плеч и постепенно повёл ладонями ниже, к пояснице.
Когда крем заканчивался, добавлял ещё.
Кожа у Рин оказалась гладкой, без единой шероховатости.
…Даже здесь идеальна.
Я невольно усмехнулся.
— А-а-а… Нет, всё нормально.
— Н-ну если так…
Когда рука дошла до поясницы, у Рин вырвался тихий чувственный стон.
Я собирался сделать вид, что ничего не слышал, но даже сама Рин заметно смутилась.
Уши покраснели, щёки тоже стали розовыми.
Если ей настолько стыдно, зачем вообще просить меня… Хотя, видимо, просто вариантов не осталось.
Я мотнул головой, отгоняя эту неприятно пустую мысль.
Кэнъити наблюдал за нами с особенно раздражающей ухмылкой.
— Чего лыбишься?
— Да так. Милое зрелище.
— …Ну и хорошо, Рин.
— Мы вам тут не представление. Нашли на что смотреть.
Я недовольно буркнул.
Похоже, Рин это услышала. Когда наши глаза встретились, она мягко улыбнулась.
Я тут же отвернулся и посмотрел на ослепительное солнце.
И снова вздохнул.