— Това-кун, вы так задумались… Что-то не так? Может, что-нибудь выглядит странно? А, причёска? Она сегодня другая, поэтому непривычно?
— Нет. Вот как раз это вообще не проблема.
Не могу же я сказать, что просто засмотрелся и потерял дар речи.
Я отвёл глаза от Рин, которая непонимающе склонила голову.
— Правда? Но тогда…
— М-м?
— Мне… идёт?
— Да… Наверное. Вон, реакция окружающих всё говорит за меня.
— Я спрашиваю не окружающих. Я спрашиваю Тову-куна.
Прозрачный взгляд Рин был направлен прямо на меня.
Глаза сияли так, будто она чего-то ждёт.
Рядом Кэнъити и Котонэ молча наблюдали за нами.
Они явно ждали, что я что-нибудь скажу.
— …Тебе идёт. Правда… Ай!
— Что это за комплимент?! Будто тебя заставили! Надо было сказать хотя бы: «Ты сияешь как бриллиант»!
— Вот это уже, по-моему, перебор.
Я потёр голову после крепкого подзатыльника и раздражённо посмотрел на Кэнъити.
Силищи у него как у гориллы. Больно же.
И вообще, не требуйте от меня красивых речей и пафосных комплиментов.
— Котонэ, ну скажи ему что-нибудь. Этот человек безнадёжен.
— …Кэнъити, посмотри. Всё нормально.
— А?… А-а. Понял.
— Хе-хе. Он сказал, что мне идёт.
— …У Рин позитивное мышление. Если это слова Токиваги-куна, ей хватает.
— Любовь творит чудеса, да?
— …Рин милая.
Они спокойно разговаривали, полностью игнорируя меня, который всё ещё сидел на корточках и держался за голову.
До меня доносились какие-то подозрительные фразы, но…
Ладно. Похоже, я всё-таки не испортил ситуацию.
— Ну что, пойдём! Зонтик нам уже выделили, надо быстрее отнести вещи.
— …Да. Я тоже хочу уже устроиться.
Я приложил к голове холодную бутылку, поднялся и собирался пойти за Кэнъити.
И тут почувствовал, что взгляды окружающих стали заметно жёстче.
Даже будто прохладнее стало.
А-а. Понятно.
Конечно.
Я слишком хорошо знаю эти взгляды.
«Ты вообще почему здесь?»
«Совсем не к месту».
«Вы вообще смотритесь вместе?»
Где бы я ни оказался, всё одинаково.
С этим ничего не сделаешь.
Это просто факт, который я не могу изменить.
Меня самого такие взгляды уже не задевают.
Я давно привык.
Но это касается только меня.
Если рядом со мной окажется другой человек, ему уже может быть неприятно.
Просто потому что кто-то случайно стоит рядом с таким, как я, на него тоже начинают коситься.
Вот это мне не нравится.
Особенно когда нормального человека начинают оценивать хуже только за то, что он связался с кем-то со дна вроде меня.
Это раздражает.
И ещё сильнее — заставляет чувствовать вину.
Поэтому я, как всегда, собирался сделать самое простое.
Почувствовал такие взгляды — спокойно, незаметно, будто растворяясь в воздухе, отойди в сторону.
Я уже начал отдаляться от остальных троих…
— Това-кун! Идёмте!
Необычно громкий и светлый голос Рин заставил меня удивлённо выдать:
— А?
Будто она будила кого-то засыпающего.
И хотя вокруг было шумно, её голос почему-то сразу пробился через весь гул.
Рин недовольно оглядела окружающих и вдруг обхватила мою руку.
Причём довольно крепко.
Её кожа напрямую коснулась моей, и вместе с теплом я почувствовал слишком приятную мягкость.
Если бы мысли сейчас не были заняты другим, у меня наверняка пошла бы кровь из носа.
— Эм… Рин? Что ты делаешь?
— Просто…
— Что?
— Мне показалось, если оставить вас одного, вы опять куда-нибудь незаметно уйдёте. Поэтому держу, чтобы не унесло.
— Людей обычно ветром не уносит.
— Тову-куна… может.
— И что у тебя вообще за представление обо мне?
Я слегка дёрнул рукой, но Рин даже не подумала отпускать.
Вот же.
Теперь взгляды вокруг стали только острее.
Из обычного недоумения они уже превратились в откровенно убийственные взгляды.
— Эй! Вы там долго?! Хватит миловаться, идите сюда!
Кэнъити махал нам обеими руками из-под зонта неподалёку.
Котонэ рядом тихо подзывала рукой.
Я коротко выдохнул.
— Ладно. Пойдём.
— Да.
— А отпустить мою руку — вариант?
— Конечно нет.
— Ну да. Зачем я вообще спросил.
Я невольно усмехнулся.
Взгляды окружающих оставались ледяными.
А внутри почему-то было тепло.