На следующий день Рю Ан проснулась почти в три часа дня. И всё потому, что накануне он вымотал из неё все силы. Прокувыркавшись с ним до самой ночи, девушка почувствовала резкий упадок сил и наелась на сон грядущий.
Когда глубокой ночью она схватилась за лицо и застонала от голода, Пэк Са Гём тут же переоделся, вышел и принес удон, жареных кальмаров и креветочные чипсы. Голодная Рю Ан выхлебала удон до последней капли бульона, после чего сразу же уснула. И вот только сейчас открыла глаза.
— Мы опоздали!
Рю Ан, растрепанная, подскочила на кровати. За это время Пэк Са Гём уже успел переодеться в новую гавайскую рубашку и теперь ждал её. Рядом лежало новое ципао, приготовленное специально для девушки.
— Собирайся быстрее. Нужно взять наличку и идти к Су Бону.
— Могли бы и пораньше разбудить!
Рю Ан, чуть не плача, наспех умылась, кое-как расчесалась и собрала волосы в хвост. Сердце бешено колотилось от спешки.
— Сначала пойдем в ломбард?
— Кушать не хочешь? — спросил Пэк Са Гём, поправляя наскоро надетую девушкой одежду.
Она, сидя на корточках, усердно доедала вчерашние креветочные чипсы.
— Хочу, но потерплю!
— Давай сначала поедим, а потом в ломбард. Если продать мои часы, выручим как минимум пять миллионов.
Пэк Са Гём, отодвинув чипсы подальше, продемонстрировал свои наручные часы. При этих словах глаза Рю Ан округлились.
— Зачем их продавать! Это же ваши любимые часы, молодой господин!
— Но чтобы попасть в «Гвимун», нужны наличные.
— Оставьте. Оставьте себе эти копейки.
Копейки? Брови Пэк Са Гёма нахмурились. Рю Ан с победоносной усмешкой притащила свой рюкзак.
— Я же говорила: просто доверьтесь мне.
Она сунула руку в самую глубь и принялась доставать спрятанные там вещи одну за другой. Серебряный подсвечник, маленькая фарфоровая ваза с клеймом мастера, два флакона духов, разные золотые украшения, зажимы для галстука, кольца и даже два блока дорогих сигарет Сим Хёка.
— Ну как?
Рю Ан самодовольно скрестила руки на груди и вздернула подбородок. То, как она моргала в ожидании похвалы, напоминало послушного щенка.
— Ты даже сигареты Сим Хёка стащила?
Слегка приоткрыв рот, Пэк Са Гём взял пачку. Для Сим Хёка, выкуривавшего по одной штуке в день, этого запаса хватило бы на год.
— Такие элитные сигареты здесь — огромная редкость! За одну пачку можно даже лодку нанять! — глаза Рю Ан так и сияли.
Пэк Са Гём восхищенно разглядывал каждую вещь. Рю Ан была не мелкой воришкой. Она была великой воровкой. Наверное, первая и последняя, кто умудрился вынести из дома семьи Хва Ён столько добра.
— Зачем нам прятаться? Если мы всё это продадим, можно будет открыть магазин одежды.
Услышав это, девушка скромно улыбнулась и почесала щеку.
— Ой, да ладно… Это ведь я вам еще только треть показала.
***
Владелец ломбарда с жадностью в глазах брал вещи одну за другой и откладывал в сторону.
— Триста.
— Эй! Как минимум пятьсот!
Рю Ан, злобно сощурившись, сжала кулаки.
— Давайте пятьсот! Если нет, я заберу всё это и пойду в соседний магазин! Понятно?
— Ах ты ж мелкая!
Владелец ломбарда вытаращил глаза и уже было замахнулся, чтобы дать этой дерзкой малявке по голове, но вовремя заметил стоящего рядом высокого парня, надувающего жвачку. Хоть на лице того и было написано безразличие, казалось: случись с этой девчонкой хоть что-то, он тут же пустит в ход топор.
— …Проклятье, четыреста! Больше не дам!
Спустя двадцать минут Рю Ан вышла из ломбарда с толстой пачкой денег. Выторговать после долгих споров целых пять миллионов вон было безумно приятно.
— Отличное начало, да?
Рю Ан вприпрыжку направилась к лавке Су Бона, напевая себе под нос. Всё шло как по маслу.
«Мы попадем в «Гвимун». Надежно спрячем Пэк Са Гёма. Я защищу его, а заодно выясню, кто стоит за братом. И если удастся найти способ помирить брата и Пэк Са Гёма — это будет просто идеально».
Идеально! Рю Ан мысленно перебирала каждый шаг своего плана, довольно улыбаясь.
Но стоило им подойти к лавке, как ветер донес странный запах. Тяжелый металлический запах.
Рю Ан замерла на месте.
«Пахнет кровью».
Она посмотрела на лавку заледеневшим взглядом.
Выцветшая вывеска «Печати от Су Бона» скрипела на ветру. Дверь была слегка приоткрыта.
— …Что-то не так.
Когда Рю Ан тихо пробормотала это, взгляд Пэк Са Гёма уже изменился.
— Жди здесь.
Он вытащил из заднего кармана пистолет и прижался спиной к стене у двери. Ледяной взгляд быстро скользнул по помещению справа налево.
Мужчина проскользнул внутрь, держа оружие наготове. Но ситуация внутри не требовала лишних действий — всё уже было кончено.
— А, похоже, нас кто-то опередил, — холодно усмехнулся он.
Не дожидаясь конца фразы, Рю Ан вбежала следом.
Ситуация была ясна с первого взгляда. Если говорить коротко, лавку обчистили.
Стеллаж с печатями был повален на пол, ящики выдвинуты. Разбросанные документы, открытый сейф. Явные следы того, что кто-то второпях всё перевернул вверх дном.
А Су Бон лежал под рабочим столом в неестественной позе, в огромной луже крови.
Рю Ан тут же подбежала, опустилась на колени и приложила пальцы к его шее. Пульса не было, кожа уже остыла.
— …Он мертв.
На теле зияло множество ножевых ранений.
Глаза Су Бона всё еще были открыты и смотрели в потолок, а темно-красная кровь растеклась по полу широким пятном. В руке он сжимал штихель.
Видимо, пытался защищаться.
— Черт…
Стоило ей выругаться, как снаружи раздался тягучий старческий голос:
— В «Гвимун» собрались? Опоздали вы.
Обернувшись, они увидели старика из соседней лавки. Цокая языком, он стоял в дверях.
— Налетела тут толпа шустрых парней и обчистила всё. И добро вынесли, и Су Бона прикончили.
— Вы не видели, кто это был? — спросил Пэк Са Гём.
Но старик лишь хихикнул и шлепнул мухобойкой муху, севшую на дверь.
— Видел. Молодой парень. Но какая разница? Это же Чхонним.
Словно это всё, что он мог сказать, старик закинул мухобойку на плечо и повернулся спиной.
— Забудьте обо всем и идите выпейте в «Чхвивольдан»!
Его громкий смех, полный иронии над этим безумным миром, постепенно затихал вдали. Рю Ан, глядя ему вслед, медленно опустила веки Су Бона. Пачка денег в кармане вдруг показалась невероятно тяжелой.
***
Выйдя из лавки, они устроились на ступеньках в начале рынка. Место находилось в тени. Лето в районе Чхонним с каждым днем становилось всё жарче. От духоты бросало в пот, даже если просто сидеть на месте.
Пэк Са Гём купил два стаканчика со слашем. Сев рядом с Рю Ан, он протянул ей один. Со вкусом содовой.
— На, чтобы поднять настроение.
Девушка взяла стаканчик и воткнула трубочку. Сделав глоток, она почувствовала долгожданную прохладу. Только тогда тревожные мысли начали понемногу отступать.
К тому, что знакомый человек вдруг становится холодным трупом, привыкнуть было невозможно, сколько бы раз ты это ни переживал. К тому же путь в «Гвимун» оказался закрыт.
Она тяжело вздохнула.
«Что делать дальше? Где спрятать Пэк Са Гёма, чтобы он был в безопасности?»
Рю Ан развернула помятую карту. На ней множество мест было перечеркнуто красным крестом. Прачечная, где жил Эйто, — крест, туристическая зона, где слишком много знакомых, — крест, улица Маён, откуда её выгнали после драки с дочерью охранника, — тоже крест.
Свободных мест не осталось.
«Гвимун» был лучшим вариантом…»
— Ничего. Мы всё еще можем туда попасть.
Словно прочитав её мысли, Пэк Са Гём погладил девушку по голове.
— Эти ублюдки наверняка украли то, что служит пропуском в «Гвимун». Нам нужно просто вернуть это.
— Но мы же не знаем, кто это украл.
— На месте преступления остался странный запах.
— Запах?
— Я впервые такой чувствовал, так что не могу сказать точно. Но запах очень специфический. — Его глаза сузились. — В любом случае давай на сегодня найдем где переночевать и всё обдумаем.
— Но…
Как только она жалобно сморщилась, Пэк Са Гём вырвал у нее карту.
— Вместо того чтобы пялиться в бумажку, лучше лишний раз посмотри на меня.
Пэк Са Гём придвинул свое красивое лицо поближе, заставляя все мысли разом испариться. Эффект был стопроцентный. Когда он подходил так близко, Рю Ан по-прежнему заливалась краской и замирала.
— Ой, ну вы слишком… близко… — смущенно пробормотала она.
— Нам что, и эту дыру прочесывать? Блядь, жарища-то какая.
— Хочешь получить деньги — работай. Давай быстрее закончим и свалим.
Зрачки Рю Ан едва заметно дрогнули. Эти голоса, доносившиеся издалека… она точно знала, кому они принадлежат.