Онлайн чтение книги Это был всего лишь брак по контракту It was just a contract marriage
Глава 99

В конце концов, Элизе тайно вызвала Фрейю.

— У вас еще не начались месячные?

— Нет, еще нет.

Благодаря тому, что за несколько месяцев в Лотье ее здоровье резко улучшилось, менструации вернулись в положенный срок. По расчетам, кровь должна была появиться в ближайшее время. Элизе нервно закусила губу.

— Обычно у меня нерегулярный цикл...

— Понимаю. Для начала возьму анализ крови.

— Есть вероятность?

Элизе даже не могла произнести слово «беременность». Фрейя серьезно нахмурилась.

— Симптомы слишком незначительны, чтобы делать поспешные выводы. Но лучше не питать больших надежд. Чем сильнее надежда, тем больше разочарование — как в прошлый раз.

— Да...

На определение беременности по анализу крови ушло несколько дней. Каждый день ожидания тянулся как неделя.

Элизе целыми днями бродила по спальне и гостиной, а когда больше не могла терпеть, спустилась по лестнице в кабинет.

Разумеется, кабинет в отсутствие хозяина был пуст. Элизе бродила по мрачной комнате, где даже не зажгли свечи, несколько часов.

Она садилась за стол, потом перебиралась на диван, сгорбившись, затем подошла к приставному столику с вещами Реджета и бездумно теребила чернильницу и печать.

Что она вообще хотела, зайдя в это пространство, пропитанное следами мужчины, с которым скоро придётся расстаться навсегда?

Элизе усмехнулась над собой, но всё же взяла аккуратно сложенную на стуле одежду. Она прижалась лицом к домашнему халату, который Реджет часто носил, и глубоко вдохнула. Вместо знакомого мужского запаха почувствовала лишь сухой аромат ткани.

«Наверное, нет».

Наверное...

Но что, если... если вдруг...

Что тогда?

Её сердце бешено колотилось. Если бы ребёнок всё-таки был... если бы это случилось...

«Рада ли я?»

Даже перед лицом безвыходного положения первой пришла эта глупая мысль. Элизе изо всех сил пыталась оборвать бесконечную цепь надежд и тревог.

Месячные пришли раньше результатов анализа. Это случилось утром на третий день. На нижнем белье остались едва заметные следы крови. Они были гораздо бледнее, чем обычно, но это точно была кровь.

Увидев эти пятнышки, она почувствовала, как у неё закружилась голова, словно мир перевернулся.

«Нет. Слава Богу».

Слава Богу...

Но почему...

Элизе вздрогнула, почувствовав капли на тыльной стороне ладони, и потрогала подбородок. Её щеки и подбородок были мокрыми еще до того, как она осознала, что плачет.

А когда осознала — рыдания вырвались наружу.

— Хы-ы...

Сдержаться было невозможно. На сердце было невыносимо пусто.

Откуда этот странный горечь? Почему так больно, будто сердце разрывают на части?

Потому что в конце концов она убедилась, что между ней и Реджетом нет абсолютно ничего?

— Какой красивый будет ребенок!

— Никогда не видела, чтобы господин делал такое мягкое лицо!

— Хочу, чтобы второй ребенок был прекрасной герцогиней! Хотя, впрочем, любым будет благословением для Лотье!

Воспоминания о многочисленных добрых пожеланиях на праздник урожая и искренних, теплых словах всплывали в памяти. Тогда ей было приятно. Взгляды, полные восхищения, вызывали приятное волнение. Но сейчас она чувствовала к себе лишь отвращение.

На самом деле она и сама не раз думала об этом.

Хотела бы дочь. Здоровую, похожую на отца, но с добрыми карими глазами, как у Андрея...

Еще в те времена, когда она жила затворницей в одной из комнат императорского дворца Аргана, у Элизе была заветная мечта.

Встретить человека, который полюбит ее, родить его ребенка и создать счастливую семью — это была самая прекрасная мечта, какую только могла представить болезненная девочка, не видевшая будущего.

Но мечты — это одно, а реальность — совсем другое. И все же она глупо продолжала надеяться до самого конца.

— Наконец-то в наших землях наступила эпоха мира!

Если бы она могла свободно раствориться в этом счастливом народе...

Если бы это была ее родина. Если бы этот мужчина был из Аргана — или хотя бы не из Ванеллы. Если бы он был не рыцарем, а простым деревенским парнем... Бесполезные фантазии кружились в голове, как снежинки.

Как было бы хорошо...

«Это место действительно не для меня».

Собравшись с мыслями, Элизе развернула хранившийся в столе контракт. Рядом положила небольшой клочок пергамента и открыла чернильницу. Стараясь не дать слезам капать на бумагу, она начала выводить строки.

Помните, господин?

Вы сказали, что по истечении обещанных шести месяцев я могу уйти, когда пожелаю.

«Это всего лишь брак по контракту», — сказали вы. Достаточно использовать друг друга по обоюдному согласию — и всё.

Она не собиралась высказывать все, что накопилось в сердце.

Элизе максимально кратко и сухо сообщила о завершении контракта.

Срок истек — пора возвращаться к началу.

И она решила признать.

Возможно, для него это было не так, но она точно любила его. Незрелая любовь, застывшая в момент, когда бутон уже готов был раскрыться.

Реджет Кирстан был первым человеком, которого встретила Элизе, когда ее мир, похожий на утробу, разрушился, и она, словно новорожденное существо, сделала первые неуверенные шаги. Хотя она прекрасно понимала, что так нельзя, но все равно привязалась к нему и отдала ему сердце.

Первый брак, первый опыт, первая страсть, первая боль. И все эти бесчисленные «первые» она решила назвать своей первой любовью.

Определив свои чувства, она поняла, что прощаться стало легче.

— Спасибо, что согласились на такие условия. Простите, что не выполнила обещание.

— Я рада, что смогла ненадолго остаться в вашем мире, который слишком хорош для меня.

— Пусть благословение Бога вечно пребудет с Лотье.

— И пусть вы станете моим последним отчаянием.

Рука Элизе ослабла. Перо с неприятным стуком упало на стол.

Насыпало полное опустошение. Она вернула перо и чернильницу на место и собрала контракт с запиской. Из-за месячных низ живота слегка ныл, словно его кололи крошечными иголками.

Некоторое время она не могла пошевелиться и лишь сидела, сгорбившись, в огромном кресле Реджета. Слёзы иссякли лишь спустя еще много времени.

На следующий день пришедшая в спальню Фрейя неловко сообщила, что анализ не выявил признаков беременности. Но предложила перестраховаться и взяла еще немного крови.

Однако Элизе уже приняла решение. Больше не было причин колебаться или мучиться.

Теперь на душе было спокойно.

⋆★⋆

Реджет вернулся в Лотье неделю спустя, в тот момент, когда солнце только скрылось за горами. Это был последний вечер сентября. Он прибыл раньше намеченного срока.

Как только он пересёк границу владений, то послал гонца в замок. Сообщение заключалось в том, что он поднимется в главную башню сразу по прибытии, и велел ей ждать и не спускаться — по одному этому можно было понять, как он горит желанием.

Элизе оставила дверь на лестницу открытой и ждала его перед ней, пока он не ворвался, будто разрывая тьму, и не схватил ее так, что она едва успела вдохнуть. Опыт подсказывал, что сейчас он приведет себя в порядок и вернется к обычному виду, но она ошиблась.

— Чёрт возьми.

Вместо обычного приветствия в ухо ей вырвался сдавленный мат. Пока Элизе ничего не понимала и только моргала, рука Реджета на ее затылке сжалась сильнее.

— Не проходит.

— ?..

— Надо было взять тебя с собой.

Даже его голос звучал отрывисто, будто он ругал не ее, а самого себя. Такое случалось нечасто. От ударившихся доспехов пахло железом и сталью. Над головой Реджет прорычал сквозь зубы:

— Как только разлучаюсь, сразу...

Элизе не стала спрашивать, что случилось. Ей было все равно. Да и зачем усугублять боль?

Если это последний раз, то хотелось бы вдоволь насмотреться на его красивое лицо. Без страха она провела руками по холодным латам, покрывавшим его грудь и талию.

Расстегнув кожаный ремень, она почувствовала, как тяжелые пластины накренились и соскользнули. Реджет грубо сбросил все лишнее и прижался лицом к ее груди. Среди легкого запаха крови ощущался аромат сухого леса.

Тьма, охватившая мир, скрыла ее необычно бледное лицо. Они даже не нашли времени зажечь свечи, сразу слившись воедино. Реджет вёл себя так, будто единственное, чего он хотел, — это войти в нее.

Элизе не помнила всех деталей той ночи, но знала, что он взял ее особенно грубо. Смутно припоминала, что даже испугалась — а вдруг ее тело, изможденное до предела, больше не восстановится?

Той ночью он явно был не в себе. Наверное, была причина, но она так и не узнает, какая.

Элизе не спала до самого рассвета. То погружалась в воспоминания о последних шести месяцах и пустоту, то рационализировала свой выбор в самых мрачных тонах, то прощалась, глядя на его лицо — так прошло время.

А на рассвете она исчезла.

Словно ее и не было здесь никогда.