Онлайн чтение книги Это был всего лишь брак по контракту It was just a contract marriage
Глава 93

На лице принцессы отразилось чувство, лишь отдаленно напоминавшее смирение. Было сложно сказать, стала ли она отрешенной или же просто равнодушной.

Может, ее мысли просто витали где-то далеко.

Даже пока ее супруг беседовал с врачом, она молча сидела с опущенными глазами, экономя слова.

— Тогда ей нужно временно отдохнуть?!

— Ну, вообще-то... сегодня как раз наступает подходящий период для зачатия — ближайшие три-четыре дня.

Как назло, это было именно то время, когда тело принцессы максимально подготовлено для беременности. Но советовать им усердствовать в этом вопросе не было нужды — они и так явно перебарщивали.

Каждый раз, осматривая принцессу, Фрейя сдерживала вздох при виде следов страсти, которые никак не желали исчезать. Синяки разного размера на нежной коже не заживали, сколько ни мажь их мазью, да и саму мазь принцесса частенько смывала.

— Оставь.

— Но вам же больно...

— Ничего. Ему нравится, когда остаются следы.

Хоть подлежащее и было опущено, понять, о ком речь, не составляло труда. Фрейя подавила досадный комок в горле.

«Нехороший знак».

Прошёл месяц с их возвращения с реки Тене — короткий срок, который тем не менее успел изменить принцессу.

Она уже достаточно привыкла принимать в себя мужчину.

Когда великий герцог в гостиной прижимался к ней с явным нетерпением, принцесса больше не терялась, как раньше. Хоть и вздрагивала поначалу, но вскоре естественно находила удобное положение и приникала к нему. Трудно было поверить, что та, что в первые дни в Лотье пугалась одного размера мужчины, теперь так изменилась.

Но это было не все. Если сперва она конфузилась и краснела, показывая себя обнажённой даже прислуге, то теперь безропотно позволяла сдвигать с себя покрывало. Будто к своему телу и не питала особой привязанности.

Однако было кое-что, о чему преобразившаяся принцесса наказала Фрейе — так, чтобы супруг не услышал. Раз в три-четыре дня, на глазах у великого герцога, ей нужно было выписывать определённое снадобье.

Но Фрейя никак не могла понять смысла такого назначения. Неохотно она заговорила:

— Вы выглядите уставшей. В последнее время плохо спите?

— Засыпаю, но быстро просыпаюсь.

— Попейте хоть немного успокоительного. Я пропишу вам травяной чай и ароматические средства, чтобы вы могли отдохнуть.

Принцесса едва заметно кивнула.

— Пожалуй. Реджет, ты не против?

Она подняла тонкие ресницы и вопросительно посмотрела на супруга. Зная, как ревностно он следит за временем её сна, она просила разрешения.

Последнее время Реджет, хоть и заботился о ней, ни на секунду не переставал наблюдать за своей женой. Как будто исполняя свою клятву «не закрывать глаза», он неотрывно следил за ней — пристально и беспощадно.

Когда Реджет хмурился, наблюдая за Элизе, у неё в горле и желудке возникало ощущение, будто она проглотила добрую пригоршню иголок. Это была боль от спазмов, вызванных чрезмерным напряжением. Всякий раз, когда он смотрел на неё с нечитаемым выражением лица, ей казалось, будто из неё заживо вытягивают кровь.

«Неужели он что-то заподозрил?»

Как раз в этот момент большая рука Реджета потянулась к лицу Элизе. Тепло и текстура его кожи, скользящей по её щеке, были ей одновременно знакомы и бесконечно чужды.

Элизе стоило немалых усилий скрыть боль, сводившую внутренности судорогой. Показывать усталость было можно, но если бы она пожаловалась на боль, Реджет ни за что не отстал бы. Она терпеливо выносила его прикосновение, задержавшееся, будто он проверял температуру её кожи.

Время проверки.

Если она продержится эти несколько секунд...

«Я знаю, он разрешит».

— Хорошо.

— Ещё только день, так что немного поспать под аромат маковоцвета будет полезно...

Он снисходительно разрешил, по сути предложив ей то, что лишь на шаг приближало её к смерти. Конечно, он не знал, но ощущение было странным.

Фрейя осторожно поставила на стол холщовый мешочек с сушёными травами.

— Здесь тот же состав, что вы использовали раньше. Залейте тёплой водой, дайте немного настояться, а после пробуждения понемногу перекусите.

Элизе принимала это снадобье раз в три-четыре дня с прошлого месяца. Травы снимали усталость, а аромат маковоцвета и других трав погружал её в глубокий сон без сновидений.

Порошка из сушёного маковоцвета добавляли совсем немного, но Фрейя всё же колеблясь добавила:

— Не спите дольше положенного. Максимум два часа.

— Хорошо, я поняла.

Вообще-то принцессе лучше было бы вообще избегать маковоцвета. Да и любых других снотворных трав тоже. Малейшая передозировка — и она могла не проснуться.

Принцесса знала это лучше кого бы то ни было.

— Не говори великому герцогу и выпиши мне снотворное. И обязательно уточни, что я буду спать без сновидений.

Вот что Фрейя как врач не могла понять.

«Даже в малых дозах принимать опасные для себя вещества так легко — это ненормально...»

Иветса быстро принялась ставить чайник. Великий герцог не стал останавливать её. Похоже, его не смущало, что снадобье погружало в сон, подобный смерти.

Элизе медленно осушила чашку с красноватым чаем. Тяжёлая дремота тут же окутала её, как грозовая туча. Великий герцог поднял её на руки. Уложив обессилевшую Элизе на кровать, он поцеловал тыльную сторону её ладони.

— Я разбужу тебя.

Элизе слабо кивнула, и её глаза медленно закрылись.

Как только жена погружалась в глубокий сон, Реджет спускался в кабинет, чтобы исполнить свои обязанности.

Раз в три-четыре дня у неё появлялся шанс — те несколько часов, пока он отсутствовал.

Как только великий герцог вышел из комнаты, в спальне воцарилась тишина.

Из окна комнаты Иветсы, расположенной этажом ниже, вспорхнул белый голубь. Птица сразу же опустилась на подоконник спальни, поправила белоснежные перья и заворковала.

Балдахин слегка раздвинулся.

Глаза, в которых не осталось и следа сонливости, светились облегчением и радостью. Элизе быстрыми шагами подошла к окну и протянула руку. Птица прыгнула ей на палец, словно на жёрдочку.

— Привет.

Элизе погладила нежные белые перья и тихо прошептала:

— Спасибо, что снова прилетел ко мне.

⋆★⋆

Впервые она увидела «сон» в ту самую ночь после возвращения с реки Тене.

Из-за нестабильности магии Элизе не могла говорить с братом лицом к лицу. Большую часть времени она оставалась в темноте, слушая монологи Андрея. К счастью, он был понятлив и сразу замечал, когда сестра приходила к нему.

— Я так и думал, что у тебя получится. Я же говорил, ты способна на многое, Элизе!

Но времени на радость от воссоединения было мало. Андрей быстро и чётко передавал сестре важную информацию, хотя и не видел её.

— Дикари из Угеля всё ещё ищут тебя. Они уверены, что с твоей помощью выманят меня. Их конечная цель — добраться до магии, что скрыта в катакомбах под нашей церковью. Так что именно её нам нужно отбить первой.

В подземных усыпальницах, где покоился прах предков Аргана, включая героя Галлиана, хранились сокровенные тайны магии, которые Арган копил семьсот лет. Но главная причина защищать это место крылась в другом: там находился центр огромного защитного барьера, охватывающего границы Аргана.

— Пока мы с тобой были едины, барьер работал без сбоев. Благодаря этому империя была в безопасности от любых вторжений. Он создан на основе запрета, защищающего потомков Галлиана от безумия Семешиты. Даже если светлый дракон вернётся, разрушить этот барьер он не сможет.

Пока у них был маг, способный поддерживать барьер, земли Аргана оставались неприступной крепостью.

Но семь лет назад, когда император Андрей разделил их с сестрой судьбы, барьер сильно пошатнулся. Разорвав связь с сестрой, источника магии, он не мог предотвратить остановку барьера.

Тут близнецы впервые горячо поспорили.

— Это была моя гордыня. Я думал, что смогу поддерживать барьер своей силой, даже без твоей магии. Но в одиночку я смог только не дать рухнуть дверям катакомб...

— Зачем ты так поступил? Ты должен был защитить страну, что бы ни случилось со мной. Это был долг императора!

— Император должен был поступить именно так. Но как твой младший брат я не мог.

— И к чему это привело? Миллионы людей лишились родины и стали беженцами. Как ты мог не понять, что важнее?

— Зато благодаря этому выбору ты сейчас жива. Разве для меня есть что-то важнее?

— Ты всё ещё не понимаешь, Андрей!..

— Элизе. Если бы я семь лет назад не провел тот ритуал, у тебя был лишь один путь. Ты ослабла бы настолько, что не смогла бы даже поднять веки. Любое движение грозило переломами костей. Ты бы лежала, не видя, не слыша, не говоря, лишь изредка дыша... и всё.

«...»

— Единственное, что ты могла бы делать, — это лежать и позволять мне забирать твою магию. Как я мог допустить такое...

Элизе не нашла слов перед младшим братом, изливавшим свою боль.