Контент удален!

Соль Ип нахмурилась и отчаянно замотала головой. Она не могла допустить, чтобы на нем появилась хоть малейшая царапина. Хоть у нее и не было ничего за душой, она была готова рискнуть жизнью, лишь бы защитить этого мужчину. Именно поэтому она смогла сделать тот жестокий выбор и безжалостно покинуть его.

— Почему ты плакать собираешься? Боишься, что я пошлю тебя на улицу за презервативами?

Он ласково улыбнулся и нежно поцеловал Соль Ип в лоб. Ей хотелось сказать, что она могла бы и сходить, но из-за того, что голос не слушался, она умирала от разочарования.

— Говорю же, я отправлю секретаря Хо. Думаешь, я сам покупал все те презервативы, которые мы использовали раньше?

Соль Ип слегка отвернулась, избегая его губ, осыпающих поцелуями её переносицу, и упрямо перехватила блокнот и ручку.

«Сейчас ты был прямо как настоящий молодой господин!»

Она резко развернула блокнот и сунула ему под нос. Прочитав это, он разразился смехом. Это был смех, от которого в груди щекотало, словно мыльные пузыри лопались прямо на сердце.

— О чем ты? Я тут работал как раб.

Он прищурил глаза, полные смеха, и посмотрел на Соль Ип сверху вниз.

— Какой еще молодой господин? Разве не видишь, как я из кожи вон лезу, чтобы хоть раз угодить нашей барышне?

Еле сдерживая глупую улыбку, готовую вот-вот вырваться, Соль Ип слегка прикусила нижнюю губу. Не отрывая от нее взгляда, он взял со стола свой телефон. Не успела она и слова сказать, как он уже кому-то звонил.

— Да, секретарь Хо.

Соль Ип сглотнула пересохшим горлом. Если из его рта сейчас вылетят слова вроде «презерватив» или «контрацепция», ей точно захочется провалиться сквозь землю.

— Оставь вещи, которые я собрал, перед воротами и напиши мне сообщение. Да, я поживу здесь несколько дней. Хорошо. Напишешь, как приедешь.

Видимо, он заранее собрал вещи, предвидя, что останется в доме доктора Хам. Пораженная такой предусмотрительностью, Соль Ип широко распахнула глаза.

— Начинаешь понемногу соображать? Думала, я буду вечно мотаться туда-сюда?

До Гон лукаво подмигнул ей и игриво улыбнулся. И тут в её голове красным пламенем вспыхнули мысли о том, что должно произойти дальше, и сердце неистово затрепетало.

Но что же делать, пока не приедет секретарь Хо?

Он расплылся в широкой улыбке, словно читая мысли Соль Ип.

— Пока ждем секретаря Хо, можно заняться вот этим.

Приподнявшись, он схватил свою белую футболку за подол и одним движением стянул её через голову, отбросив в сторону. Взъерошенные после снятия футболки волосы придавали ему какую-то томную сексуальность.

— Да, вот это настоящая Хван Соль Ип.

Соль Ип непроизвольно шевельнула губами, беззвучно спрашивая: «Что?». Он прочитал её вопрос по губам и ответил:

— То, как ты теряешь дар речи, когда я раздеваюсь.

Только она хотела усмехнуться, подумав, что это уже слишком, как... Его толстые пальцы вцепились в резинку спортивных штанов и одним рывком стянули их вместе с бельем.

Два часа дня. Солнечный свет, льющийся сквозь полупрозрачное окно, слепил глаза. А то, что он выставил свой пах напоказ, лежа на диване в священной смотровой, где доктор Хам столько лет лечила пациентов, было настолько сюрреалистично и откровенно, что у Соль Ип запылала шея.

Сердце колотилось так, словно застряло в горле. Она попыталась свести ноги вместе, но силы уже покинули её, и это было бесполезно. Кончики его пальцев впились во внутреннюю сторону её бедер, словно пытаясь разорвать их. Ощущение того, как таз раздвигается спустя столько времени, было таким непривычным, что Соль Ип инстинктивно отвернула голову, чтобы не смотреть.

Его растрепанные волосы щекотали внутреннюю поверхность бедер. У нее не было никаких сил остановить его, когда он уткнулся лицом ей между ног.

— У-ух.

От внезапного ощущения, как её влагалище начали сосать, Соль Ип резко втянула воздух. Словно засасывая губы, он нежно покусывал её плоть, насквозь промокшую от смазки. Глаза то закрывались, то открывались, а в голове всё плыло. И всё же текстура дерева на столе, за которым доктор Хам обычно принимала пациентов, и ящики с травами бросались в глаза слишком отчетливо.

Чувство легкой вины, словно она делает что-то ужасно непристойное, смешалось с пронзительным удовольствием. Пока она, не зная, как реагировать на эту смесь чувств, тяжело дышала, он захватил пальцами кусочек плоти и проник языком в самую расщелину.

— Ха-а!

Дыхание вырвалось обрывками.

Вдалеке залаяла собака, реагируя на кого-то, кто проходил по переулку. Вдруг Соль Ип сжалась от страха: а что, если доктор Хам вдруг вспомнит, что что-то забыла, и распахнет входную дверь?

Но даже на фоне этих мыслей жар, бушующий внизу живота, методично и верно набирал температуру. Казалось, разгар лета пронзает её тело насквозь, плавя саму кожу.

Чавк, чмок... Звуки того, как он облизывает, сосет и покусывает её плоть, раздавались до неприличия громко. В тихом доме доктора Хам единственными звуками были тиканье старых часов и этот влажный шум.

— У-у-у.

Колени дернулись, пальцы на ногах рефлекторно поджались. Пока он то легонько царапал её клитор зубами, то всасывал его так сильно, словно хотел вырвать, жар, зародившийся между ног, пополз вверх по позвоночнику.

Ведомая инстинктами, Соль Ип постанывала и запрокидывала голову. Хотя она четко видела старый деревянный потолок, ей казалось, что перед глазами всё вспыхивает белым светом. Тело раскалилось до такой степени, что даже от легкого оргазма на глаза навернулись слезы. Ощущение того, как из нее выплескивается горячая влага, было невероятно ярким.

Как раз в тот момент, когда она полностью обессилела и обмякла ногами на его крепких плечах, раздался звонкий сигнал сообщения на его телефоне: «Динь».

— Видимо, секретарь Хо приехал.

Значит, собака лаяла из-за секретаря Хо. Осознание того, что это не доктор Хам, принесло волну облегчения.

Как только она с облегчением выдохнула, он поднялся с места. Соль Ип послушно свела бедра и слегка согнула колени.

— Оставайся так. Я сейчас выйду и сразу вернусь.

Даже не думая надевать брошенную футболку, он как был, так и открыл входную дверь и вышел. Сквозь распахнутую дверь в комнату ворвался ослепительный летний зной.

Хоть на нее никто и не смотрел, Соль Ип вдруг стало невыносимо стыдно, и она натянула его сброшенную футболку на бедра. Почувствовав, что кожаный диван под её ягодицами насквозь промок, она инстинктивно подтерла его краем футболки. Оставить пятно на диване было бы катастрофой, а футболку ведь всегда можно постирать.

Скрип — раздался звук открывающихся ворот. Затем послышались его тяжелые шаги по двору. В такт этим шагам её сердце то замирало, то бешено колотилось.

Наконец он снова появился в дверях, неся на плече спортивную сумку. Он достал из бокового кармана коробку с презервативами и небрежно бросил её на стол: хлоп, хлоп.

В одной упаковке обычно три штуки? Сколько он их там вытащил?!

Соль Ип, мысленно крича, смотрела на него широко раскрытыми глазами, пока он ставил сумку на пол. Спокойно разложив несколько коробок с презервативами на столе, он выпрямился и направился в ванную.

Соль Ип, слегка приподнявшись, заглянула в полуоткрытую дверь ванной. Тщательно вымыв руки в раковине, он на мгновение замер, а затем потянулся за душевой лейкой. Другой рукой он стянул с себя спортивные штаны вместе с нижним бельем.

Он что... моется? Прямо сейчас?

От этой легкой нелепости её лоб покрылся испариной. Достав чистое полотенце из шкафчика, он насухо вытерся и вышел из ванной абсолютно голым.

Заметив Соль Ип, которая в нелепой позе прикрывалась его футболкой, он прищелкнул языком. Соль Ип уже собиралась извиниться за то, что без спроса вытерла свою смазку его футболкой, но он опередил её:

— Эту футболку я никогда не буду стирать.

В ответ на её недоуменно вздернутую бровь он слегка постучал указательным и средним пальцами правой руки по её щеке.

— Такую милоту нужно хранить вечно.

Не успела она и пикнуть, как он вырвал футболку, которой она прикрывала нижнюю часть тела. То ли сказалась его способность к молниеносным атакам на льду, но, пока Соль Ип в панике соображала, что делать, он уже разорвал упаковку и натягивал презерватив на свой угрожающе огромный, стоящий член.

Соль Ип громко сглотнула.

Мне тоже нужно быстро помыться?

Её сомнения тут же стали бессмысленными. Чистое, прохладное после душа голое тело мгновенно накрыло её.

— А-ах!

Он обхватил свой толстый ствол и начал яростно тереться головкой о вход во влагалище, из которого сочилась смазка. Тело само собой расслабилось, создавая иллюзию, что лоно раскрывается ему навстречу. Тело, прекрасно помнящее, насколько упоительным было удовольствие от слияния с ним, реагировало само по себе.

Из-за разницы в габаритах её нежная плоть неизбежно сминалась при каждом его толчке.

— А-а-а.