Я работал изо всех сил в надежде, что к тому времени, как ты окончишь университет, я тоже стану штатным сотрудником со стабильной зарплатой. И когда тебе в итоге пришлось бросить учебу, мне показалось, что рухнуло небо.

Кто это сказал, Оскар Уайльд? Мы все в сточной канаве, но некоторые из нас смотрят на звезды.

Я думал, Соль Ип, что ты как раз из тех, кто смотрит на звезды.

Поэтому я верил, что хотя бы ты однажды дотянешься до этой звезды и будешь сиять. И я клялся себе снова и снова: если тебе понадобится лестница, чтобы дотянуться до неё, я с радостью стану твоей опорой.

Но когда я увидел, как тебе пришлось уйти из университета, мне стало так горько от того, что я больше ничем не могу тебе помочь. Кажется, именно тогда я понял, что в точности означает выражение «мир рушится».

Я сам не учился в университете, поэтому не очень в этом разбираюсь. Но я разузнал и выяснил, что можно восстановиться или поступить заново.

Слухи ведь всегда такие. Это просто слова без формы, и если появляется еще более жуткий слух, прежний растворяется, как дым. К тому же люди на удивление мало интересуются чужими делами, и со временем просто забывают, думая: «А, было такое?»

Студенты же не живут в общежитии вечно, верно? Со временем и они выпустятся.

Так что я сделал для себя вывод. Буду вкалывать до смерти, выплачу проценты по долгам ростовщикам и во что бы то ни стало верну тебя в университет.

Но почему в этой жизни всё всегда идет не по нашему плану? Почему несчастье всегда кружит рядом, словно только и ждет момента, чтобы сожрать нас?

Даже когда я знакомил тебя со своим дедом, у меня всё время было тяжело на душе, словно я камень проглотил.

Понимаешь ли ты, как сильно я хотел, чтобы хотя бы ты не ввязывалась в такие дела?

Тогда я впервые пожалел, что сболтнул тебе лишнего. И зачем я только рассказал, что прачечная деда занимается не только стиркой, но и людьми, и информацией... Я чувствовал себя таким виноватым, думая, что из-за меня ты встала на этот опасный путь.

Но с другой стороны, я думал, что, возможно, именно благодаря такой работе ты и держишься.

Знаешь что? Боясь, что ты можешь решиться на что-то плохое, при переездах я никогда не выбирал квартиры на верхних этажах. А если этаж был высоким, я обязательно проверял, есть ли решетки на окнах.

Человек не умрет от того, что пропустит один прием пищи. Но когда исчезает надежда, хочется бросить всё.

Ты справлялась лучше, чем я боялся, и на мгновение мне даже показалось, что это не так уж плохо — вот так, вдвоем, пробиваться сквозь эту жизнь с беззаботными мыслями. Я просто был благодарен за то, что мы можем проживать день за днем, и был счастлив, что мы вместе — ты и я, те, кто понимает настроение друг друга по одному лишь взгляду.

Если бы мы могли нарисовать свой круг в этом мире тем, что у нас есть, то наш с тобой круг, конечно, не был бы таким же красивым и большим, как у других. Но я считал, что даже если мы сможем нарисовать хоть самый крошечный кружок, это уже будет достижением, достойным похвалы.

Ведь мы начинали с самого дна. Наша стартовая линия отличалась от линии других людей. Кто-то начинает с нуля, кто-то со ста, а мы с тобой начинали с минуса.

Но когда ты встретила Вон До Гона как клиента... Возможно...

Я подумал, что через Вон До Гона ты сможешь нарисовать свой собственный, большой и красивый круг.

Не знаю, что чувствовала ты, но я с самой первой встречи заметил, что Вон До Гон смотрит на тебя не просто так.

Поэтому я смутно начал опасаться, что он может отнять тебя у меня. Я сделал то, чего никогда в жизни не делал: дал Вон До Гону свой номер телефона, сказав, что мужчинам будет проще договориться. Я просто не хотел, чтобы вы снова встретились.

Но Соль Ип-а.

Было кое-что, о чем я даже не смел догадываться.

Твое сердце.

Я заблуждался, думая, что знаю тебя лучше всех.

Когда я оставил тебя в заброшенном здании и сбежал, я думал, что, возможно, больше никогда тебя не увижу.

Мне очень жаль, что я тогда наговорил тебе гадостей.

В общем... Если переходить к сути: дед не ушел из Намсана насовсем. Он получал вознаграждение, работая оперативником — точнее, информатором — на своего бывшего коллегу-куратора. И я собирался перенять эту работу у него.

Ведь логично: чем масштабнее и опаснее дело, тем выше оплата. Но дед всегда работал, не переходя определенную черту.

Я же взялся за опасное дело, потому что хотел как можно скорее подписать официальный контракт как информатор и получать стабильную зарплату. Деду это очень не нравилось. Он даже сильно разозлился, когда я ненадолго отлучился из больницы.

Ты спрашивала, знаю ли я женщину на салатовом Ревуэльто?

Ее зовут Пак Хве Хян. Эта Пак Хве Хян — сумасшедшая баба, помешанная на ненависти к председателю Вон Ик Хёну. Она всё время мотается куда-то в Намхэ, утверждая, что председатель Вон зарыл там слитки золота, но, похоже, дело не только в простых слитках.

Я узнал о ней, когда наткнулся на закрытый клуб, которым она управляет.

Туда захаживают довольно крупные шишки из политики и бизнеса. Представители оборонки, люди из Министерства обороны, строительные подрядчики, высокопоставленные чиновники из Министерства земли, инфраструктуры и транспорта, а еще — старший брат Вон До Гона, Вон До Хо.

Там было полно информации, которую можно было слить куратору. Я наткнулся на это место совершенно случайно.

Этот ублюдок, который хотел сделать тебя своей любовницей, удочерив. Я выследил этот клуб, когда шел по его следу.

Он владеет парой заправок и туристических гостиниц, и, как оказалось, этот ублюдок лелеет амбициозную мечту примазаться к Вон До Хо и сорвать куш.

Но знаешь, что он делает, чтобы завоевать расположение Вон До Хо? Через этот клуб поставляет ему девочек, которые только-только выпустились из приюта.

Когда я вспомнил, что он хотел сделать с тобой, еще совсем ребенком, я просто не смог сдержать ярость.

Если бы ты в тот день не появилась в клубе, я бы, наверное, прикончил его.

А когда Вон До Гон появился, чтобы забрать тебя, я пошел туда снова, чтобы добить этого урода.

Но я упустил момент и угодил в расставленную им ловушку. Конечно, действовал ли этот ублюдок в одиночку или вместе с Вон До Хо, который успел много чего там нажрать, станет ясно только тогда, когда я выберусь отсюда.

Суть в том, что если такой информатор, как я, исчезает... Куратор, с которым я работал, первым делом начнет меня искать, опасаясь, что сам может влипнуть в неприятности. Срок ожидания без связи, даже если я пропал — одна неделя.

Что я имел в виду, когда сказал, что Вон До Гон тоже может оказаться в опасности...

Это значит, что если Вон До Хо попадет под удар, то Вон До Гон — идеальная мишень, чтобы сделать из него козла отпущения в «Ильвон Групп».

Я не знаю, почему ты спрашивала о Пак Хве Хян, но эта женщина тоже не промах.

Если Вон До Хо окажется под ударом, то Пак Хве Хян, по моему мнению, будет первой, кто бросится затаскивать Вон Ик Хёна в это пекло вместе с ним. Поэтому, возможно, она и закрывает глаза на визиты Вон До Хо в её клуб? Ждет подходящего момента, чтобы взорвать эту бомбу.

Вон До Хо, Вон Ик Хён... Это такие люди, что стоит кому-то одному ударить, как враги полезут со всех сторон. Когда Вон Ик Хён захватил кресло председателя, было много шума, а слухи о том, что он в плохих отношениях со своим младшим братом, ходят повсюду.

Но они все в одной лодке. Если «Ильвон Групп» пойдет ко дну, они все погибнут, и они этого не допустят. Они столкнут кого-то за борт, чтобы спасти свои шкуры.

Сама знаешь. Люди с большим энтузиазмом наблюдают за тем, как известные, успешные и любимые всеми падают на самое дно.

Человеком, которого столкнут за борт, станет Вон До Гон.

Воспользовавшись этим, важные шишки — будь то «Ильвон Групп» или мой куратор — отвлекут внимание общественности и выиграют время.

В общем, поэтому я должен убраться из этого дома в течение ближайших шести дней.

Только так Вон До Гон не пострадает.

Принуждать тебя идти со мной — это мой эгоизм.

Выбирай, Соль Ип-а.

Пойдешь ли ты со мной, или останешься здесь.

Честно говоря... я не могу гарантировать, ищут ли они и тебя, или только меня. Прости. Я сам не думал, что всё так запутается.

По мере того как Соль Ип читала это длинное письмо, ей казалось, что её одновременно обдает мерзким жаром и пробирает жутким холодом. Она знала, что Му Сон до недавнего времени выполнял поручения деда, но совершенно не подозревала, что он настолько глубоко увяз в этом.

Всё это время Му Сон был для Соль Ип надежным старшим братом, а уж никак не объектом подозрений.

Что, черт возьми, натворил Му Сон-оппа?

От переизбытка информации голова раскалывалась. Да нет, бывало она переваривала и больше информации безо всяких проблем, но сейчас затылок так саднило, что казалось, будто глаза вывалятся из орбит.

Начиная с разговоров о кураторе и информаторе, заканчивая Вон До Хо, женщиной на салатовом Ревуэльто и Пак Хве Хян. А еще этот выбор — остаться здесь или уйти.

В тот момент, когда у нее затекла шея, и она откинула голову назад, крепко зажмурившись...

Раздался стук в дверь и низкий голос:

— Что вы там делаете, запершись?

Дёрг-дёрг — ручка двери не поддавалась, и он, видимо раздраженный этим, нетерпеливо позвал её по имени:

— Хван Соль Ип, ты что творишь?

Времени рвать письмо и спускать в унитаз не было. Соль Ип засунула бумагу под матрас и направилась к двери. Пригладив пальцами челку и переведя дыхание, она открыла дверь.

Вон До Гон, исказив свое красивое лицо, с недоумением посмотрел на Соль Ип сверху вниз.

— Что вы там делали запершись, что лицо такое красное?

— Я и не знала, что дверь заперта.

Большая рука обвилась вокруг талии Соль Ип.

— Что ты делала, запершись?

Он прижался к ней вплотную и, склонив голову, спросил тоном, в котором уже скользила игривость.

Козлом отпущения станет этот мужчина?

Соль Ип отвела взгляд и прошептала:

— Просто выбирала одежду.

Это была единственная отговорка, которая пришла ей в голову.

— Значит, наша Соль Ип-а играла в принцессу.

Его губы, коснувшиеся её виска, были нежными, но земля под ногами Соль Ип так безжалостно качнулась, что у нее закружилась голова.