1 - 16
— Стирать не нужно.
Улыбнулся ли он? Со Хи хлопнула большими глазами. Он снова прикрыл изогнувшиеся губы большой ладонью и сказал:
— Просто мне хотелось увидеть вас, госпожа Юн Со Хи, ещё разок.
Он положил на протянутый Со Хи платок свою визитку. Длинные прямые большой и указательный пальцы, выступающая косточка на тыльной стороне ладони, имя «Ли Гё Хён» на белой бумаге — всё это было особенно опрятным.
— Если вы возвращаете не оттого, что вам противно, позвоните. Буду ждать, — сказал он, слегка склонившись.
Хотя они не так уж сблизились, от иллюзии, будто расстояние резко сократилось, у неё застыл затылок. К воздуху, который она судорожно вдохнула, примешался цитрусовый аромат.
— Э…
Со Хи, растерявшись от небезразличного ей чужого запаха, разомкнула шевельнувшиеся губы. Прежде чем она успела что-то сказать, спутники Гё Хёна у лифтов поприветствовали его.
Повернувшись к ним, Гё Хён посмотрел на Со Хи сверху и кивнул: мол, идите.
— Всего…
А как правильно — «всего доброго»? Когда Со Хи неловко согнулась в полупоклоне, над головой раздался смех.
— …
Гё Хён смеялся. Длинный разрез глаз мягко сощурился.
— Да. И вам, госпожа Юн Со Хи.
Голос с примесью смеха добавил это.
Так он и тогда всё-таки улыбнулся. Со Хи, оторопев, смотрела, как он присоединяется к своим. Люди, похожие на его подчинённых, косились на неё глазами, полными любопытства.
— Что такое, кто это? Не актёр, а здешний сотрудник?
Когда она вернулась к Бён Гу, стоявшему у входа в лобби, тот тоже смотрел в сторону Гё Хёна с любопытством.
— Тот, что одолжил мне платок. Я хотела вернуть…
— А, тот красавец?.. Молодо выглядит, а, видать, важная шишка. Все ему в поклоне складывались? Может, по блату посадили.
— Про это я не знаю.
Хотя, если вспомнить, как все встали и поклонились, когда он вошёл на прослушивание, он и правда, кажется, из высоких.
— Кстати, я вроде слышал, что в «Хёгён» люди все видные… Ну и что он? Клеился? — роясь в телефоне, вскользь спросил Бён Гу.
— Нет. Ничего особенного не сказал.
Со Хи спрятала визитку с платком в ладонь.
Не потому, что собиралась звонить, — просто ей было лень, если кто-то поднимет шум, начнёт: получила визитку, не получила.
Как и с Хан Сан Иром: братья малы, бабушка, да и её будущее по-прежнему шатко.
Не время водиться с мужчинами, вот уж точно.
Платок и визитку, что она сунула поглубже в сумку, она нарочно не доставала.
Но и выбросить не смогла.
* * *
Поднимаясь по лестнице у выхода из станции метро, Со Хи остановилась и округлила глаза.
— Правда, правда?
Когда она, прикрыв рукой расплывшийся под маской рот, переспросила, в трубке Бён Гу тоже заговорил взбудораженным голосом.
— Ну да, режиссёр Ён ведь и тогда тебя привечал. Я ему невзначай обмолвился, что ты возвращаешься, а он мне: как раз захожу в большой проект! Экранизация какого-то вебтуна, оригинал жутко известный. «Подозрительно? Расследуй!» — слыхала? Детектив, флагманский вебтун того портала…
— Кажется, слышала.
Со Хи порылась в смутной памяти. Вебтун она не читала, но название, кажется, видела — оно вечно висело на главной.
Режиссёр Ён, Ён Чхан Соль, был режиссёром той короткометражки, что Со Хи снимала до замужества.
Фильм был про жалкую, никудышную, самую обыкновенную первую любовь; сцен, снятых от первого лица героя, было много, так что экранного времени у Со Хи выходило порядочно. На нескольких фестивалях он даже брал награды, и отзывы были хорошие, но, поскольку это короткометражка, смотрели её немногие.
После этого режиссёр Ён кое-как провалил одну слезливую мелодраму, а потом вдруг взялся за триллер, где вовсю пахло кровью, — и тот выстрелил. По числу зрителей, столкнувшись с другими крупными картинами, он с досадой остановился на семи миллионах, но за рубежом расходился на ура, как на крыльях.
Она и раньше думала, что этому режиссёру больше идут другие жанры, чем романтика, но вышло даже лучше, чем ожидалось.
— И на главную роль, говорят, согласился Ха Чжэ Ёль. Знаешь Ха Чжэ Ёля? Звезда халлю…
— Конечно, знаю.
Со Хи быстро ответила. Бён Гу, похоже, думал, что она где-то взаперти сидела. Да где в Корее найдётся человек, что не знает Ха Чжэ Ёля. Нынче и за границей много смотрят корейские дорамы, так что Ха Чжэ Ёля знали все.
Внушительно красивый, да ещё и играет хорошо — его очень любила бабушка Со Хи. Она без конца твердила: не связывайся с типами вроде Гё Хёна, у кого глаза холодные, а найди человека с тёплым взглядом, как у Ха Чжэ Ёля.
— Героиня по задумке такая красавица, что никто не подходил, и он так обрадовался. Я вебтун полистал — тебе прямо в самую точку. Рисовка правда на тебя похожа.
Известный первоисточник, режиссёр с кассовым успехом, да ещё и актёр с хорошим вкусом на роли.
Ух. От чудесного предчувствия Со Хи сглотнула и прижала колотящееся сердце.
— Но раз возьмут меня, шуму будет много. Их это устраивает?
— Да ты сама увидишь — эта роль не про человека.
— Не про человека?
— Ну, какое-то таинственное существо? Роль такая — денег уйма, замужем была не раз, будто живёт уже очень долго.
Вроде как нечисть какая-то. Бён Гу разошёлся:
— Говорю тебе, роль прямо для тебя. Яркая и загадочная, аж любопытство разбирает. Ну вылитая ты.
— Ты пока ни о чём не тревожься, мы завтра вечером договорились встретиться. Придут и сценарист, и ответственный за кастинг, так что явись красивой-раскрасивой. Я Чжэ Ёну сказал, так что заскочи в салон. И Ин Хе пришлю, пусть поможет с одеждой.
— Хорошо.
— И сегодня ночью обязательно весь вебтун-первоисточник прочти!
— Да, конечно.
Со Хи без конца кивала, хотя Бён Гу и не видел.
Обязательно прочту — и вебтун-первоисточник, и прошлый фильм режиссёра Ёна. Надо было изучить и сценариста, и всех причастных.
Уже завтра вечером! Времени на подготовку было совсем мало. Бён Гу, видно, подумал о том же и передумал.
— Слушай, а давай прямо сейчас встретимся, обсудим. Ты сейчас где? На улице?
— Я в Ханнам-доне.
— В Ханнам-доне? Ты чего туда поехала?
— Да вот… с Со Ё договорилась встретиться. Тут есть место, где он любит боригульби 1.
1 Боригульби — вяленый жёлтый горбыль (курбинка), выдержанный в ячменной крупе; деликатес.
— Со Ё? Юн Со Ё? Почему с ним одним? Со У занят?
Бён Гу, что называл близнецов «лисьими братцами», спросил, и Со Хи, помявшись, ответила:
— Его я боюсь…
— А.
Не по чину старшей сестре такое говорить, но, хоть и близнецы, Со Ё и Со У были совсем разного нрава. Бабушка их и различить-то не могла, до того одинаковые, а вот характеры: Со Ё, с его вольной, артистической натурой, был будто вода, разбавленная водой, вино, разбавленное вином; а спортсмен Со У был из тех, у кого «да» так «да», «нет» так «нет».
При замужестве получить согласие Со У было труднее, чем бабушкино, и, если оставить в стороне то, как её в одностороннем порядке бросили, даже вообразить было нельзя, как страшно он разозлится, узнав, что она развелась через год.
— Пока попробую сказать сначала Со Ё.
— М-м, да…
— Так, наверное, лучше, — согласился Бён Гу и осёкся.
Со Хи, глядя через дорогу на вывеску заведения в глубине переулка, тихо вздохнула.
— А объявить о разводе — без этого никак, да?
— Ясное дело, никак, дурёха. Да и не объявишь — до каких пор в тайне держать? Ничего, Со Ё-то, думаю, злиться не станет. А и разозлится — не побьёт же он тебя, что он сделает.
— Да нет, просто… мне совестно. Надо было сразу тогда сказать, а прошло несколько месяцев — теперь ещё неловче и страшнее.
Это ведь признание не бабушке и не Со У, а Со Ё, самое лёгкое, но при одном взгляде на вывеску заведения язык прилипал, и её прошибал пот.
И зачем я только так. Свадьбу, которую все отговаривали, — зачем, ради чего.
Оттого что Гё Хён так нравился, был так надёжен, — но всё же… знай я, что проживём всего год и разойдёмся, подумала бы получше. Хотя нет, теперь это уже не имеет смысла…
— Да чего совестно, чего страшно. Развод — тоже мне событие.
— Нынче развод — вроде как тренд, разве нет? Все, кто в силе, разводятся, — самонадеянно бросил Бён Гу.
— А если спросят, почему развелась, что мне делать?
— Что делать? Спросят — отвечай честно. Ты ведь ни в чём не виновата, во всём виноват этот гад, чего тут слова подбирать?
— Это… это-то так, но…
— Что. Всё ещё кажется, будто за этим кроется какая-то история, какие-то обстоятельства? Тебя так бросили, три с лишним месяца прошло, а ты всё ещё не уверена, что он — гад?
— Да нет…
Со Хи прикусила губу. Взгляд из-под низко надвинутого козырька метался по земле.
— Просто я причины не знаю, правда.
Ведь она до сих пор не знает, отчего Гё Хён был с ней так жесток.
Как ни напрягай воображение, в мире не найдётся истории, что оправдала бы такое. Как сказал адвокат по разводу, друг Гё Хёна Чон Су Ин, — что бы она ни натворила, так не разводится никто на свете.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/padenie-zvezdy-38aaa2
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
