1 - 8
Мужчина, который не сделает того, чего не хочет, будь то промах или проступок. Его жизнь шла точно по орбите, и единственным отклонением на его рельсах была она.
Женщину, что жила совсем по иному притяжению, он всё-таки затащил на свою орбиту и заставил обращаться вокруг себя.
Со Хи оказалась вовлечена в его орбиту, будто с самого начала была луной, что кружит вокруг Земли.
Он всегда был правильным, верным и точным.
Братья Со Хи, Со Ё и Со У, говорили, что у сестры странный вкус, но Со Хи он нравился именно таким. В её нестабильной жизни не было опоры надёжнее, чем Ли Гё Хён.
Он был не из тех, кто мелет вздор, не из тех, кто заглядывается на других или легко даёт волю капризам.
По крайней мере, Со Хи верила, что он такой человек.
Значит, ошибся не он, а она, — но, сколько ни думала, ничего на ум не приходило.
Она бросила и работу, и людей и вышла за этого мужчину, весь год была ему предана как только могла. Удерживала его, когда он говорил, что это ни к чему, ела попрёки в особняке в Сонбук-доне и изо всех сил старалась угодить его родне.
Она правда старалась изо всех сил.
— Что же… я сделала не так?
Когда она с потерянным лицом переспросила, Чжа Ён в затруднении сомкнула губы, а потом сказала:
— Я тоже не знаю. Он с тех пор, как тебя встретил, стал совсем странным.
— Будто не тот, кого я знала, — добавила она, словно и сама не была уверена.
В десять зазвонил телефон.
Это был адвокат Чон Су Ин. Он сообщил, что машина ждёт внизу, — пусть возьмёт бумаги и выходит.
— Ты так и пойдёшь?
Чжа Ён остановила Со Хи, что в невменяемом состоянии, в таком виде собирала бумаги.
— У тебя ничего нет, кроме тела да лица, — так чего же не пускаешь их в ход?
Мол, что бы там Гё Хён ни задумал, надо ведь для начала его удержать.
Отпустив поджидавшую машину, она умылась, выбрала в гардеробной одежду, накрасилась.
Надела серьги и колье, что он подарил до свадьбы, взяла сумку, обула туфли и, справляясь с нетвёрдой походкой, вышла — солнце уже перевалило за полдень.
— Куда это ты, в хорошее место?
Неожиданно окликнул её мужчина с обликом барича, с бежевым кардиганом, наброшенным на плечи. Двоюродный брат Гё Хёна, Чжон Вон.
Он, видно, вместе с бабушкой мужа вышел в сад проведать Таллэ и вольготно сидел на скамейке у собачьей будки, закинув ногу на ногу.
В хорошее место, надо же… Со Хи попеременно смотрела на улыбавшихся ей бабушку мужа и Чжон Вона.
— Таллэ сегодня не кормили, да? Всё лаяла.
— Простите. Голова кругом, не до того…
— Извиняться не за что; это она порой так канючит, чтоб покормили дважды, вот я на всякий случай. А, вы с тётушкой за отваром?
— Нет, не то…
Растерянно мотавшая головой Со Хи опустила взгляд на руку, ухватившуюся за рукав её твидового платья, — это была бабушка мужа.
— Онни. Онни, ты знаешь, как зовут эту собачку?
Госпожа Хон, даже не глядя на Со Хи, тянула её за рукав.
— Таллэ.
— Хотела погладить, а она лает и кусается. Такая злая.
Госпожа Хон сморщила щёки и по-детски безмятежно улыбнулась. От этого исполненного одной лишь приязни лица у Со Хи защемило в груди.
— Это она потому, что ест сейчас. Вот доест — сама придёт, попросит поиграть.
— Тогда подожди и поиграй с ней вместе.
— Мне сейчас надо отлучиться… Госпожа, я вернусь и поиграю с вами.
Говоря это, Со Хи хотелось, чтобы госпожа Хон, как бывало, цепко её удержала. Хотелось сослаться на госпожу Хон и сказать, что не может отлучиться…
— Скоро вернёшься?
Но госпожа Хон, следя за тем, как пустеет миска Таллэ, легко её отпустила.
— Да. Скоро вернусь.
— Ну ступай, да возвращайся поживее.
Госпожа Хон торопливо засеменила к Таллэ, что вышла, поддев носом опустевшую миску.
— Что-то ты с лица нехороша. Нездоровится — так скажи тётушке да съезди в другой день. За отваром надо ехать в обычном состоянии, — без всякой задней мысли сказал Чжон Вон, закинув руку на спинку скамейки.
Со Хи покачала головой и сама не заметила, как шевельнула губами.
— Аджубоним 1, а не…
1 Аджубоним — почтительное обращение замужней женщины к старшему родственнику мужа (его старшему брату или кузену).
— А?
Хотела было спросить — вдруг он что-то знает, — но, увидев, как на его белом лице проступает любопытство, покачала головой.
Чжон Вон был человеком легкомысленным, не из тех, с кем такое обсуждают. С Гё Хёном они не ладили, так что и знать он ничего не мог…
— Ничего. Если вдруг задержусь, покормите, пожалуйста, Таллэ и вечером. Ужином госпожи Хон займётся Су Им, но на всякий случай.
— А, хорошо. И Таллэ, и людей всех накормлю как надо. Думаешь, без невестки в «Хёгён» и поесть не сумеют?
— Да не в этом дело, просто…
Она знала, что в этом доме никому нет дела, есть она или нет; просто ничего, кроме этого, она и не делала, оттого и вырвалось невольно.
— Что такое, упала? Кажется, кровь из колена.
— А, нет. Это просто ссадина подсохла.
Юбка была ниже колена, но рану, видно, стало видно. Когда она одёргивала юбку, зазвонил телефон.
Адвокат Чон Су Ин
— Вы где? Я всё ещё жду, — спросил он, едва она взяла трубку.
Это значило: выходите скорее.
Со Хи, продержав человека целых два часа, всё равно не могла идти быстро и переступала нерешительно.
Когда она толкнула ворота и вышла, стоявший перед поджидавшей машиной невысокий мужчина в костюме, разглядывавший часы, поднял голову на звук.
— Задержались.
— Гё Хён, наверное, долго ждал?
На вопрос Со Хи кругленький адвокат Чон Су Ин хмыкнул.
— За весь этот бракоразводный процесс вам двоим встречаться не придётся. Для того я и есть. Разговоров много, так что садитесь скорее.
Гё Хёна не увидит? Со Хи в растерянности села в машину на его понукания.
Меж высоких надменных зданий — переговорная юридической фирмы.
Перед уже знакомым брачным контрактом и новым договором она слушала адвоката Чон Су Ина.
Разговоров, мол, много, — но, при всей их подробности и дотошности, сводились они к одному: компенсации никакой, забирай только себя и уходи. А после развода не поднимай шума, живи тихо.
Со Хи сидела как в воду опущенная, а Чон Су Ин сказал:
— Вот здесь вы ещё не расписались. Заполните эти графы и подпишите.
Под его понукания — он то и дело поглядывал на наручные часы — Со Хи, точно за ней гнались, стиснула ручку и расписалась.
— Займёт около двух месяцев, на суде присутствовать не нужно. Когда будет решение, я позвоню, но пришлю и в письменном виде.
Адвокат Чон Су Ин, будто с облегчением, собрал бумаги со стола и поднялся.
— В дом в Сонбук-доне не возвращайтесь; вещи мы проверим и пришлём, так что оставьте адрес, куда переслать. Если с жильём ещё не решили, можете сообщить и позже.
— Э-э, я… ни с кем даже не попрощалась…
Когда она растерянно это сказала, адвокат Чон Су Ин снова хмыкнул.
— В том доме никто не ждёт вашего прощания, госпожа Юн Со Хи, так что всё в порядке.
— Нет, и всё же…
Со Хи пошевелила губами и прикрыла рот рукой, в которой держала ручку.
— И всё же…
Он был прав. Что она пошла бы им сказать? «Гё Хён сказал, что разводится, вот я и пришла попрощаться», — и дед мужа обрадуется, что нарост, приставший к его драгоценному преемнику, наконец-то отвалился, а свекровь бросит: «Вот как». Свекровь-бабушка, к которой она привязалась, и имени-то «Юн Со Хи» не знала, а собачка Таллэ, которую Со Хи любила, была рада всякому, кто её кормит.
О прочих домочадцах и говорить нечего.
Женщина, что вечно не могла вписаться в этот дом и лишь топталась на дальнем краю стола, вдруг исчезла, — и жалеть об этом было некому.
Всё было так внезапно, что не ощущалось явью.
— Госпожа Юн Со Хи?
Ей всё объяснили, она и бумаги подписала, а всё казалось сном. Но это была явь, и адвокат Чон Су Ин смотрел на неё с таким лицом, будто ждал, когда же она встанет и уйдёт.
Это не могло быть ни шуткой, ни розыгрышем.
Это ведь и есть конец.
Она правда разводится, вот так просто.
Стоит выйти из этой конторы — и всё. Нет, всё уже давно ушло из её рук.
Так и не увидев лица Ли Гё Хёна, она выпала из его жизни.
— Почему, почему…
Как ни старалась опомниться, она не могла этого понять.
— Почему Гё Хён вдруг так со мной? Я что-то сделала не так? Что я…
Слёзы, которые она не могла пролить, не понимая, что происходит, запоздало хлынули потоком.
— Я всё ещё никак не пойму… и что вообще происходит, не понимаю…
Адвокат Чон Су Ин, глядя на плачущую Со Хи сверху вниз, сказал:
— Что бы вы ни сделали не так, госпожа Юн Со Хи, — так не разводятся.
Чтобы вот так, вдруг, накануне годовщины получить уведомление, быть вызванной, не получить ни гроша компенсации и, увидев одного лишь адвоката, расписаться в толстом договоре, — такой развод и для адвоката Чон Су Ина не мог быть обычным делом.
— Но ведь ваш муж — Ли Гё Хён, — сказал адвокат Чон Су Ин так, будто это плачущая Со Хи — странная.
— Я и с самого начала не понимаю, зачем Ли Гё Хён вообще женился на такой, как вы, госпожа Юн Со Хи.
Ничем не примечательная двадцатичетырёхлетняя начинающая актриса. Без родителей, без гроша за душой, — из тех, кто, попав в такую передрягу, должна безропотно подписать и уйти с пустыми руками.
— Считайте, что просто возвращаетесь на своё место.
— Вы легко начнёте всё сначала, — сочувственно добавил он.
— …
Своё место.
Со Хи моргнула глазами, полными слёз.
Вдруг его место стало недосягаемо высоким.
Не его место поднялось — это она рухнула и увязла в грязи.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/padenie-zvezdy-38aaa2
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
