1 - 17
Какова бы ни была причина, Гё Хён, что вот так объявил о разводе, наверняка гад, так что довольно бы просто винить и ненавидеть бросившего её Гё Хёна.
— Что, думаешь, тут какая-то драма, как в кино? Думаешь, такого, как Ли Гё Хён, где-то могли запугать?
Бён Гу поцокал языком, будто ему надоел этот разговор.
— Он живёт как ему вздумается, оттого и женится этак, и разводится этак. Зачем причину искать? Ищешь причину у психа — вот сама и сходишь с ума.
— Гё Хён был не из тех, кто живёт как ему вздумается…
Раз чеболь — казалось бы, само собой, живёт как хочет, делает что пожелает, но это было не так. Все домочадцы были ему соперниками, и Гё Хён, чтобы не соскользнуть с этой ниточки, каждый день вставал на рассвете и уходил на работу, а возвращался поздней ночью.
Когда она сама не заметила, как заступилась за него, Бён Гу вздохнул.
— Эх, Со Хи. Ты ведь не глупая и не пустоголовая, а как дело касается этого гада Ли Гё Хёна — веришь, будто всё сложится только хорошо, словно у тебя в голове одни цветочки.
— Прямо как помешанная, — выругался Бён Гу будто про себя.
— Говорю тебе, просто у него другая женщина завелась. Да пусть даже расстались по каким-то обстоятельствам — кто станет так поступать с собственной женой?
Со Хи закивала и подняла голову.
— Я и сама знаю.
— Приди уже в себя. Сейчас-то всё кажется невесть каким событием, а пройдёт — всё это лишь пора, что минует. Жизнь очень длинная, Со Хи.
— Да…
Со Хи, перед встречей с братом, торопливо подбирала обронённые чувства.
Чуть зазеваешься — и они опять переливались через край, и горло сдавливало от боли. По двенадцать раз на дню: вот-вот, кажется, забудешь — и снова вспоминаешь, и снова.
Она не знала, оттого ли она без конца пережёвывает очевидное, что и правда повредилась умом, или оттого, что глупа.
— Да просто… перед встречей с Со Ё волнуюсь, вот и всё. Директор, может, вы вместо меня встретитесь и всё расскажете?
Прекрасно зная, что откажет, она всё же чуть приспустила душную маску и попробовала, но —
— А? Со Хи, мне звонок пробивается. Кажется, от режиссёра Ёна, надо непременно взять… Удачно вам встретиться, потом позвони!
Бён Гу впопыхах бросил трубку. Со Хи и слова сказать не успела.
Со Хи опустила взгляд на смолкший телефон и снова посмотрела через дорогу.
— Эх. С ума сойти.
Хоть она и знала, что это дело, с которым надо справиться самой, легко оно решительно не давалось. Купить Со Ё поесть да отправить восвояси? Обязательно ли говорить сегодня? — предаваясь никчёмным мыслям, она и не заметила, как на светофоре зажёгся зелёный.
Прежде чем шагнуть, Со Хи глубоко вздохнула.
Разве нет и хорошей новости — она вернулась в агентство «Бён Гу», снова встанет актрисой, а может, её ещё и утвердят в фильм режиссёра Ёна. Хотя пока не утвердили…
Отвечая на сообщение Со Ё, что он почти на месте, она вошла в двери ресторана корейской кухни. Разговор был не для общего зала, потому она забронировала отдельную комнату.
— Бронь на имя Юн Со Хи.
Назвав имя стоявшему за стойкой работнику, она ждала, пока её проводят, и из глубины заведения донёсся гомон.
Она подгадала под время, когда у школьника Со Ё заканчивались занятия, и подумала, что сейчас, видно, люди как раз заканчивают ужин и расходятся, — и подняла голову.
— ?..
Со Хи медленно моргала, задрав голову. Кажется, у неё невольно вырвалось «ой».
Среди выходивших из отдельной комнаты один мужчина, торчавший над всеми, на ладной кости запястья сверял часы.
Белая рубашка, серый костюм, пиджак перекинут через руку; серебряная заколка на галстуке показалась знакомой, и она снова всмотрелась в лицо. Ведь это та самая ручная работа, которую она сама по утрам выбирала и вставляла ему в галстук…
Это был Ли Гё Хён.
И вправду Ли Гё Хён.
Нет, серьёзно — Гё Хён?
Человек, которого можно вот так вот запросто встретить в подобном месте?
Тот самый, которого она не могла увидеть, сколько ни ходила к его компании, ни звонила, ни толклась у его дома…
Не какой-то недоступный VIP-приём, а просто одно из множества заведений на свете — и вот, столкнулись.
Со Хи, будто проверяя, что это не наваждение, шагнула было вперёд, но резко остановилась.
Мужчина, словно ему что-то мешало, провёл рукой по узлу галстука и поднял голову — показались резкий, мужественный подбородок и скула, прямая линия носа.
И его глаза. Взгляд, всегда так глубоко вбиравший её, чуждо скользнул куда-то назад.
— …
Сердце заколотилось так, будто вот-вот выпрыгнет через уши.
С теми, кто вышел раньше, он был, видно, не вместе; рядом с ним стояла молодая женщина, вышедшая из комнаты следом.
Как нечто само собой разумеющееся, Гё Хён дождался, пока женщина обуется, и только тогда двинулся к стойке.
Они шли рядом, и Со Хи в тот же миг попятилась и опустила голову.
Ей вспомнилось, как она выглядит.
Тёмно-синяя бейсболка, надвинутая на глаза, чёрный короткий пуховик, худи, джинсы, кроссовки. Длинные волосы не прибраны — вышла кое-как. Как подростки её лет, без сумки, с одним лишь кошельком и телефоном в руках.
Пусть не сейчас, но когда-нибудь она непременно столкнётся с Гё Хёном, и в каком жалком виде это будет — она воображала это бессчётно.
Насколько она знала, Гё Хён всегда был опрятен и великолепен, и представить его перед собой в неприглядном виде было беспочвенной фантазией, так что встреча блистательного Ли Гё Хёна и разрушенной из-за него Юн Со Хи не была неожиданностью.
Наоборот, Со Хи считала, что он непременно должен увидеть её такой. Из-за кого она столько выстрадала душой…
Несколько месяцев толком не евшая и не спавшая, и без того худая, за три месяца она сбросила больше семи килограммов. Волосы поредели, под некогда ясными глазами залегли чёрные тени.
Думая, что при виде её жалкого вида Гё Хён испытает боль и чувство вины, в первый раз, когда она примчалась к его компании, она нарочно не прятала сине-багровое, разбитое колено.
Прикидываться жалче было незачем. И без притворства положение было донельзя убогим.
Так она всегда думала.
Но в тот миг, когда рядом с Гё Хёном она увидела женщину со свежим обликом, какого прежде не встречала… Со Хи невольно отступила и опустила голову.
— …
Сердце стучало громко, будто она в чём-то провинилась, а разгорячённые от смятения веки жгло.
Чтобы выйти из ресторана, к стойке подойти надо непременно, так что она, застыв перед ней, не могла никуда деться и, потоптавшись, развернулась было на полкруга.
— Провожу вас в забронированную комнату.
Работник как раз пошёл впереди. Со Хи, опустив голову так, что козырёк почти касался щеки, пристроилась за ним.
Они прошли шагах в трёх-четырёх, поодаль друг от друга, а она всё равно затаила дыхание и сжалась плечами.
Гё Хён не узнал её и прошёл мимо. К счастью или нет — неизвестно, но Со Хи по крайней мере пока отлегло.
Растирая тыльной стороной ладони горящие веки, она едва перевела дух — и в этот миг.
Тр-р…
Зазвонил телефон Со Хи. От входа за спиной потянуло холодным ветром.
Испугавшись знакомого Гё Хёну звонка, она поспешно нажала на кнопку приёма…
— Э, нуна. Я уже пришёл.
Голос Со Ё раздался одновременно из трубки и из-за спины.
— !..
Бешено скакавшее сердце оборвалось.
— Нуна?
На зов родной крови, тут же её узнавшей, она обернулась — Со Ё, входивший в двери, заметил стоявшего перед ним мужчину и поднял голову.
— О, и мэхён 1 здесь?
1 Мэхён — обращение мужчины к мужу своей старшей сестры.
Общительный Со Ё радостно поздоровался.
— Как это вы вместе вышли? Вроде занят был. Да уж, супругов и не встретишь вместе, честное слово.
На приветствие Со Ё Гё Хён остановился и посмотрел на него сверху вниз. Последний раз все вместе ужинали у бабушки где-то летом — значит, месяца четыре назад.
После развода это была, наверное, первая встреча с её семьёй, но он без тени замешательства встретил взгляд Со Ё.
— Мэхён?
Растерялся, наоборот, Со Ё, поймавший чуждый взгляд зятя.
— Со Хи что, говорила, будто я в последнее время занят? — с непринуждённой улыбкой приподняв уголок красивых губ, спросил Гё Хён.
— Кто это? Знакомый?
Женщина рядом с Гё Хёном оглядела Со Ё с ног до головы. Тоном «откуда ты знаешь этого школьника».
Хоть и не с ней встретилась она взглядом, но, будто окаченная холодной водой, Со Хи торопливо шагнула к Со Ё.
— Брат моей бывшей жены.
Гё Хён чётко обозначил связь. Брат бывшей жены. Не успела она и вздохнуть от впервые услышанного определения родства, как —
— А вон та — бывшая жена.
Он кивком указал на Со Хи.
Так естественно, будто с самого начала знал, что она всё это время стоит там.
Взгляд последовал за кивком чуть позже. Холодный разрез глаз был досадливо нахмурен, и Со Хи поняла: он с самого начала знал, что она здесь, и просто делал вид, что не замечает.
— …
От непонятного унижения Со Хи, сглотнув, прикусила губу.
— Бывшая жена? В смысле, что это сейчас…
