В тот момент, когда Джулия в очередной раз невольно вздрогнула, снизу донесся насмешливый голос:

— Не терпится, да?

—А? Что? Вовсе нет! С чего бы это? На всякий случай предупреждаю, если ты снова задумаешь что-то странное, то я точно сбегу. И спрячусь так, что ты меня ни за что не найдешь, пока не извинишься, и ни за что…

У Джулии потемнело в глазах от слов Баэля, ведь она считала его спящим. В голове все перепуталось. Она едва осознавала, что говорит, а когда пробормотала о том, что сбежит, не заметила, насколько опасно сверкнули алые глаза.

— Этого нельзя допустить. — спокойно сказал он.

Джулия фыркнула в ответ.

— В этом мире нет ни единого уголка, куда бы не дотянулись мои руки.

Баэль приподнялся, опираясь на локоть, и встретился с ней взглядом. Его волосы теперь легко щекотали все тело Джулии. И хотя кожей они не соприкасались напрямую, она почувствовала, что низ живота неприятно сжался.

Джулия попыталась успокоить сбивающееся дыхание. От одной мысли о том, сколько мучений ей придется вынести, если она сейчас отведет взгляд, становилось дурно.

Баэль не любил, когда кто-либо перечил его воле. Он был прирожденным королем, и это было вполне понятно. Поэтому Джулия решила переключить его внимание на другую тему, прежде чем атмосфера между ними накалится.

— Я… Я слышала истории о том, где родились другие демоны. Когда жила в особняке Паймона.

— …

Взгляд Баэля неторопливо скользнул по ней сверху вниз. Он всем своим видом напоминал сытого хищника. А сама Джулия в его глазах казалась всего лишь белым маленьким кроликом, загнанным в угол.

К счастью, хищник, похоже, был не прочь понаблюдать за трепыханием кролика. Получив мимолетную передышку, Джулия сглотнула слюну и быстро заговорила:

— Агарес и Ботис родились на юге подземного мира, Паймон — на западе, Барбатос и Лерайе — на востоке. А Ревенна и Кимарис открыли глаза в центре, недалеко от нынешнего замка.

Баэль не выглядел особо заинтересованным. Он подпер щеку рукой, опираясь на локоть. Казалось, его голова была занята мыслями о том, как лучше полакомиться добычей, которую он видел перед собой.

Джулия втайне обливалась холодным потом. Однако если она сейчас замолчит, то последствия будут очевидны. Девушка не двинулась с места, но ее пальцы вцепились в простыню так, словно та была спасательным кругом.

— И еще я слышала одну довольно интересную историю. Думаю, ты об этом не знаешь. — добавила она.

Точнее, Баэль просто не проявлял свой интерес к другим, поэтому и знать не собирался.

— Понимаешь, все, кого я ни спрашивала, отвечали, что никто не рождался на севере.

Лицо Баэля на мгновение застыло, хотя до этого он смотрел на Джулию расслабленным взглядом. Тем не менее, внешне Джулия не заметила на нем никаких перемен, а потому бездумно продолжила:

— Говорят, северные земли очень обширны, и там есть огромное озеро, но почему-то ни один демон не родился на севере и не имеет там своих владений.

— …

— Демоны не очень заинтересованы друг в друге и не привыкли болтать между собой, поэтому, говорят, что я первая, кто это заметила. Разве этот факт не кажется тебе любопытным?

Джулия впервые заговорила об этом в особняке огненного демона, и тогда Паймон и Лерайе просто похлопали на нее глазами. Однако, когда она вернулась в замок и спросила мнение других демонов, Агарес и Барбатос нахмурили брови, словно что-то было не так.

Девушка посчитала свою находку большим открытием. Она смутно надеялась, что Баэль тоже удивится, как все остальные. И вот, в момент, когда большие глаза Джулии засияли от предвкушения:

— Ты рассказала об этом другим? — резко спросил Баэль.

— Ну… да.

— Как смеешь ты, человечка, нести подобную чушь?

Воздух вокруг начал неспокойно колебаться. Баэль медленно приподнял туловище с кровати. Демон был гораздо больше и свирепее Джулии. С такой комплекцией ему не требовалось много усилий для того, чтобы загнать маленькую девушку в угол и надавить на нее. Достаточно было просто встать.

Баэль протянул руку и уперся ладонью в изголовье кровати. Джулия невольно съежилась. Ее взгляд тревожно дрогнул. Она не знала, в чем проблема, но инстинктивно чувствовала, что ее слова задели его за живое.

Кровожадные алые глаза смотрели на Джулию сверху вниз, словно желали убить ее. И тут она ощутила укол обиды. Другие демоны всегда удивлялись, почему только у Баэля бывает столь хладнокровное выражение лица?

Сердце девушки, которое еще недавно робко трепетало, застыло, словно на него вылили ведро холодной воды. Ее захлестнула ярость. Разум кричал ей, чтобы она не делала глупостей, но сердце не выдержало жаркую волну, охватившую все тело.

— …Как ты можешь так со мной разговаривать? — набравшись смелости, произнесла Джулия. В ответ, словно усмехаясь над ее усилиями, Баэль презрительно скривил губы. Она выглядела жалко. Джулия почувствовала, как горят ее глаза от непролитых слез.

Ей казалось, что чувство близости, которое, как она считала, зародилось между ними, было просто ее собственным миражом, а мысли о том, что Баэль изменился — не более, чем глупой ошибкой. Она так и осталась дешевой куклой, с которой он может обращаться, как ему заблагорассудится.

— Кто исполнит твое желание, если меня не будет? Как ты собираешься снять печать с волшебного камня и поглотить силу Бога демонов? — выкрикнула Джулия.

Она никогда в жизни ни на кого не злилась, ничего не ждала, и поэтому не страдала, как бы несправедливо с ней ни обращались. Было бы ложью сказать, что все было в порядке, однако Джулия считала, что ей просто нужно перетерпеть все проблемы.

Она понимала, что никому не нужна в этом мире.

— Я все еще обычная человечка? Разве я говорю что-то не так? Если меня не будет, ты больше не сможешь терпеть, не сможешь справиться с огромной магической силой, которую собираешься с жадностью вобрать в себя, и не сможешь спокойно заснуть без моей помощи! — выпалив последнюю фразу, Джулия внезапно замолчала.

«Ах, не стоило привязываться к нему. Я думала, что ничего не жду, но снова сглупила». — мелькнула в ее голове досадная мысль. В глазах помутилось от чувства вины. Джулии было противно от себя самой, потому что она в одиночку чего-то ждала, а после разочаровалась. В результате, попытавшись ранить Баэля, она выставила его отвратительным чудовищем.

Воцарилась тишина. Не было слышно ни звука, кроме ее всхлипов. И только холодный и циничный взгляд, касавшийся ее кожи, словно говорил о чувствах Баэля.

Джулия только сейчас поняла, что иногда ранить других — значит причинять боль и себе.

— Похоже, я слишком многое тебе позволил. Ты совсем обнаглела…

Баэль опустил руку и схватил девушку за волосы. Платиновые пряди с розоватым оттенком спутанным комком оказались зажаты в его большой руке.

Джулия закусила губу от боли, которая грозила разорвать ее сердце. Это чувство быстро исчезло, оставив за собой колкое ощущение онемевших конечностей, которые отказывались ей подчиняться. Все силы разом покинули ее тело, не позволяя двинуть даже пальцем. Девушка бессильно лежала на кровати и тупо смотрела заплаканными глазами на спину Баэля. Тот быстро вышел из спальни, даже не оглянувшись.

***

Джулия находилась в бездонной глубине. Солнечный свет длинными лучами проникал сквозь медленно колышущиеся блики волн. Однако тепла совсем не ощущалось.

Вокруг не было ни ряби от плавников рыб, ни звука маленьких капель воды от садившихся на поверхность птиц, ни цвета неба, которое окрашивалось в таинственный оттенок перед тем, как выпустить в мир кровавую луну. Ничего.

Джулия оказалась в пространстве небытия и ничего не чувствовала. Все, что она могла делать, так это отдаться липкому ощущению, сковавшему ее руки и ноги, и наблюдать за течением времени.

Где это место? Почему я здесь? Есть ли способ выбраться?

"И самое главное, кем я была?"

Любой вопрос казался бессмысленным. В этом странном пространстве все мысли исчезали. Размывалась граница, разделяющая ее и других. Даже за временем уследить было невозможно.

"Ничего не имеет смысла. Я просто хочу заснуть".

Слезы потекли от тоски, пронзившей сердце. Тем не менее, ее слова были искренними. Разве не этого она так желала раньше, когда решила отдаться в руки небытия?

Длинные черные пряди проплыли совсем рядом.

Джулия плакала, но осознание пришло к ней только сейчас. С самого начала она видела не свои воспоминания. Открыв глаза, девушка схватилась рукой за горло и с трудом откашлялась. Ей казалось, что холодная вода заполнила ее нос и рот, но на самом деле ничего не было.

Джулия бросила взгляд на свои руки. В поле ее зрения тотчас попали яркие картинки, не размытые водной рябью. Огромная башня, источающая магическую силу, и красный полумесяц — все было видно отчетливо и ясно.

Невыразимое облегчение накатило на Джулию, когда она поняла, что это был всего лишь сон. Она бессильно откинулась на подушки, светлые волосы рассыпались по шелковой ткани.

«Если меня не будет, ты больше не сможешь терпеть, не сможешь справиться с огромной магической силой, которую собираешься с жадностью вобрать в себя, и не сможешь спокойно заснуть без моей помощи!»

«Ах, что я ему наговорила?» — с ужасом подумала Джулия. В ее глазах потемнело.

Она все еще не понимала, что за странное место увидела во сне, почему Баэль оказался там заперт и откуда возникло липкое ощущение, которое сковывало ее руки и ноги. Джулии казалось, что она успела поседеть за то недолгое время, что пробыла там. А каково было Баэлю, который находился в заточении долгое время? Такое чувство, будто он был живым мертвецом.

«Нужно извиниться прямо сейчас. Я слишком много всего наговорила…» — решила Джулия. Из-за того, что алая метка вспыхнула, когда Баэль схватил ее за волосы, девушка все еще не могла нормально передвигаться. Но тем не менее, она заставила себя подняться с кровати. В голове то и дело возникал взгляд, с которым Баэль смотрел на нее.

Холодный и циничный. Словно на живую разрезающий плоть. Взгляд раненого существа.

«Почему я сразу этого не заметила? Не кто-нибудь другой, а я?»

Маленькие белые ножки нетвердо коснулись пола. Джулия не стала приводить волосы в порядок. На заплаканное лицо она тоже не обратила внимания. Вместо этого, девушка, пошатываясь, направилась к выходу.

Дверь плотно защелкнулась за ее спиной, и в ушах снова прозвучал отдаленный звук воды.