— Я все думаю, как мне тебя лучше отблагодарить за такой подарок. — продолжала Эстель.

Джулия на мгновение вспомнила зимний пейзаж с бушующей снежной бурей, и свежую кровь, которая окрасила снег в багряный цвет.

«Это же Эстель приказала, так? Написать мне фальшивое письмо, а потом отправить маленького Легиона на войну? Все это дело рук Эстель?»

«Как ты смеешь, грязная девка!»

Подобное нельзя просто так взять и простить.

Джулия резко поднялась. Опрокинутый стул с грохотом упал на пол, но она даже не обратила на это внимания и направилась к Эстель. Та смерила ее холодным, как сталь, взглядом.

— Как вульгарно.

— Это ты сделала?

Джулия не писала письмо, которое тогда дошло до Легиона. И ответ, который она получила, тоже был кем-то подменен. Все это привело к трагедии.

— Письмо… Четыре года назад, зимой.

— …

— Отвечай! Зачем ты это сделала?!

Вместо ответа Эстель неторопливо поднялась со своего места и встала перед Джулией. Теперь рост девушек был почти одинаковым. Эстель внимательно рассматривала красивое лицо своей сестры, словно оценивая его, а потом внезапно вскинула руку.

— Ты думаешь, что имеешь право так разговаривать со мной?

В глазах первой принцессы читалась смертельная угроза. Она вела себя так, словно собиралась влепить Джулии пощечину, но вместо этого потянулась к ее волосам. Погладив девушку, словно собаку, Эстель нежно провела рукой по ее лбу, а затем до боли вцепилась в украшение, которое служанки так тщательно закрепили в ее прическе.

— Ты осмелилась пойти против меня и, как жалкая воровка, украла мои платья и украшения. — нежный шепот на ухо никак не вязался со смыслом фраз и адской болью в волосах. — Даже старые перчатки напялила. Неужели они настолько тебе нравятся? Неужели такие красивые?

— Что ты несешь? Это же Его Величество подарил мне! — Джулия попыталась вырваться, но безуспешно.

— Я уже давно износила их и выбросила, но, возможно, в твоих глазах эти вещи выглядят иначе. Ты всегда была такой. Постоянно подбирала объедки с чужого стола, как будто они тебе принадлежат.

Выплюнув ядовитые слова, Эстель ослабила хватку. Джулия вновь обрела свободу, но нестерпимая боль, казалось, никуда не делась.

— Я носила все это в детстве, когда была маленькой. — как ни в чем не бывало продолжила наследница. — Как мило, тебе это очень идет. Прямо в самый раз.

— …

— Я отдам тебе все, что хочешь. Как раз думала, куда же мне деть все эти старые платья.

Если бы Эстель залепила пощечину, то Джулия спросила бы, за что ее наказывают. Но сейчас она не могла ничего сделать. Шипы, скрытые в словах Эстель, казалось, пронзили ее сердце насквозь.

«Продолжай подбирать объедки с чужого стола. Тебе это очень идет».

В этот момент вернулась Белла, которая вроде как должна была их покинуть. Пройдя мимо задыхающейся от нехватки воздуха Джулии, она прошептала на ухо Эстель:

— Ваше Высочество, главный военачальник просит аудиенции по поводу положения дел на границе.

— Скажи, чтобы подождал.

— Вы уже говорили это до того, как выйти в сад.

— Да?

Джулия никогда не было посвящена в государственные дела, но знала имя главного военачальника Вестры. Им был никто иной, как Брэнтли Аксель. Отец Руслана Акселя.

— Тогда позови его сюда. — раздраженно ответила Эстель и махнула Джулии рукой. — А ты ступай.

— …

— Что, тоже хочешь с ним увидеться? — наследница Вестры посмотрела на сестру с издевкой. Но, по правде говоря, ее слова не были лишены смысла.

При одной мысли об Акселе-старшем и его сыне, Джулия почувствовала прилив ярости. Как удачно. Глава рода наверняка в курсе того, что натворил его наследник. И если уж добывать информацию, то в первую очередь, следует спросить именно его.

Однако тело девушки одеревенело при одной мысли о встрече. Ноги словно приросли к земле.

Руслан сошел с ума и потерял правую руку в битве с Кимарисом. Причем заслуженно. Тем не менее в глазах маркиза все могло выглядеть совершенно иначе. Он вполне может подумать, что во всем виновата Джулия, как и говорила Эстель.

Сможет ли она в одиночку противостоять гневу человека, потерявшего единственного сына? Тем более, в присутствии будущей императрицы Вестры.

«Я справлюсь. Неизвестно, когда ещё представится такой шанс. Я вовсе не слабая…» — Джулия по крупицам собирала свою храбрость, но вопреки мыслям, ее ноги начали отступать сами по себе. Эстель вместе со служанкой со удовлетворением наблюдали за ее действиями. И хоть их лица казались бесстрастными, почему же именно это чувство приходило на ум, когда Джулия смотрела на них?

Внезапно весь мир закружился, перевернулся. Тошнота достигла того предела, когда ее больше невозможно было выносить. Развернувшись, Джулия стремглав бросилась прочь, едва сдерживая подступившую к горлу желчь. В ушах раздавался топот ног, а по спине стекал липкий пот как доказательство вины за собственный позор.

***

Очередная ночь спустилась на подземный мир. Озаренный багровым светом луны, одинокий демон мучительно корчился от боли. В сухом воздухе то и дело раздавались его грубые хрипы.

«Душа моя. Алый фрагмент, который меня покинул».

На тыльной стороне кисти руки, отчаянно сжимающей ковер, выступили вены. Огромный трон короля демонов раскололся на куски из-за последствий магического выброса. Острые осколки градом осыпались на распростертое на полу тело Баэля.

«Принеси мне мой спелый плод. Близится конец долгого ожидания, я должен вкусить его сладость».

Каким-таким образом?

Не успев усмехнуться, Баэль вновь захрипел от боли. Тень бога демонов пыталась проникнуть в его тело, вливая в сердце свою фиолетовую магию. Стены замка, откликаясь на боль хозяина, задрожали.

«Ты — это я. Кем бы ты ни был, думаешь, что сможешь отвергнуть мою волю?!»

Опять одно и то же…

— Ты разбит на куски и своего у тебя уже давно ничего нет.

«Что?!»

— Душа досталась мне, а плоть — какому-то идиоту. Что касается твоего самосознания, то оно ушло так глубоко в землю, что тебе ни за что не дотянуться. И даже память, которую ты выкинул, как мусорный мешок, попала к девке… Кхек!

Беда заключалась в том, что Баэль на короткое время лишился тела в озере Смерти. На самом деле он был не настолько уязвим, чтобы дать какой-то простой сущности себя одолеть. Сильнейший демон подземного мира поддался только потому, что рядом с ним была ключ — маленькая и слабая девушка, которой он боялся причинить вред

— Давай, попробуй еще раз. Ты же знаешь, что будет, если я поглощу всю твою магию, так ведь? Вся магия, которую ты скопил на севере, уже потеряна.

«Думаешь, что выдержишь?!»

— Скажешь, нет? Я и так достаточно долго терплю.

Сущность, на долгие столетия привязанная к волшебному камню, вкусила радость плоти и уже не могла отказаться от удовольствия, которое испытала. С того самого момента, как Баэль вернулся в гнездо, тень делала все возможное, чтобы вновь заполучить его тело. Она тратила невероятное количество энергии даже не понимая, что таким образом губит себя.

Глаза Баэля расширились. Он безмолвно терпел чужеродная магию, которая разрывала его тело на части. Вдруг в его голове возник плачущий голос.

«Я больше… Я больше не буду мечтать о том, чтобы жить… Просто… Позволь мне остаться здесь… Сколько бы мне ни осталось… Просто позволь… Пожалуйста…»

Джулия Вестра, до безумия боявшаяся смерти, умоляла, чтобы он просто оставил ее рядом, и говорила, что готова умереть. Не сделав ничего плохого, она просила прощения снова и снова, словно считала себя виновной в чем-то.

Она не знала. Не знала, что будущего, в котором они могли бы быть вместе, не существовало.

Джулия Вестра была его слабостью. В тот день, когда она покинула подземный мир, он был так поражен ее слезами, что невольно отдал свое тело во власть волшебного камня. Всего на долю минуты, но он потерял контроль над собой. Как назло, это заметил человеческий мастер меча — еще один фрагмент бога демонов.

«Джулия! Джулия! Проклятье, да кого ты вообще решила умолять?!»

«Я бы на твоём месте помолчал, если бы хотел покинуть мое королевство целым и невредимым».

Джулия Вестра растопила его сердце. Заставила на какое-то время забыть о многовековой войне с волшебным камнем и о жажде мести. Глядя на нее, он желал просто отпустить все. Ему хватало лишь ее улыбки, чтобы ощутить, как сердце начинает биться быстрее.

«Может, мне удастся найти способ вернуть все как было и жить вместе?»

Подобные мысли все чаще посещали его в последнее время, хотя он понимал тщетность своих желаний.

— Я же сказал тебе. Когда я поглощу всю твою магию…

Как только волшебный камень расколется, он поглотит его силу и станет новым богом демонов. Выполнит последнее предсмертное желание своего предшественника. А после, с усмешкой на губах и презрением к ничтожному плану Вельзевула, встретит самую совершенную смерть.

Баэль крепче сжал осколок разбитого стекло. И чем сильнее осколки вонзались в кожу, тем отчетливее Баэль чувствовал, как по его телу разливается чужая магия, наполняя вены новой, чуждой силой

Внезапно поток фиолетовой магии, казавшийся бесконечным, оборвался. Сущность сообразила, что попала в ловушку Баэля, и отступила. Приступ боли, раздиравший все его тело, сменился тяжестью.

«В следующий раз я тебе этого не спущу», — прошептала сущность в тягостной тишине.

— Фуух…

Баэль медленно поднял свое истерзанное тело. Он стоял в центре пустого замка. Казалось, отсюда ушел только один человек, но как же холодно здесь стало без него.

«Баэль, ты вернулся?»

Почему голос ключа всплыл в его голове именно сейчас? Он уже бросил ее. Своими руками отправил свою единственную слабость туда, куда никто не мог добраться.

«Я так устал. Хочу отдохнуть…»

Оперевшись на что-то, Баэль повалился на широкую кровать. Впереди его ждала еще одна невероятно долгая бессонная ночь.

***

Прошло уже два дня с тех пор, как Джулия заперлась в своей спальне после чаепития с Эстель. Она игнорировала всех, включая Легиона. Каждый раз, когда кто-то стучал в ее дверь, из глубины комнаты не доносилось ни шороха.

Легион был готов сойти с ума от беспокойства за Джулию. Остальные просто смеялись и говорили, что вторая принцесса вернулась к тому же состоянию, в котором она было до отъезда в мир демонов. Как в прошлом, она снова стала бесцельно проживать день за днем, запертая в пустом дворце.

Но все они жестоко ошибались. В это время Джулия в отчаянии металась по своей комнате.

«Стресс: 995»

«СИСТЕМА: Уровень стресса игрока очень высок. Если стресс достигнет 999, игрок потеряет сознание на 7 дней, а все параметры, кроме Дьявольщины, будут сброшены до 0».