— ...
— Что не так.
Возбуждение передалось ему, и он, зрительно лаская её напрягшиеся соски, приблизился, высунув язык. Сыль А со смешанными чувствами смотрела на него, мельком взглянула на рассыпанные вокруг помидорки черри и просто промолчала. Не увидев явного сопротивления, он в мгновение ока приник языком к её соску.
— Этот Лоренцо... ух, кто он такой, что у него... так много денег?
— А, кстати.
Чи Гем, поочередно наклоняя голову то в одну, то в другую сторону и посасывая её грудь, остановился.
— Пока это не заживет, ты не сможешь вывалить свои сиськи перед прокурором Со.
Его язык коснулся места, где остались синяки. В любом случае, этого не произойдет, так что ей было всё равно, но из-за злости на Чи Гема она ответила колко.
— Сама разберусь, так что хватит о Со Хан Сон-сси. А теперь расскажите мне о моей маме.
— Я тебе что-то должен?
Слизнув пот под её левой грудью, Чи Гем вскинул глаза.
— Думаешь, я мешок со сказками, который развязывается, стоит тебе вывалить сиськи?
— ...Вы же знаете, что случилось с моей мамой.
Ха, он раздраженно поднял голову. Сосок, мокрый от его слюны, на мгновение болезненно пульсировал.
— Откуда мне это знать?
— И всё же, когда она установила автоматическую разблокировку через год, она наверняка что-то вам сказала...
— Об этой хуйне спросишь после того, как откроешь «Э Па Та».
— ...Значит, вы что-то знаете?
— Блядь, весь кайф обломала.
— ...
Швырнув подушку в объятия Сыль А, Чи Гем встал с кровати.
— Какого хрена ты лезешь куда не надо.
— Что? О чем вы...
— Спи давай.
— П-подождите, Квак Чи Гем-сси.
Она попыталась догнать мужчину, который нервно зачесал растрепанные волосы и вышел, но он успел с силой захлопнуть за собой дверь. Пошатываясь, она еле-еле открыла её, но он, видимо, уже покинул дом — вокруг висела лишь пустота.
***
На следующий день, пока они снова плыли на пароме до терминала Ёнган, Сыль А несколько раз хватала Чи Гема за руку и расспрашивала о матери. Но он не проронил ни слова. Даже когда они сошли на берег и сели в машину Кан Джина, он просто закрыл лицо солнцезащитными очками и сидел не шелохнувшись.
Она раз за разом бросала на его бессердечный вид обиженные взгляды, но он игнорировал её вплоть до самого Сеула.
— Едем к дому Со Хан Сона.
Как только молчавший всю дорогу Квак Чи Гем открыл рот, Сыль А поспешно вцепилась в край его одежды.
— Умоляю, если вы что-то знаете, скажите мне.
— ...
— М-мы ведь больше не увидимся. Поэтому скажите хоть немного.
— Кто-нибудь послушает — решит, что ты в эмиграцию собралась. Мы оба топчем землю Сеула, с хуя ли мы не увидимся.
— Но вы же сами сказали, что уедете жить на остров...
Вдруг Кан Джин посмотрел на неё в зеркало заднего вида. На его лице промелькнуло легкое удивление, но у неё не было сил обращать на это внимание, она лишь отчаянно тянула Чи Гема за рубашку. Но он до самого конца так и не ответил.
— Квак Чи Гем-сси.
— Проехали. Мы приехали, так что готовься выходить.
— ...
Первым делом за окном показалось огромное здание прокуратуры. Судя по обилию адвокатских контор вокруг, это был юридический квартал, а значит, дом Со Хан Сона был совсем рядом. От этого ей стало еще тревожнее.
Это действительно конец. Если она не услышит это сейчас, фактически, у неё больше не будет шанса. Если они встретятся снова, Квак Чи Гем, скорее всего, будет на неё очень зол.
То ли из-за этого, то ли по другой причине, а может, и из-за того и другого, глаза Сыль А покраснели.
— Квак Чи Гем-сси... умоляю...
— ...
Но седан хладнокровно остановился, и Квак Чи Гем еще более хладнокровно отцепил от себя руку Сыль А. Вжик — ткань, ускользнувшая из её пальцев, показалась острой, как лезвие.
— Выходи.
— ...
— Заваливаться к нему без предупреждения будет смешно, так что сначала позвони. Если ничего не случится, увидимся на свадьбе.
Вместо того чтобы взглянуть на готовую расплакаться Сыль А, он легонько постучал по спинке сиденья Кан Джина. Тот сразу же вышел из машины и открыл ей дверь, но Сыль А не выходила, снова попытавшись ухватиться за Чи Гема. Вернее, она хотела ухватиться. Но мужчина, будучи куда проворнее, легко отбросил её руку.
— На выход. Хватит меня доставать.
— ...
По знаку Чи Гема Кан Джин обошел машину сзади, схватил её за плечо и вытянул наружу. Это было не грубо, но у Сыль А не было сил сопротивляться. Как только она, пошатываясь, оказалась на улице, дверь захлопнулась.
В одно мгновение Квак Чи Гем исчез из поля зрения, и всё, что она видела — это собственное отражение в тонированном стекле. Изможденное, исхудавшее лицо после бессонной ночи, перекусов помидорами и долгой поездки исказилось от подступающих слез и выглядело совсем жалко.
— Подождите...
Она попыталась открыть дверь, но она уже была заблокирована. Пока она впустую дергала ручку, Кан Джин вернулся на водительское сиденье. Вскоре седан тронулся.
— Подождите...
Машина окончательно вырвалась из её рук.
Она уезжала всё дальше, не оглядываясь, и в мгновение ока скрылась из виду.
— ...
Оставшись совсем одна и бессмысленно уставившись в одну точку, Сыль А обеими руками с силой надавила на глаза. И простояла так довольно долго.
А затем, спустя какое-то время, взяв себя в руки, она достала из сумки телефон. Она потерпела неудачу и вынуждена была это признать. Значит, нужно переходить к плану «Б».
— Здравствуйте... Я сейчас перед вашим домом, прокурор. Вы у себя?
Но несмотря на это, взгляд Сыль А всё еще был устремлен вдаль. Это было чисто эмоциональное решение.
***
Если подумать, она впервые переступила порог дома, в котором живет мужчина. Конечно, еще утром она была в родном доме Квак Чи Гема, но то было в прошлом, а сейчас там жила сотрудница «Э Па Та», так что мужским домом это назвать было сложно.
Пока Со Хан Сон готовил напитки, Сыль А, сидя на краю дивана в гостиной, то и дело осматривалась по сторонам, пытаясь успокоить бурлящие внутри эмоции.
В доме Со Хан Сона, как и в его машине, было безупречно чисто и приятно пахло. Особенно радовали глаз расставленные повсюду горшки с растениями — они не только красиво смотрелись, но и освежали воздух.
Кстати, я давненько не меняла хризантемы дома. Подумав о том, что нужно купить их на обратном пути, она нажала тыльной стороной ладони на глаза и отняла руку как раз в тот момент, когда Со Хан Сон вошел в гостиную. Мягко улыбнувшись, он сел рядом и протянул ей чашку чая.
— Ты ужинала?
Она покачала головой и сделала глоток обжигающего чая.
— Тогда давай немного отдохнем, а потом вместе поужинаем.
— ...
— Но где ты была?
Взгляд Со Хан Сона упал на её одежду. Это была реакция скорее догадки, нежели удивления при виде того же наряда, что и на аукционе. Учитывая, что она заявила, что идет на встречу с Квак Чи Гемом, и появилась несколько дней спустя в той же одежде, догадаться было нетрудно.
Сделав еще один глоток чая, Сыль А повернулась к нему. Тянуть время не было смысла.
— Вы думаете о том, о чем нужно. Я сделала, как вы, прокурор, и хотели, и всё узнала.
— ...
— Это остров Сон-о в городе Ёнган. Родной город Квак Чи Гема.
Глаза Со Хан Сона слегка расширились.
— Он сказал, что жил там до девятнадцати лет. И школу закончил на том острове. Не знаю, что это была за школа, но, думаю, круг поисков достаточно сузился, чтобы вы могли разузнать всё сами.
— Понял. Спасибо.
— И насчет той картины, о которой мы говорили... Лоренцо — это не мать Квак Чи Гема.
Он кивнул. Судя по всему, он уже знал.
— Я тоже навел справки: Лоренцо — это итало-корейский художник, который умер уже давно. Мужчина. Наверное, вы, Сыль А-сси, ошиблись из-за схожести стиля.
— ...
Стоит ли говорить Со Хан Сону о том, что Лоренцо был возлюбленным матери Квак Чи Гема? Со Хан Сон расследует дела компании Квак Чи Гема, а не его семейную историю. Пока она пребывала в недолгих раздумьях, он продолжил:
— Но между Квак Чи Гемом и Лоренцо определенно есть связь.
— ...Что?
— После ваших слов я отслеживаю работы Лоренцо, и все картины, что оказались на рынке, принадлежат «Кимун Маркет».
— ...
— Неизвестно, дело ли тут в простых предпочтениях, или, как вы сказали, в сходстве с работами его матери, но это необычная активность. Рыночная стоимость этих картин не сказать чтобы исключительно высока.
— ...Вот как.
Она решила прикинуться, что ничего не знает. Она дала Со Хан Сону то, что он хотел, а значит, выполнила свой долг. Если начать копать глубже в отношения Лоренцо и Квак Чи Гема, неизбежно выплывет «Э Па Та», а об этом нельзя было упоминать. В первую очередь, ради самой себя. Пока «Э Па Та» функционирует, Квак Чи Гем не сможет причинить ей вред.
К тому же, Квак Чи Гем всё еще немного её беспокоил.
Пусть он и собирал картины матери ради денег, но его привычное знание языка жестов, навыки ухода за больными и спонсирование Ко Дэ Сока — всё это никак не было связано с «Э Па Та». Нельзя было сказать, что им движут исключительно деньги, поэтому в уголке её души осел легкий осадок вины.
— ...
Сыль А заставила себя подавить эту слабость. В конце концов, все преследуют лишь свою выгоду. Квак Чи Гем ушел, даже не оглянувшись. Почему она должна быть хорошей? Она отпила еще немного чая, чтобы смочить пересохшее горло.
— Теперь ваша очередь, прокурор. Расскажите всё, что вам удалось узнать. Что угодно.
— ...
Со Хан Сон тоже сделал глоток.
— Скажите, ваша мама случайно не готовила при жизни судебный иск?
— ...Что?
Она хотела было снова поднести чашку к губам, но замерла и посмотрела на него. Иск? Мама? Она слышала об этом впервые. Увидев её удивленную реакцию, он коротко вздохнул, словно ожидал именно этого.
— Вы знаете адвоката Ким О Сона?
— З... знаю. Он был хорошо знаком с мамой. Он учился на курс младше её...
Он был тем самым человеком, который пришел на похороны матери и помог разобраться с наследством. Сыль А нахмурилась, вспоминая солидного мужчину средних лет, чей образ остался в памяти.
— К чему вы вдруг о нем... Что за иск готовила мама?
