Последний день выставки. Продажи заметно выросли. Результаты превзошли все ожидания. До Юн радовался так, будто это было его личное дело.

— Мы и засветились как надо, и боевое крещение прошли на ура.

Всё это время Му Гёль вкладывал немалые деньги в материалы и дизайн. Теперь оставалось лишь пожинать плоды. К тому же, запущенная с опозданием по предложению До Юна акция с репостами в соцсетях принесла отличный рекламный эффект. Му Гёль положил руку на плечо До Юна.

— Спасибо.

До Юн тоже положил руку на плечо Му Гёля.

— Это тебе спасибо.

До Юн был обычным мастером, делавшим мебель на заказ в маленькой деревенской мастерской. Именно Му Гёль вытащил его оттуда и дал возможность создавать всё, что душе угодно, в просторном цеху. А на выставке он даже начал общаться с той самой клиенткой, от которой, казалось, исходило сияние. Это был невероятный успех как в профессиональном, так и в личном плане.

Му Гёль проверил время. До конца рабочего дня Се Гён оставалось около часа. Нужно было заранее отпроситься у До Юна.

— Думаю, мне сегодня нужно уйти пораньше.

— У тебя планы с Се Гён?

— Как ты догадался?

До Юн вытянул руку и указал направление. Там, к удивлению Му Гёля, стояла Се Гён. Лицо Му Гёля мгновенно озарилось светом.

— Се Гён.

Широкими шагами он направился к ней.

Моя женщина, моя любовь. Ын Се Гён.

Он протянул руки и заключил её в объятия. Поглаживая её по хрупкой спине, спросил:

— Ты же еще не закончила. Как ты здесь оказалась?

— Хотела посмотреть на стенд, поэтому быстро закончила дела и примчалась.

Затем Се Гён слегка приподнялась на мысочках и прошептала ему прямо на ухо:

— Я скучала.

Она пропустила обед и поспешила закончить работу только ради того, чтобы увидеть его. Это её признание было передано без остатка. Она была настолько очаровательна, что он едва сдерживался. Нехотя отстранившись, Му Гёль обернулся к До Юну и, сняв с шеи бейдж участника, бросил его на стол.

— Я пошел.

До Юн махнул рукой, показывая: «Иди уже».

Му Гёль схватил Се Гён за руку и быстро вывел её из выставочного павильона. Се Гён, которую он буквально тащил за собой, запротестовала:

— Я же ничего не посмотрела.

— В следующий раз посмотришь.

— Когда в следующий раз?

— Придешь в магазин.

С этими словами Му Гёль распахнул пассажирскую дверь. И буквально впихнул Се Гён внутрь. Быстро обойдя машину, он сел на водительское место и захлопнул дверь. Но заводить двигатель не стал. Вместо руля его руки обхватили лицо Се Гён. И он тут же впился в её губы. Он уже и не помнил, когда они делали это в последний раз. Короткие поцелуи случались часто, но такие глубокие, жадные поцелуи были возможны только тогда, когда Хэ Хан спал, или в таких поездках, как сейчас. Но в последнее время Се Гён была так занята, что у них не было времени не то что на поцелуи, а даже на простые прикосновения. Поэтому он так ждал сегодняшнего дня. Дня, когда напряженный график Се Гён подойдет к концу. Дня, когда Хэ Хан уедет в поездку с Таль Ним.

— ...Ха.

Сквозь слегка приоткрытые губы смешалось их горячее дыхание. Это была открытая парковка посреди бела дня. Как бы сильно ни были затонированы стекла, это было слишком рискованно. Се Гён, поглаживая мочку уха Му Гёля, прошептала:

— Поехали домой.

Сглотнув вязкую слюну, Му Гёль с раскрасневшимся лицом кивнул. Он тут же пристегнул ремень и завел машину. Они выехали с территории выставки и помчались по дороге.

Вж-ж-жух—

Как он доехал до дома? Нет, как он вообще вытерпел всю дорогу? Это было загадкой — ширинка на брюках Му Гёля угрожающе натянулась. Двигатель заглушен, автоматические ворота гаража опустились.

...Вжик,

Одновременно с этим расстегнулась и ширинка Му Гёля. Се Гён с загадочной улыбкой стрельнула в него глазами. Му Гёль с пылающим лицом произнес:

— Мы не делали этого больше двух недель.

Пока шел тщательный отбор стипендиатов.

— Я всё это время терпел.

И больше терпеть не мог. Он не собирался отступать и не был уверен, что сможет нормально дойти до спальни. Му Гёль одним махом перебрался на пассажирское сиденье. Се Гён откинула спинку кресла назад и легла.

— Спальня в двух шагах. Обязательно прямо здесь?

Уголок губ Му Гёля криво пополз вверх.

— Сделаем это здесь, а потом и там.

Солнце еще не село, а ночь была длинной. Му Гёль засунул руку под её блузку. Проскользнув по плоскому животу, он сжал её грудь и недовольно проворчал:

— Я же говорил, что бы ни случилось, спать ты должна рядом со мной.

Один раз в комнате Хэ Хана, один раз на диване в гостиной. Целых две ночи она засыпала не рядом с ним.

— Прости, я сама не заметила, как...

Просто уснула.

Се Гён не успела договорить. Словно больше не в силах ждать, Му Гёль впился в её губы и протолкнул язык внутрь. Как человек, который несколько дней не выпил ни глотка воды, он жадно исследовал её рот, вытягивая сладкую влагу.

— ...Ха.

Грудь, обнажившаяся под задранным бюстгальтером, безжалостно сминалась в широких ладонях Му Гёля.

Би-бип—

Снаружи за воротами раздался какой-то шум, но им было плевать. Это скоро пройдет, и никто не мог знать, что за закрытыми воротами гаража сплетаются два тела. В отличие от безрассудного Му Гёля, Се Гён чувствовала легкое, будоражащее напряжение. Вместе с прерывистым дыханием её соски твердо набухли.

— Ах,

Му Гёль не мог оставить это без внимания. Он легонько ущипнул и покрутил затвердевший пик. Её губы непроизвольно приоткрылись. Открыв глаза, Се Гён оценила ситуацию. Брюки и белье Му Гёля уже были спущены до колен, а её юбка задрана до самой талии.

Салон пикапа был просторнее, чем у обычной легковушки. Но для крупного Му Гёля места всё равно было маловато. Поэтому, когда они занимались этим в машине, он обычно устраивался снизу.

Обхватив Се Гён за талию, Му Гёль развернул её. В мгновение ока он уселся на пассажирском сиденье, а Се Гён оказалась стоящей перед ним в полусогнутом положении, спиной к нему. Не успела она опомниться, как колготки и белье разом скользнули вниз. Вслед за этим уверенная сила потянула её за бедра вниз.

— ...А-ах,

Она опустилась на бедра Му Гёля, и одновременно твердый, напряженный пенис медленно вошел в неё.

Тяжелое, заполняющее чувство охватило её изнутри. Прошло полмесяца. Полмесяца с тех пор, как он в последний раз входил в неё.

Издав низкий, хриплый стон, Му Гёль сжал её мягкие ягодицы, раздвигая их. И начал двигать бедрами.

Влажный, хлюпающий звук наполнил тихий салон машины. Секс посреди бела дня, который поначалу казался лишь неловким и смущающим, теперь стал привычным. В этом был свой, особый трепет.

Каждый раз, когда Му Гёль толкался бедрами вверх, Се Гён, держась за его колени, полностью отдавалась движениям. При каждом взлете и падении тела пронзительное удовольствие прошивало её насквозь.

— Ха, ах...

Глубоко вошедший пенис двигался упруго и ритмично. Не в силах сдерживать раскачивающееся тело, она резко откинулась назад. Обе ноги взлетели на приборную панель. Её спина надежно прижалась к широкой груди Му Гёля, а его сильные руки собственнически обвили её талию и грудь. Это было не ограничение свободы, а чистая жажда Му Гёля. Её тело ритмично двигалось вверх и вниз.

Шлеп, шле-еп—

Небо, видневшееся через люк на крыше, приятно колыхалось перед глазами. Нарушение табу приносило невероятное возбуждение. Секс в машине вместо спальни. Днем, а не ночью. Удовольствие, рождающееся из игнорирования всех правил и приличий, было опьяняющим. Для Се Гён, всю жизнь прожившей в оковах и под контролем, даже эти безумства казались глотком абсолютной свободы.

— ...Гёль.

Вместо ответа Му Гёль выдохнул ей в ухо низкий стон.

— Мне так хорошо, ха...

Просто и ясно выразив свои чувства, Се Гён крепко сжала его твердые бедра. Сосредоточившись на распирающем удовольствии, проникающем всё глубже, она сама не заметила, как громко застонала:

— Ах...! Ха-а-ах!

В этот момент за воротами гаража послышался шум проезжающей машины. Му Гёль накрыл рот Се Гён своей большой ладонью. То, что их не было видно, не означало, что их не было слышно. Громкие стоны могли просочиться наружу.

— Тише, ха...

От сужающихся внутри неё мышц Му Гёль стиснул зубы. Как только он убрал руку с её губ, Се Гён повернула голову и прикусила, всасывая, мочку его уха.

— ...Бля.

От пронзившего его возбуждения сорвалось ругательство. Грубые мужские пальцы рванули её блузку. Треск, пуговицы со звоном посыпались вниз. Обнимая Се Гён со спины, он мощно толкался в её ягодицы. Чем яростнее становились движения, тем чаще прерывались сладкие стоны Се Гён, достигающие его ушей.

Шлеп— шлеп!

От этих диких, сокрушительных толчков в голове Се Гён всё побелело. Сквозь затуманенное сознание прорвался хриплый шепот Му Гёля:

— ...Я кончаю.

Услышав эти непристойные, но такие возбуждающие слова, Се Гён кивнула. Всплеск, горячая волна, казалось, затопила всё её тело. Под тяжелое, прерывистое дыхание за своей спиной Се Гён открыла глаза. Над ней виднелось голубое небо, а внизу стекало нечто постыдно-горячее. Колготки и белье болтались где-то на лодыжках, блузка была безжалостно разорвана.

— Ха.

У неё вырвался смешок. Она никогда раньше даже не могла себе такого представить. Но с Му Гёлем они часто вытворяли подобное. И это странное чувство риска и наслаждения ей совершенно не претило. Жизнь с Му Гёлем была чередой событий, о которых она и помыслить не могла. И это было продолжением её невероятно свободной и потрясающе счастливой жизни.