Закончив тренировку, Се Гён спустилась в лобби.

— Директор так и не пришел?

— Пока нет.

Сотрудник тоже выглядел озадаченным.

— Сегодня день выплат, он обязательно должен быть...

Глядя на стеклянную дверь, он выдавил из себя улыбку.

— Наверное, скоро будет.

Он сказал так, но сам уже начинал волноваться. Сегодня нужно было подписывать накладные и проводить платежи. Без директора сотрудники не могли этого сделать. Словно сговорившись, Се Гён и сотрудник снова набрали номер Му Гёля. Как и ожидалось, ответа не последовало. Се Гён оставила короткое сообщение:

[Как увидишь сообщение, перезвони.]

В прошлом Му Гёль мог исчезнуть внезапно, но она была уверена, что сейчас он так не поступит. Их отношения изменились. Глубина, сила чувств и эмоциональная связь были совсем другими. И всё же на душе было неспокойно.

— Вы случайно не знаете домашний адрес директора?

Если подумать, она ни разу не была у него дома. Сотрудник виновато ответил:

— Простите, но я не знаю. И даже если бы знал, не имел бы права вам его дать.

Это было логично. Но от этого не легче.

— Значит, с ним никак нельзя связаться?

— Да. Нам тоже остается только ждать.

В этот момент раздался резкий, звонкий голос:

— Директор не соизволил явиться на работу?

Почувствовав знакомый аромат духов, Се Гён обернулась. Женщина в ослепительно-белом костюме с головы до ног. Се Гён её уже видела.

«Такое не решают через полицию, такое решают один на один».

В день, когда Му Гёль дрался с тренером Яном, она остановила Се Гён, когда та хотела вызвать полицию. Кажется, Му Гёль называл её «Госпожа Пак»? Её образ был размытым, но присутствовал в памяти Се Гён.

— А где Джи Хун?

— Обзванивает партнеров.

— А что так?

— Сегодня день выплат, а до директора не дозвониться.

— Да?

Лицо Госпожи Пак заметно посерьезнело.

— Раз он недоступен в такой день, значит, что-то случилось.

Скользнув взглядом вбок, Госпожа Пак неожиданно спросила:

— Девушка, ты тоже так думаешь?

Вопрос застал врасплох. Не дождавшись быстрого ответа, Госпожа Пак поторопила:

— Я спрашиваю, ты сейчас ищешь этого паршивца Му Гёля?

— Вы тоже его ищете, Госпожа Пак?

— «Госпожа Пак»?

Ха, ха-ха.

— Му Гёль так вас называл. Если вам не нравится, скажите, как обращаться.

— Нет. Мне нравится «Госпожа Пак». Звучит солидно.

Коротко рассмеявшись, Госпожа Пак кивнула Се Гён.

— Пойдем наверх. У меня к тебе серьезный разговор.

— Простите, но мне с вами не о чем разговаривать.

Она не знала, какие у них с Му Гёлем отношения, но обсуждать им явно было нечего. И настроения для этого не было.

— Видно, что племянница Ын Ча Мён. Какая колючая.

Имя тёти из уст Госпожи Пак прозвучало неожиданно. Се Гён спросила:

— Вы знаете мою тётю?

— Еще бы. Не только её. И маму твою, и папу. Точнее, знала. Так будет правильнее.

Она знала не только Му Гёля, но и тётю, и маму с папой. Видя удивление Се Гён, Госпожа Пак сказала:

— Ну как? Теперь появилось желание поговорить?

Скорее, появилось желание послушать.

— Если интересно, иди за мной. Не стоит обсуждать это здесь.

Се Гён вошла в лифт вслед за Госпожой Пак.

***

— Вид отличный, правда?

Войдя в кабинет Му Гёля, Госпожа Пак вела себя как хозяйка. Поставив сумку на стол и распахнув окна, она предложила Се Гён сесть.

— Присаживайся.

— Я постою, а вы садитесь.

Се Гён присела на край рабочего стола Му Гёля, в свою очередь предлагая место. Это был жест защиты территории от Госпожи Пак, которая вела себя слишком по-хозяйски в отсутствие владельца. Госпожа Пак охотно отступила и села на диван. Се Гён сразу перешла к делу:

— Откуда вы знаете мою тётю, маму и папу?

— А, забыла сказать. Я и дедушку твоего знала. Теперь догадываешься?

Госпожа Пак открыла сумку, достала сигарету и зажала её между пальцами.

— Наши семьи знакомы? А с Му Гёлем вас связывает работа.

— Ты не совсем пустоголовая.

Лицо Се Гён напряглось. Поняв, что ляпнула лишнее, Госпожа Пак подняла руку с сигаретой:

— Сорян. Языкастая я просто. Если обидела — извини.

Прикурив, Госпожа Пак глубоко затянулась. И, лениво откинувшись на спинку дивана, спросила:

— Давно вы с Му Гёлем встречаетесь?

— Со старшей школы.

— Долго же вы.

— Я пришла сюда не историю своей любви рассказывать. Давайте к делу.

Раз она ответила на вопрос, имела право задать свой.

— У вас есть догадки, где может быть Му Гёль?

— Взрослый мужик, где бы ни был — не пропадет. О чем тут волноваться.

— Разве вы не хотели поговорить о Му Гёле?

— А если нет?

— Тогда нам больше не о чем говорить.

Госпожа Пак с забавой посмотрела на Се Гён.

— Не похоже на то, что рассказывала твоя тётя.

Хвасталась послушной, скромной, благородной и элегантной племянницей.

— А у тебя, оказывается, есть характер.

Так вот почему Му Гёль в неё втюрился.

— Мне нравится, что ты не размазня.

Расслабленно закинув ногу на ногу, Госпожа Пак перешла к делу:

— Вчера вечером Му Гёль был со мной, а потом побежал к тебе. Он не объявлялся?

— Нет.

Госпожа Пак выпустила дым.

— Тогда задам другой вопрос. Вчера у твоей тёти не было ничего подозрительного?

— Что значит «подозрительного»?

— Между тобой и Ча Мён ничего не произошло?

— У нас была небольшая ссора. Мы решили пожить раздельно, и вчера тётя переехала в отель.

— Ын Ча Мён? Ушла из дома в отель?

Ха. Госпожа Пак усмехнулась, словно не веря своим ушам. Затем сделала глубокую затяжку и выпустила дым.

— ...Сука. Видимо, она действительно что-то сделала с Му Гёлем.

Се Гён нахмурилась. Госпожа Пак определенно что-то знала. И Се Гён хотела это услышать.

— Что случилось с Му Гёлем?

Фу-ух. Сизый дым рассеялся в воздухе.

— Расскажите мне.

— Но сначала...

Госпожа Пак задала встречный вопрос:

— Насколько ты доверяешь своей тёте?

— Что вы имеете в виду?

Она затушила сигарету в пепельнице на столе. Скрестив ноги, Госпожа Пак посмотрела на Се Гён.

— Твоя тётя кажется мне подозрительной и сейчас, как и двадцать лет назад. Хочу знать, что думаешь ты.

Двадцать лет назад. В год, когда умерли мама и папа. Се Гён спросила:

— Вы хотите сказать, что смерть моих родителей как-то связана с исчезновением Му Гёля?

— Точнее, с исчезновением Му Гёля связана смерть твоего отца. И твоя тётя Ын Ча Мён.

Госпожа Пак рассказала о вчерашнем визите с Му Гёлем в хост-бар и о встрече с Мадам Чан, бывшим секретарем Ча Мён. Затем достала телефон и включила аудиозапись.

— А теперь слушай внимательно.

В затуманенный разум Се Гён ворвался мужской голос:

— Я правда ни при чем. Это всё по приказу председателя Ын Ча Мён!

В середине вклинился голос Госпожи Пак: «Вспомни хорошенько». Затем Мадам Чан с раздражением продолжил:

— ...Да говорю же! Сколько раз повторять. Председатель Ын Ча Мён сказала, что даст 500 миллионов, если я просто поведу машину. Моя вина только в том, что я следовал её указаниям и ехал! Но встречная машина сама вывернула руль! Как я мог остановить машину, летящую в пропасть? К тому же, кто знал, что в ней окажется зять председателя Ын Ча Мён! Я тоже жертва. Меня тоже использовала председатель Ын Ча Мён.

Глаза Се Гён расширились. Упомянутый в записи «зять председателя Ын Ча Мён» был её отцом.

— Не копайтесь в деле, которое закрыли как обычное ДТП. Срок давности давно истек, давайте не будем тратить силы зря! Я всё равно свалю обратно на Филиппины, так что больше не ищите меня.

Пальцы Се Гён дрожали. Сердце бешено колотилось. Она никогда не могла и помыслить, что тётя Ча Мён причастна к смерти её отца, которую все считали обычным ДТП. Она даже не допускала мысли об убийстве. Глядя на потрясенную Се Гён, Госпожа Пак снова заговорила:

— В этот раз твоя тётя тоже кажется мне подозрительной. Хотя я надеюсь, что ошибаюсь.

И дело было не в доверии к Ча Мён, а в беспокойстве за Му Гёля.

— Дам тебе совет как старшая.

Се Гён посмотрела на неё.

— Нет ничего страшнее одержимости сумасшедшей бабы.

Слова были грубыми, но их смысл был предельно ясен.

— Для меня Ын Ча Мён — сумасшедшая баба, а то, что она делает с тобой — это одержимость.

А значит, самым страшным человеком была её тётя, Ын Ча Мён.

— Так что будь начеку.

Сквозь тревогу в глазах Се Гён проступила невероятная твердость. Присмотревшись, Госпожа Пак поняла, что Се Гён — копия своего отца.