Под палящим солнцем дул прохладный ветерок. Погода и время года были точно такими же, как когда Му Гёль и Се Гён встретились вновь.

Се Гён, посмотрев на ясное небо, опустила взгляд на телефон. И, словно только этого и ждал, раздался звонок. Му Гёль.

— Как прием?

— Закончился.

— Ничего особенного не сказали?

— Нет.

Формальный, регулярный и исключительно добровольный визит. Се Гён ходила к врачу по собственной инициативе. Ничего нового ей сказать не могли, и присутствие Му Гёля не требовалось. Но он всё равно каждый раз переживал.

— И до каких пор тебе нужно туда ходить?

— Не знаю.

Се Гён и сама не могла дать точный ответ.

— Ты же теперь хорошо спишь и не тревожишься.

Это была правда. С тех пор как она была с Му Гёлем, качество её сна улучшилось, как и качество жизни в целом. Ночью она крепко спала, а днем много улыбалась. Но это не было поводом бросать лечение.

— Говорят, главное — сохранять душевное спокойствие.

Завуалированно произнес Му Гёль.

— Поэтому. Будь спокойна.

Его простые слова стали для неё странным утешением.

— Хорошо.

Услышав ответ Се Гён, Му Гёль спросил уже более легким тоном:

— Что хочешь на ужин?

— Хм... Тунца?

— Как раз тут неподалеку открылся отличный ресторан с сашими из тунца.

— Звучит вкусно.

— Возьму навынос.

От этих слов уголки её губ, опущенные весь день, тихо поползли вверх. Му Гёль оказался заботливее, чем она думала, и деликатнее, чем можно было ожидать. Он был настоящим «несоскобленным лотерейным билетом». И дело было не во внешности, а в характере.

Повесив трубку, Се Гён проверила время и ускорила шаг. Прием у врача затянулся, и до совещания оставалось мало времени. Когда она вошла в аптеку, фармацевт узнал её и спросил:

— В этом месяце тоже без пропусков. Вам как обычно, всех видов понемногу?

— Да.

Едва она ответила, телефон снова завибрировал. На этот раз звонили из стипендиального фонда.

— Вы уже выехали?

— Скоро буду.

— Студенты уже прибыли. Я подумала, если вы где-то рядом, может, сможете подойти пораньше.

Сегодня была запланирована встреча с финалистами стипендиальной программы. До назначенного времени оставалось еще около получаса. Раз они уже здесь, значит, очень ждут встречи.

— Выхожу прямо сейчас. Буду минут через пятнадцать.

— Поняла. Как будете в лобби, сразу звоните.

— Хорошо.

Завершив звонок, Се Гён забрала у фармацевта пакет с лекарствами. Фармацевт добродушно улыбнулся и спросил:

— Вижу, вы очень заняты?

— В последнее время да.

— Берегите здоровье.

С улыбкой расплатившись, Се Гён поспешила к выходу. Внезапно налетевший порыв ветра принес с собой запах осени. Настоящая осень. Это означало, что прошло уже 3 года с момента её воссоединения с Му Гёлем. И столько же времени она успешно руководила стипендиальным фондом.

«Парашютистка». (Прим. пер.: человек, получивший должность по блату).

Несмотря на косые взгляды, Се Гён молча доказывала свою состоятельность. Она, ничего не умевшая и не делавшая раньше, выкладывалась на полную на своем новом месте. Постепенно работа стала приносить ей удовольствие, и она поняла, что это её призвание. Немало помог и диплом педагога. Появились амбиции. И сейчас она изучала педагогическую психологию в аспирантуре. Чтобы еще лучше справляться со своей работой. И чтобы выполнить свой долг до конца. К счастью, ежедневные вызовы и новые задачи приносили Се Гён радость и чувство удовлетворения.

***

Освободившись с работы, Му Гёль примчался к ресторану тунца и, почесав затылок, вздохнул.

— Ну и ну.

Из его груди вырвался смешок пополам со вздохом. Он тупо уставился на талончик с номером очереди в своей руке. Номер 27. Не 2 и не 7. Целых 27. Будь его воля, он бы просто ушел. Но...

«Звучит вкусно».

Эти слова Се Гён крепко держали Му Гёля на месте. И он, затесавшись в толпу, встал в очередь.

Тик-так.

Время тянулось невыносимо медленно. Номер Му Гёля назвали только тогда, когда солнце уже давно село.

— Номер 27! Клиент с номером 27!

Му Гёль небрежно поднял руку. И протянул сотруднику изрядно помятый талончик. Сотрудник взял его с виноватым видом.

— Вы долго ждали.

— Не так чтобы очень, час пятнадцать.

Озвучив время ожидания, Му Гёль ткнул пальцем в меню на строчку «Спешл из тунца».

— Спешл навынос.

— Эм, дело в том...

Сотрудник неловко улыбнулся.

— Ингредиенты закончились.

Лицо Му Гёля мгновенно исказилось. Сотрудник, словно извиняясь за свою беспомощность, указал на табличку перед входом.

[При исчерпании ингредиентов закрываемся раньше]

— Вау...

Бля.

Кулаки непроизвольно сжались. Пустым взглядом он посмотрел на ночное небо. Россыпь звезд казалась ему глазами Се Гён. Если бы он мог, он бы прямо сейчас нырнул в море и выловил тунца целиком.

***

Вместо того чтобы брать тунца навынос, они пришли поесть его в ресторан. Войдя в японский ресторан отеля, Му Гёль и Се Гён были приглашены в отдельный кабинет «Слива». Именно здесь они впервые поужинали вместе после воссоединения.

— Подать ужин сетом?

Покачав головой, Му Гёль открыл меню.

— Нельзя ли заказать только тунца?

— Тунец у нас подается только в сете от шеф-повара.

— Тогда сет от шеф-повара. На двоих.

Демонстративно развернув салфетку, Му Гёль положил её на колени и добавил:

— Всякую золотую пыль можете не сыпать. Побольше сашими из тунца.

— Я передам шеф-повару.

Как только менеджер вышел, Се Гён удивленно спросила:

— Ты заказал сет от шеф-повара только ради тунца?

Сет стоил 400 тысяч вон на человека. То есть один ужин обойдется им в 800 тысяч. После окончательного разрыва с Ча Мён Се Гён сама распоряжалась деньгами, и для неё это была довольно крупная сумма. Но для Му Гёля Се Гён была важнее любых денег.

— Я успокоюсь только тогда, когда накормлю Ын Се Гён тем, что она хочет.

Му Гёль усмехнулся. Се Гён покачала головой.

— Только попробуй не доесть.

— Не волнуйся, я справлюсь.

Му Гёль не только ел с аппетитом, но и в больших количествах. Идеальный рельеф мышц и высокий рост еще больше подчеркивали его мужественность.

Тук, тук.

После стука дверь открылась, и блюда из сета, как и просил Му Гёль, выставили на стол все сразу. То ли из-за специфических требований Му Гёля, то ли потому, что он был частым гостем, менеджер точно знал его вкусы. Это было понятно хотя бы по тому, что он принес всё сразу без лишних напоминаний.

— Если что-то понадобится, нажмите кнопку вызова.

Когда менеджер покинул кабинет, Му Гёль взял палочки и первым делом потянулся к тунцу.

— Ешь.

Элитный кусочек тунца оказался на тарелке Се Гён.

— Выглядит вкусно.

Се Гён улыбнулась. Увидев это, Му Гёль почувствовал, как у него поднимается настроение. Только когда Се Гён положила кусочек сашими в рот, Му Гёль тоже с удовольствием принялся за еду. Ему нравилось вот так есть вместе с ней. Засунув в рот сразу два куска тунца, Му Гёль прожевал и сказал:

— С тобой и камни были бы вкусными.

— Об камни ты зубы сломаешь.

— Ну что за человек, никакой романтики.

Услышав ворчание Му Гёля, Се Гён усмехнулась. Никто и не подозревал, что этот здоровяк иногда выдает такие нелепости в поисках романтики.

— Попробуй вот это.

А еще он, словно королевский дегустатор, без устали подкладывал Се Гён на тарелку самые вкусные кусочки из всего, что пробовал сам.

Се Гён отправила в рот еще один кусок тунца, заботливо положенный Му Гёлем.

Ам, ам.

Взгляд Му Гёля, прикованный к Се Гён, был полон любви. В его действиях, словах и даже во взгляде не было ни капли неловкости. Ирония заключалась в том, что именно отсутствие неловкости иногда казалось ему непривычным. Му Гёль никогда не думал, что в этой жизни он будет вот так заботливо ухаживать за кем-то за едой. О такой теплой и уютной повседневности он даже мечтать не смел. То, о чем он не смел и мечтать, стало реальностью и рутиной. И всё благодаря Се Гён. Глядя на Се Гён, которая не только вытащила его со дна, но и полностью изменила его жизнь, Му Гёль положил в рот еду. Заметив это, Се Гён протянула ему воду.

— Ешь медленнее.

Отложив палочки, Му Гёль сделал глоток воды. Когда он откинул голову назад, его взгляд расслабился, и их глаза с Се Гён встретились. Поначалу острый, как бритва, взгляд Му Гёля в какой-то момент стал глубоким и теплым. Изменился ли взгляд Му Гёля или изменилось восприятие Се Гён — неизвестно. Важно было лишь то, что сердце Се Гён стало таким же теплым, как и его взгляд. Осознание того, что у неё есть дело по силам, и признание, которое она получала за свою работу, приносили чувство выполненного долга. Её радовало, что она нужна людям и своему делу. А то, что Му Гёль был рядом и разделял с ней эти успехи и радости, делало её еще счастливее.

Стук.

Му Гёль со стуком поставил стакан. Поток мыслей Се Гён прервался. Му Гёль вдруг спросил:

— Чего ты так на меня смотришь?

— А как я смотрю?

— Сама не знаешь?

Взгляд Му Гёля балансировал на грани глубокого чувства и откровенного желания. Зная привычку Му Гёля внезапно переходить в наступление, Се Гён покачала головой.

— Мы не дома. И еды еще много осталось. Так что забудь об этом.

— Черт.

С чего вдруг во время еды внутри вспыхивало пламя — было загадкой. Чтобы потушить пожар, Му Гёль налил себе еще воды и выпил залпом.

Они были вместе не год и не два, а целых три. 3 года. Но иногда он всё еще не мог себя контролировать. Без всякой причины. Просто от какого-то выражения лица Се Гён. От интонации. Или от улыбки — сердце вдруг загоралось, а тело реагировало.

Надо было брать навынос.

Тогда бы они и поели, и переглянулись, и он бы мог сразу дать волю своим инстинктам.

— Ешь давай.

Се Гён невозмутимо продолжила есть. И это слегка задело Му Гёля.

— Ладно. Сначала поедим.

Взяв палочки, Му Гёль снова принялся за еду. И не забывал подкладывать самые вкусные кусочки Се Гён. Когда ужин подходил к концу, Му Гёль вытер рот салфеткой и неожиданно встал.

— Я сейчас.

— Ты куда?

— Скоро буду.

Без лишних объяснений Му Гёль вышел из комнаты. Это было на него не похоже. Оставшись одна, Се Гён посмотрела на свою тарелку. Самые вкусные кусочки были собраны именно там.

Му Гёль вернулся, когда тарелка Се Гён была наполовину пуста.

Скрип,

Войдя, Му Гёль посмотрел на тарелку Се Гён.

— Не доела?

Се Гён промокнула губы салфеткой.

— Нет, наелась.

С этими словами уголки губ Му Гёля расплылись в широкой улыбке.

— Тогда пойдем.

Словно куда-то торопясь, Му Гёль стал подгонять Се Гён.

— Что-то случилось?

— Нет.

Посмотрев на часы, Се Гён предложила:

— Тогда давай спустимся в кафе на первом этаже и выпьем чаю.

— Зачем.

— Завтра выходной. Хочется немного полентяйничать.

— Полентяйничаем наверху.

— Наверху?

Му Гёль достал и показал ключ-карту.

— Я снял номер.

Это был ключ от гостиничного номера. Вот зачем он отлучался.