Контент удален!

1 - 62

Радость от того, что лента для волос вернулась, притупила мои сомнения насчёт того, кто же прислал конверт без подписи. Как ни крути, единственным, кто точно знал, что эта лента принадлежит мне, был учитель Трас. Мало ли — вдруг за это время он передумал и всего за день изменил решение? Да, он говорил, что подаст весточку через несколько дней, но почему бы ему, вернувшись к себе и поразмыслив, не поддаться минутной прихоти и не перенести встречу на следующий же вечер?

Мне так не терпелось поскорее взять в руки хотя бы тренировочный меч, что я истолковала это послание без подписи так, как было угодно мне самой. С полуночным ударом колокола служанки расходились по своим каморкам, но именно в этот час надзирательницы принимались обходить корпуса с особым рвением. Они зорко следили, не вздумает ли кто из воспитанниц улизнуть наружу ради тайного свидания.

Впрочем, и на этот случай имелась своя уловка. Достаточно было чуть поканючить перед старшими барышнями — мол, так хочется повидаться с женихом, подскажите, в какой час надзирательницы теряют бдительность, — и в монастыре находились десятки желающих поделиться секретом.

— Хорошо хоть снег подтаял.

— Да ещё не до конца. Каждый год кто-нибудь да поскользнётся и покалечится.

Час, когда две надзирательницы уходили сменять караул, наступал чуть позже полуночи. Я затаилась в тени узкого прохода между жилым корпусом и соседним зданием, выжидая, когда можно будет бесшумно выскользнуть и добежать до каменного изваяния первой настоятельницы. Низко надвинутый капюшон плаща заслонял обзор, поэтому я трижды, а то и четырежды проверила, не идёт ли кто сверху или снизу, и лишь тогда бросилась к статуе.

Дальше всё пошло по вчерашнему порядку: проползти под корнями, перейти по мостику, отворить калитку. Стоило побывать здесь однажды, как место стало казаться почти привычным, а уж с тех пор как выяснилось, что тут похоронены верные гончие, страх перед привидениями и вовсе отступил. Даже если кто и явится с того света, то разве что призрак какого-нибудь щенка. Быть может, я сужу превратно, но мне казалось, что домашняя живность вроде собак или кошек и после смерти не станет вредить человеку. Да и судя по тому, что на могильные холмики клали лакомства, при жизни эти псы наверняка были славными и добрыми.

— Учитель Трас.

Я дошла до места нашей вчерашней встречи, но учителя Траса там ещё не было. В самом деле, в том конверте без подписи ведь не было указано ни времени, ни места. Решив, что наставник просто немного запаздывает, я принялась оглядываться по сторонам. И тут в присмотренной вчера нише возле собачьей могилы блеснул серебристый эфес. Заметить его можно было, лишь зная заранее, куда смотреть; я подошла ближе и крепко ухватилась за рукоять.

С тихим шорохом вытянув меч из-под лозы, я невольно приоткрыла рот. Как и предупреждал учитель, клинок оказался старым и невзрачным. Но главное — теперь он принадлежал мне. Жаль, конечно, что к выпуску его придётся вернуть, однако мне казалось, что к тому времени я и сама смогу расстаться с этим малышом без сожалений.

По лезвию прямой линией скользнул лунный блик. Расслабив кисть, я сделала несколько пробных взмахов. Конечно, украденный боевой меч был куда тоньше работой и богаче, но и этот лёгкий тренировочный клинок лежал в руке совсем неплохо. Учитель тоже обещал взять учебный меч, чтобы мы были на равных, так что простенькое оружие вовсе не сулило плохого поединка.

— Говоришь, сюда?

— Донесли, будто находятся безумцы, которые устраивают свидания даже в такой глуши.

Я как раз беззвучно отрабатывала колющие выпады, целясь в одну точку, но при звуке приближающихся голосов растерялась и застыла на месте. Голоса принадлежали двоим, а вот шагов слышалось куда больше.

В смятении вскинув голову, я различила вдалеке смутные очертания гончих. А ведь на собачьем кладбище даже спрятаться негде! Лихорадочно оглядевшись, я заметила ступени, ведшие к большому соседнему зданию. На всякий случай я стащила с волос красную ленту и сунула её во внутренний карман жакета.

Может, бросить меч и бежать налегке? Нет, оставить его здесь нельзя. Но едва я опрометью кинулась к лестнице, как позади раздался собачий лай.

— Вон там!

— Тут и правда кто-то есть!

Я глубже надвинула капюшон плаща, чтобы не выдать себя, но девичью фигуру всё равно легко отличить от мужской. От топота погони и лая наседавших псов ноги сами собой подгибались от страха. Ещё минуту назад столь желанный меч теперь превратился в тяжкую обузу, но не бросать же улику прямо на пути у преследователей!

— Стоять!

— Эй, ты!

Учитель ведь уверял, что это укромное место, куда не ступает нога человека, так с какой стати сюда нагрянул дозор?! Помогая себе свободной рукой, я карабкалась наверх по ступеням, покрытым тонкой коркой льда. Железная дверь на верхней площадке казалась закрытой, и меня прошиб холодный пот. Здание выглядело совершенно нежилым.

Упёршись ногой в косяк, я изо всех сил потянула на себя тяжёлую железную створку. Из непроглядной темноты пахнуло слежавшейся вековой пылью. Вглубь уходил коридор, но внутри не ощущалось ни малейших признаков жизни.

— Туда нельзя!..

Толпившиеся у подножия лестницы стражники с собаками не оставили мне времени на раздумья. Я нырнула за дверь и что есть духу помчалась по прямому как стрела коридору. Уличный туман вряд ли мог проникнуть сквозь стены, но и внутри стояла какая-то белёсая дымка. Несмотря на прохладу, от бешеного бега с меня градом катил пот. Когда я, задыхаясь, наконец остановилась перевести дух, сквозь узкое окошко в кромешную тьму коридора упал луч лунного света — словно решил подсказать, куда меня занесло.

Прищурившись, я вгляделась в табличку над дверью. Коридор скупо освещало лишь крохотное оконце, поэтому в полумраке удалось разобрать только первые слова:

— Старый корпус… учебный зал.

Говорили, что Академия гораздо больше монастыря и самые обветшавшие постройки здесь давно причислили к старому корпусу и перестали использовать. Значит, могилы гончих располагались как раз позади старого учебного корпуса. Обычно люди и впрямь обходили такие места стороной, но сегодня мне чертовски не везло, и выбора не оставалось — пришлось искать убежища здесь.

В поисках другого выхода я наугад побежала дальше по коридору, как вдруг вдалеке лязгнула входная дверь. И, словно подтверждая, что мне не послышалось, под сводами гулко раскатился собачий лай.

Разве собьёшь со следа ищейку, которая мёртвой хваткой вцепляется в добычу? Понимая, что по коридору от погони не уйти, я юркнула в незапертую дверь учебного зала. Торопливо сбросила плащ, затолкала его под стол и распахнула окно. Внизу никого не было видно. Да и стена оказалась вполне подходящей для спуска: то тут, то там из кладки выступали крупные кирпичи, за которые можно было ухватиться, а двумя этажами ниже тянулся карниз с каменными перилами. Если добраться до него, оттуда наверняка найдётся путь наружу.

Судя по высоте, я находилась на уровне четвёртого этажа. Без плаща ледяной ветер пробирал так, что ломило передние зубы.

— На такое способна только полоумная…

Крепко привязав меч к поясу красной лентой, я перелезла через подоконник, нащупала ногой выступающий кирпич и осторожно скользнула ниже, переведя дух. Но стоило мне потянуться носком к следующему выступу, как я совершила роковую ошибку — взглянула вниз. С приоткрытых губ сорвался жалобный всхлип.

— Ох, чёрт.

Добраться до балюстрады второго этажа, оттуда перебраться на первый и вернуться к могилам гончих. Повторяя про себя этот хитроумный план как заклинание, я с трудом перебиралась с одного кирпича на другой.

Когда носки туфель наконец коснулись ограждения второго этажа, из груди вырвался вздох облегчения. Осторожно отпустив стену затёкшими руками, я перемахнула через перила на каменный настил. Под ногами наконец-то была твёрдая опора. Почувствовав, что снова могу дышать полной грудью, я без сил распласталась на плитах.

Впрочем, долго отлёживаться было некогда. Понимая, что дорога каждая секунда, я поднялась, отворила окно и перелезла внутрь. Комната походила на кладовую: повсюду громоздились ненужные столы и деревянные чучела для фехтования, в темноте пугающе смахивавшие на застывших людей — того и гляди душа уйдёт в пятки.

Взяв себя в руки, я пробралась сквозь это море столов и приоткрыла дверь кладовой. Тишина за порогом показалась мне подозрительной, и я осторожно высунула в коридор только голову.

Нужно было поскорее выбираться отсюда, но что, если чуткие гончие уже взяли след и рыщут на втором этаже? Осторожно шагнув за порог, я оказалась в коридоре, который, в отличие от мрачного четвёртого этажа, был ярко залит голубоватым лунным светом, лившимся сквозь огромные окна.

И в этом холодном сиянии отчётливо раздались тяжёлые шаги. Преследователь был уже совсем рядом. Шаги приближались уверенно и неотвратимо — прямо туда, где я стояла. Дрожащими пальцами я развязала ленту на поясе и, прижав меч к груди, приготовилась развернуться и броситься наутёк.

Но не успела я сделать и нескольких шагов, как чья-то рука резко перехватила меня за предплечье, толкнула к стене и прижала к камню. Теперь мне до конца дней придётся проклинать свою злосчастную судьбу. Как ещё прикажете понимать появление восемнадцатилетней девицы с заплетённой косой, в монастырском платье да с мечом в руках? И монастырь, и Академия встанут на уши. Меня обвинят в краже учебного клинка, тайных поединках с воспитанником Академии и самовольном проникновении в закрытый корпус — за такие грехи мало не покажется.

Удерживая меня спиной к стене, мужчина медленно провёл ладонью вниз по моему предплечью. Но в тот миг, когда он перехватил моё сжимавшее меч запястье и завёл его вверх, я почувствовала что-то странное.

Я медленно разомкнула зажмуренные веки. Вместо чёрного мундира стражника перед глазами оказалась обнажённая кожа и широкая мужская грудь. Только теперь я поняла, откуда доносился тихий стук капель: это вода, стекавшая по его шее, груди и полотенцу, глухо падала на пол. Судя по виду, он мылся и выскочил сюда в чём был. Правильные, точёные черты лица, разрез глаз и линия носа показались до боли знакомыми.

Да что там знакомыми — я знала этого человека слишком хорошо.

— Ты…

Оказывается, от крайнего потрясения человек и впрямь теряет дар речи. За сегодняшнюю ночь я узнала о себе немало нового. Я бегаю быстрее, чем думала, отчаянно трушу и до смерти боюсь высоты. Меня страшит темнота, а от одного лишь лая гончих, готовых в любой миг выскочить из мрака, на глаза наворачиваются слёзы. Вряд ли после сегодняшнего я когда-нибудь смогу без оглядки полюбить охотничьих псов.

— Саробан, как ты здесь оказался?

И ещё одно открытие: когда меня застают врасплох, я зову его по имени. Его обнажённая грудь тяжело вздымалась и опадала — должно быть, он бросил мытьё на полпути и сломя голову примчался сюда.

Стоявший передо мной Саробан Рейгро был совершенно живым и настоящим.

1 Первый пролог 29.10.26
2 Второй пролог 29.10.26
1 - 3 29.10.26
1 - 4 29.10.26
1 - 5 29.10.26
1 - 6 29.10.26
1 - 7 29.10.26
1 - 8 29.10.26
1 - 9 29.10.26
1 - 10 29.10.26
1 - 11 29.10.26
1 - 12 29.10.26
1 - 13 29.10.26
1 - 14 29.10.26
1 - 15 29.10.26
1 - 16 29.10.26
1 - 17 29.10.26
1 - 18 29.10.26
1 - 19 29.10.26
1 - 20 29.10.26
1 - 21 29.10.26
1 - 22 29.10.26
1 - 23 30.10.26
1 - 24 30.10.26
1 - 25 30.10.26
1 - 26 30.10.26
1 - 27 30.10.26
1 - 28 30.10.26
1 - 29 30.10.26
1 - 30 30.10.26
1 - 31 30.10.26
1 - 32 30.10.26
1 - 33 30.10.26
1 - 34 30.10.26
1 - 35 30.10.26
1 - 36 30.10.26
1 - 37 30.10.26
1 - 38 30.10.26
1 - 39 30.10.26
1 - 40 30.10.26
1 - 41 30.10.26
1 - 42 30.10.26
1 - 43 30.10.26
1 - 44 30.10.26
1 - 45 30.10.26
1 - 46 30.10.26
1 - 47 30.10.26
1 - 48 30.10.26
1 - 49 30.10.26
1 - 50 30.10.26
1 - 51 30.10.26
1 - 52 30.10.26
1 - 53 31.10.26
1 - 54 31.10.26
1 - 55 31.10.26
1 - 56 31.10.26
1 - 57 31.10.26
1 - 58 31.10.26
1 - 59 31.10.26
1 - 60 31.10.26
1 - 61 31.10.26
1 - 62 31.10.26
1 - 63 31.10.26
1 - 64 31.10.26
1 - 65 31.10.26
1 - 66 31.10.26
1 - 67 31.10.26
1 - 68 31.10.26
1 - 69 31.10.26
1 - 70 31.10.26
1 - 71 31.10.26
1 - 72 31.10.26