— Ура-а-а! Супер Сильный Меч вернулся!..
Глядя на Шарлотту, мы с Джейкобом были потрясены. Она ликовала, прыгая на месте, буквально подлетая в воздух.
Всего мгновение назад он излучал таинственный чисто-белый свет, настоящий священный меч, каким и должен был быть.
Но стали свидетелями того, как он превращается в невыразимо отвратительный демонический клинок, едва коснувшись руки Шарлотты — и во второй раз, между прочим.
«У Шарлотты что, в руках какая-то тёмная энергия?..»
Шарлотта радовалась, что Супер Сильный Меч вернулся в своё изначальное состояние.
Но моим глазам это виделось так, будто Супер Сильный Меч становился злым и кричал в агонии.
Я поймал себя на размышлениях об этическом и фундаментальном вопросе: действительно ли правильно отдавать его Шарлотте.
— Чем дольше я на это смотрю, тем более зловещей становится его аура… Действительно ли можно оставить всё как есть, Господин?
— Выглядит круто, так почему бы и нет?
— А... ааа. Не поспоришь.
[Злой Бог Кали на все сто согласна, что крутизна — это дело первостепенной важности.]
Если это выглядело круто, то, полагаю, такие заботы не имели значения.
Возможно, Супер Сильному Мечу больше нравилось, когда им владеет Шарлотта, источая зловещую, но стильную фиолетовую ауру, чем красоваться в своей чисто-белой форме в руках блондинки-рыцаря, благословлённой богами.
Это была беспроигрышная ситуация для обеих сторон.
«Вообще-то, если бы я только мог стать Супер Сильным Мечом…»
Внезапно моё воображение забрело на запретную территорию, и я содрогнулся.
Что, если бы я стал Супер Сильным Мечом?
Тогда я мог бы каждый день висеть на поясе у Шарлотты, а когда наступало время тренировок, меня бы крепко сжимали её потные руки.
Задумавшись об этом, я так сильно позавидовал Супер Сильному Мечу, что у меня аж заболел живот.
«Успокойся… Я цивилизованный человек с интеллектом…»
Есть и другие вещи, которым можно завидовать.
Подумать только, я дошел до зависти неодушевлённому предмету…
Если уж на то пошло, разве я не должен был сначала позавидовать Грязнулику, который мог смотреть на Шарлотту и Джулию с ещё более низкого ракурса?
Мне удалось обрести самообладание, только сделав глубокий вдох.
— Тогда я, пожалуй, пойду, Господин.
— Ах, Джейкоб. Раз уж ты здесь, давай подпишем контракт, прежде чем ты уйдёшь.
— К-контракт, говорите?...
Когда я упомянул контракт, голос Джейкоба задрожал, а зрачки забегали.
Любой бы подумал, что я связываю его контрактами и заставляю работать на убийственных условиях.
Какое преувеличение…
— Разве мы не договаривались? Что изменим соотношение распределения прибыли с 6:4 на 7:3 через определённое время.
— В-вы правда меняете? Это действительно было обещание, а не просто сказано вскользь?..
— За кого ты меня принимаешь? Я человек, который всегда держит слово. Когда мы впервые заключали контракт, я установил долю немного ниже, потому что не был уверен в твоих навыках. Но теперь, когда ты доказал себя и стал главным вкладчиком в экспорт графства Вермонт, разве ты не должен получать обращение, соответствующее этому статусу?
— Г-господин! Это правда? Спасибо! Огромное спасибо!..
Джейкоб распростёрся ниц и плакал от благодарности.
Даже после того, как я принёс контракт и изменил соотношение распределения прибыли, Джейкоб всё кланялся и кланялся в знак благодарности, прежде чем покинуть поместье.
Глядя на удаляющуюся фигуру Джейкоба, я не мог сдержать смешка.
— Кхе-кхе-кхе. Я держал рот на замке девять месяцев, прежде чем наконец изменить это, а он меня благодарит.
[Злой Бог Кали в глубоком восхищении ахает от твоего злобного образа мыслей!]
Это было изменение распределения прибыли, которое я уже обещал сделать.
Я сказал, что изменю это «скоро», но протянул целых девять месяцев, прежде чем наконец сделать это.
Сумма, которую я заработал на этой разнице в 10 процентов за это время, должно быть, огромна.
Джейкоб даже не понял, что его одурачили, и вместо этого проливал слёзы благодарности ко мне.
— Джейкоб, наверное, не знает, что соотношение 7:3 тоже довольно несправедливо. Может, снова понижу долю примерно через год.
[Злой Бог Кали аплодирует твоим гениальным планам, признаваясь, что не продумала всё так далеко!]
По правде говоря, поскольку я не делал никаких дополнительных вложений, кроме первоначального оборудования для кузницы, даже соотношение 7:3 довольно несправедливо.
На этом этапе более уместным было бы 8:2 или 9:1.
Конечно, я планирую снова помолчать и скорректировать соотношение примерно через год.
Джейкоб, вероятно, снова прольёт слёзы благодарности... Так и не представляя, сколько он всё это время терял.
— Кхе-кхе-кхе…
[Злой Бог Кали смеётся вместе с тобой без особой причины.]
Теперь Джейкоб даже не подумает покинуть графство Вермонт, связанный материалами и оборудованием, которые я предоставляю.
По сути, он ничем не отличается от раба.
Хотя, конечно, сам он понятия не имеет…
Мысль о том, чтобы продолжать эксплуатировать Джейкоба без его ведома, заставила меня невольно рассмеяться.
***
— У-у-у-ух. Как тепло…
— …
Джулия сидела перед потрескивающим камином, наслаждаясь его теплом.
Хотя она просто сидела у огня, её выражение лица было полно счастья.
«Что ж, выжить зимой, должно быть, было большим испытанием в приюте.»
Приют, где жили Шарлотта и Джулия, был не просто бедным, а находился в ужасающем состоянии.
Они заставляли детей собирать дрова на день.
Они даже использовали пожертвованные книги как топливо.
Особняк, где даже в мороз было уютно и тепло, выглядел настоящим раем.
«Зима явно наступила.»
С наступлением декабря прохладная погода постепенно становилась всё суровее.
Вид запотевших окон делал приход зимы осязаемым.
Ещё одна вещь, делавшая её заметной — я могу подолгу оставаться на улице без жжения кожи.
Летом прямые солнечные лучи мешали подолгу находиться на улице.
Но в последнее время я мог бродить весь день без зонта, и моя нежная кожа не раздражалась.
«Скоро у Юри начнутся каникулы.»
Конец декабря означает, что второй семестр в Императорской Магической Академии подходит к концу.
Тогда у Юри снова будут длинные каникулы.
Может, стоит снова пригласить её в поместье.
Возможно, теперь моё приглашение как Аслана Вермонта сработает без необходимости использовать приказы Мистера Блэка.
— Ах! Снег идёт! Аслан, Аслан! Посмотри в окно! Снег идёт!.. Мистер!
— Да, я тоже вижу.
Как раз в этот момент за окном начали появляться, одна за другой, падающие с неба снежинки.
Джулия, заметившая это с опозданием, потянула меня за рукав и указала наружу.
Первый снег, который я вижу с момента попадания в этот мир.
Первый снег с тех пор, как привёл детей в поместье.
Это ощущалось по-особенному.
— Хочешь выйти поиграть?
— Хм? Нет? Зачем выходить на холод? Тёплое помещение — самое лучшее... Мистер
— …
Я приготовился провести день, валяясь в снегу, кидаясь снежками и кувыркаясь с детьми.
Но Джулия, которая только что звучала взволнованно, быстро успокоилась и устроилась обратно перед камином.
Я был так озадачен, что не знал, что сказать.
— Я выйду ненадолго.
— Хорошо.. Мистер.
— …
Я отложил ручку и вышел из кабинета тяжёлыми, вялыми шагами.
Дело было не в том, что я был взволнован, увидев здесь первый снег.
И это определённо был не тот случай, что я с нетерпением ждал возможности посмеяться и поиграть с Джулией.
Но почему-то я почувствовал пустоту в уголке своего сердца.
«Интересно, бегает ли прямо сейчас Шарлотта по снегу в восторге?»
Как раз когда я собирался выйти на поиски Шарлотты, я вспомнил, что сегодня она на тренировочной площадке.
Вздох вырвался сам собой.
Она не вернётся до заката…
Казалось, поиграть в снегу сегодня не получится.
Я надеялся, что снег накопится за ночь, не растаяв.
Это точно не потому, что я был взволнован первым снегом и не потому, что хотел поиграть с девочками.
Я просто хотел создать воспоминания для Шарлотты, которая не могла сдержать волнения, «неохотно» подыгрывая ей.
Я вернулся в кабинет, оставив свои последние мысли.
Когда я открыл дверь, я увидел Джулию, сидящую перед камином в той же позе, как и когда я уходил.
Я устало вошёл и сел за свой стол.
Но перьевой ручки, которую я только что положил, нигде не было видно.
— Ах! Если вы ищете ручку, она здесь!.. Мистер!
— ?..
Джулия подбежала и протянула мне ручку.
Стоило мне взять её в руки, как я ощутил исходящее от неё тепло.
Как странно.
Учитывая материал этой ручки, она должна была быстро остыть?..
— Почему она тёплая?
— А, это. Я боялась, что она остынет, поэтому держала её между бёдер... Мистер...
— …
И когда я услышал ответ Джулии, мой мыслительный процесс застыл.
Где, она сказала, держала её?
Мой взгляд сфокусировался на ручке, и рука, держащая её, начала дрожать.
