— Ну что, теперь тебе всё понятно?
Когда священник средних лет закончил свои объяснения, Айден молча кивнул.
«...»
Если резюмировать то, что он только что услышал... Святая этой церкви исцелила его кибер-зависимость с помощью какого-то чуда.
«Что за...»
Он хотел возразить, что это бред, но на инстинктивном уровне понимал — это не ложь.
В конце концов, это было состояние его собственного тела. Было бы абсурдно не замечать перемен.
То ужасное чувство диссонанса, которое началось, когда его киберимпланты впервые соединили с нервной системой.
Неприятный серый шум, без конца терзавший его разум.
Даже головные боли, которые не проходили, несмотря на использование вызывающих привыкание обезболивающих... всё это теперь исчезло без следа.
«Это сон?..»
Как давно он чувствовал подобное умиротворение? Это было воистину чудесно. Если бы он не пережил этого сам.... нет, даже переживая это прямо сейчас, в это всё равно было трудно поверить. Айден всё ещё пребывал в растерянности.
«Погоди-ка.»
Вдруг в уголке души поднялось холодное беспокойство.
Почему такая невероятная возможность была дана именно ему? И какова будет цена за это?
Страх начал охватывать его.
Видя выражение лица Айдена, священник средних лет расхохотался.
— Что? Боишься, что церковь использует это как рычаг, чтобы посадить тебя на поводок и до конца жизни заставить работать как раб?
Он говорил игривым тоном, но его глаза оставались серьёзными.
— Не волнуйся. Дар твоей новой жизни исходит от чистого желания Святой помочь людям в отчаянных ситуациях. Церковь не будет тебя ни к чему принуждать.
Айден сухо сглотнул.
— Тогда... что это за три выбора, о которых вы упомянули ранее?
— Ну, это варианты для таких наёмников отбросов, как ты, кого привели в этот собор с симптомами киберпсихоза, касательно того, как ты будешь жить дальше. Решение, конечно, за тобой.
Священник поднял первый палец.
— Первое: ты уходишь из наёмничества и уходишь на покой. Благодать, ниспосланная тебе, остановила прогрессирование болезни. Ты сможешь жить нормально, без подавителей. Это золотая возможность сойти с лезвия ножа, на котором ты балансировал из-за глупых решений в прошлом.
Это было то, на что надеялся Айден... то, о чём он мечтал.
Но теперь, когда эта возможность действительно появилась, он был ошеломлён.
Это было слишком внезапно и слишком... нереально.
Пока Айден пребывал в растерянности, священник продолжал, не обращая внимания.
— Второе: ты продолжаешь работать наёмником, как раньше. Раз твоё тело вернулось в норму, ты мог бы выжать из него ещё немного, если захочешь. Но помни вот что: даже если чудо исцелило твоё сломанное тело, если ты снова выпьешь яд, результат будет тем же.
В его голосе звучало холодное предупреждение.
— Эти импланты, которыми облеплено всё твоё тело... именно такой яд. Для повседневной жизни проблем не будет, но если ты продолжишь участвовать в интенсивных боях, как раньше, симптомы вернутся. Если ты бездумно повторишь те же действия и спровоцируешь вторую вспышку киберпсихоза... тогда тебе никто не поможет. Для идиота, повторяющего одну и ту же ошибку, второго спасения не будет.
Это последнее заявление прозвучало особенно зловеще.
Тело, гниющее от иммунного отторжения. Неудержимая ярость, пожирающая чувство собственного «я».
Это были адские муки. Опыт, который он никогда не хотел бы пережить снова.
В этом смысле, пожалуй, самым мудрым ответом было бы немедленно завязать с наёмничеством.
Он должен был быть благодарен уже за то, что ему спасли жизнь.
Но что-то в уголке его сознания не отпускало, мешая заговорить.
Это была недосказанная часть речи священника.
— ...Тогда какой последний вариант? Вы же сказали, что есть три выбора?
Отчаянный вопрос вырвался сам собой.
Священник слегка подался вперёд, оторвавшись от спинки кресла, и многозначительно улыбнулся.
— Это было бы...
***
«...»
Молодой человек, стоящий перед зеркалом, неловко поправил на себе одежду.
Чёрная священническая ряса. Всё ещё непривычная, но почему-то казалось, что она ему идёт.
Айден в последний раз оглядел себя в зеркале, пригладил складки и вышел из своей комнаты.
— Доброго дня, святой отец!
— С добрым утром~
Когда он шёл по улице, жители узнавали его и радостно приветствовали.
Айден неловко улыбался в ответ, принимая их приветствия.
«Святой отец, значит.»
Всё ещё было странно слышать такое обращение. За всю свою жизнь он никогда не задумывался о религии. А теперь его называют священником. Что ж, это заставляло задуматься о том, как непредсказуема жизнь.
Причина, по которой Айден разгуливал по улицам в этом облачении, крылась в последнем предложении того священника средних лет.
«Последний вариант — стать стражем, как я.»
Это означало остаться при соборе в качестве части церкви, поддерживая безопасность в приходе — своего рода трудовой договор.
Конечно, его не принуждали к односторонней службе. Он получал от церкви надлежащее вознаграждение. Хотя это было меньше половины того, что он зарабатывал наёмником.
Однако, как ни удивительно, реальная прибыль, которая оставалась у него, была намного выше, чем во времена наёмничества.
Ему больше не нужно было тратить огромные суммы на дорогие иммунодепрессанты, настройку нестабильного программного обеспечения или ремонт повреждённых киберимплантов.
Но что действительно заставило его почувствовать перемену, так это не деньги.
Это были взгляды людей. Раньше стоило ему просто пройти по улице, как все шарахались в страхе. Пугающие киберимпланты наёмника из трущоб естественным образом внушали ужас.
Но всё изменилось, как только он надел чёрную рясу. Теперь взгляды, обращённые к нему, превратились в привязанность и доверие. Он даже встречал доброту, которая согревала сердце.
Удовлетворение от защиты других, а не от вреда им. Поддержка окружающих, о которой он раньше не мог и мечтать, казалась ценнее всех денег, заработанных наёмником.
«...»
Погружённый в эти мысли, он вдруг оказался во дворе церкви.
Как раз в этот момент он столкнулся со знакомым священником средних лет, проходившим мимо. Мужчина узнал Айдена первым и радостно помахал рукой в знак приветствия.
— Эй, стажёр. Как поживаешь?
Айден слегка склонил голову в ответ.
— Артур, давно не виделись.
Это был тот самый священник средних лет, который помогал Айдену в различных вещах, когда он вступил в церковь.
Как Айден узнал позже, его звали Артур.
Поболтав о том о сём какое-то время, Айден вдруг спросил:
— Кстати, разве ты обычно не служишь в другой церкви, Артур? Что привело тебя сюда сегодня?
— Ну, у меня в ходе регулярной проверки уровень иммунных гормонов оказался слегка повышен. Благодаря этому у меня есть шанс снова увидеть Святую.
При этой неожиданной информации в голове Айдена вспыхнуло воспоминание.
Это было то, что он слышал, когда заключал контракт с церковью.
«Если Страж, работающий на церковь, получит ранение во время миссии или проявит ранние симптомы киберпсихоза, сама Святая исцелит их с помощью чуда...»
Это была одна из главных причин, по которой наёмники, пережившие киберпсихоз, оставались верны церкви.
«Святая...»
При мысли об этом имени глаза Айдена слегка дрогнули, чего он сам не осознавал. Артур не упустил эту тонкую перемену и с хитрой улыбкой начал допытываться.
— Может, наш новый священник интересуется ей?
Айден на мгновение смутился и отвёл взгляд.
Он не мог признаться в этом, но его выражение лица уже всё сказало.
Честно говоря, любой бы чувствовал то же самое. Если тот, кто вывел тебя из мучительного ада, оказался не только невероятно красивым, но и с добрыми руками и мягким сердцем, неудивительно, что человек мог быть пленён ею.
Для мужчины, особенно в расцвете сил, это может быть даже естественно.
«Даже если она та, о ком я и мечтать не смею....»
Если представится случай, он хотел бы как следует поблагодарить её снова.
Словно читая мысли Айдена насквозь, священник средних лет усмехнулся.
— Послушай, Айден. Думаешь, ты единственный в этой церкви, кто удостоился благодати Святой? Если бы она принимала каждый жест благодарности, у неё не было бы ни минуты свободной.
Однако он не забыл оставить тонкий намёк.
— Хотя, есть шанс служить рядом с ней.
— Что?
Уши Айдена навострились.
— Я слышал слухи, что самых преданных и выдающихся стражей отбирают для чего-то особенного. Их называют... Спасёнными.
Артур ненадолго поднял глаза к небу, подбирая слова.
— Если бы тебя выбрали для этого... ты мог бы служить Святой вблизи.
С этими словами сердце Айдена бешено забилось.
Ему показалось, что перед его ранее смутным взором наконец появилась чёткая цель.
«Если я буду стараться... смогу ли я снова увидеть её вблизи?»
***
— Эту Святую... мне бы очень хотелось как-нибудь увидеть её лицо.
На верхнем этаже одного из трёх пятизвёздочных отелей в пригороде.
В огромном банкетном зале, площадью с целыц этаж, стоял лишь один большой круглый стол.
Стол ломился от роскошных на вид десертов и редких свежих фруктов, но они оставались нетронутыми, лишь сверкая, как украшения. Здесь собрались только те, кто мог позволить себе такую роскошь.
— Святую?
Мужчина лет сорока, который лениво покачивал бокал с вином, пробормотал, и сидящая напротив него соблазнительная женщина ответила.
Элегантно играя длинными тонкими пальцами с вишенкой на столе, она продолжила разговор.
— Я слышала, председатель. Там какая-то... религиозная группа? Появилась в районе Тринадцатой улицы и поднимает шум? Внезапно обрела немало последователей.
Другой человек, который молча созерцал ночной вид за окном, тихо пробормотал. Это был остроглазый китаец в современном красном чанпао.
— Пять скверн эпохи зла. Конец времён, воистину конец времён.
Его тихий голос звучал с горьким цинизмом, отражая мрачные мысли о состоянии мира.
Роскошный банкетный зал, где присутствовали только эти трое, казался полностью изолированным от суеты внешнего мира.
На некоторое время воцарилась лёгкая тишина, когда каждый, казалось, приводил в порядок свои мысли.
Затем первой заговорила соблазнительная женщина.
— И всё же, у них наверняка что-то есть? Я слышала, из-за них исчезли все окрестные организации.
Мужчина средних лет ответил на её слова.
— Ты про этих бандитов?
Он фыркнул.
— Просто юнцы, едва контролирующие один квартал трущоб и строящие из себя крутых.
— Ну, это правда, не так ли?
Соблазнительная женщина согласилась.
— Мы оставили их в покое, потому что они не доставляли особых хлопот, но то, что их теперь аккуратно прибрали, тоже неплохо.
Она спокойно беседовала, занимаясь маникюром.
Никто из них не воспринимал тему разговора всерьёз. Для собравшихся здесь исчезновение пары уличных банд было всего лишь проходящей сплетней.
Они были существами, обладающими властью, капиталом, устоявшимися территориями и традициями, насчитывающими десятилетия.
Их нельзя было даже сравнивать с уличными головорезами, которые напрямую вымогали деньги у жителей и строили из себя важных персон.
Практически все по-настоящему прибыльные предприятия, организации и ключевые кадры были в их руках.
На протяжении десятилетий они фактически правили пригородными районами, находящимися в тени города.
Люди называли их Мафией.