Изнутри закусочной сквозь открытое окно доносились приглушённые звуки.
Вдалеке слышался оживлённый гул множества собравшихся и разговаривающих людей.
Необычайно оживлённая атмосфера для этого закоулка, который до сих пор был тихим и безмятежным.
Один из посетителей, сидевших внутри закусочной, выглянул в окно и заметил:
— Этот шум идёт от церкви? Должно быть, она совсем рядом.
Хозяйка закусочной, Мэй, поставила заказанную еду на стол и ответила с безразличным видом:
— Да. Они там последние несколько дней работают, готовят какой-то праздник или вроде того.
Мужчина разломил свои деревянные палочки для еды и спросил её:
— Правда? А вы сами когда-нибудь заходили в ту церковь?
— Мне зарабатывать на жизнь надо, некогда ерундой заниматься.
Ответила она, даже не взглянув на него, и принялась вытирать соседний столик тряпкой.
Хотя её ответ был пренебрежительным, мужчина всё ещё казался заинтересованным.
— Но в последнее время тут ходит один интересный слух. Какая-то странная религиозная группа раздаёт людям бесплатную еду и предметы первой необходимости. А если заболеешь, они даже лечат?
— Ха, как же.
Фыркнула Мэй.
— Просто отчаявшиеся люди ведутся на несколько подачек в виде хлеба. В этом мире ничего не бывает бесплатно.
Как можно было видеть, она была мелкой предпринимательницей со своим заведением. Она могла, по крайней мере, прокормить себя собственным трудом и поэтому не поддавалась на уловки внезапно появившихся религиозных групп, раздающих подачки.
Она слегка нахмурилась, взглянув в окно, и отрезала:
— И потом, кто вообще в наши дни вспоминает о богах?
В эте времена религиозные группы были лишь сектами, и их истинные цели были всем очевидны.
Так что те, у кого было что терять, пусть и немного, не спешили открывать свои сердца новоявленным религиозным группам.
Особенно такие самозанятые люди, как Мэй, ведущие свой небольшой бизнес, не проявляли никакого интереса к разговорам о богах. Какими бы благотворительными делами они ни занимались, это не привлекало тех, кто уже прочно обосновался здесь.
Посетитель согласно кивнул:
— Это верно. В конце концов, они просто вытянут из тебя деньги.
— Ну, по крайней мере, они не создают лишнего шума. Вон через дорогу есть лавка с церковной эмблемой, так они тихо занимаются своими делами. Никому не мешают, так что я особо и не обращаю на них внимания.
Мэй объяснила, что большинство владельцев магазинов в округе просто наблюдают за недавно открывшейся церковью с безразличием.
На этом обсуждение религиозной группы закончилось. Их разговор быстро перешёл на другую тему.
— Кстати, почему-то эти головорезы в этом месяце не приходили собирать деньги за крышу.
— Правда? Эти ублюдки могут забыть о чём угодно, но только не о дне сбора.
— Не знаю. Мне же лучше, если они не берут. Благодаря этому я могу оплачивать больничные счета сына без задержек.
— Хм, повезло тебе. А с меня в прошлом месяце на Десятой улице вытрясли три тысячи кредитов за крышу. Я умолял их, потому что надо было платить за аренду, но они всё равно забрали всё. Уроды. Чем больше я работаю, тем больше теряю из-за них.
Мужчина тяжело вздохнул. В его словах слышались глубокая обречённость и гнев.
Эти бандиты в каждом районе были самой большой головной болью и практически врагами общества для мелких бизнесов. Они каждый месяц без пропусков собирали огромные суммы за «крышу», но, когда возникали проблемы, на самом деле никого никогда не защищали.
Но в месте, где даже полиция не выполняла свою работу как следует, мелкие предприниматели не могли напрямую конфликтовать с преступными группировками. Так что обитатели закоулков мирились с ужасным обращением, смирившись с судьбой, и могли только молча презирать и ненавидеть их.
Мэй прикрыла окно чуть плотнее, словно её раздражал проникающий снаружи шум, и тихо сказала:
— Как бы там ни было, надеюсь, этот мусор не появится здесь как можно дольше.
***
Внутри клуба, наполненного густым сигаретным дымом.
Под тусклым светом мужчина, утонувший в глубоком диване, затянулся сигаретой, а затем выпустил длинную струю дыма.
— Фу-ух~
Грубое лицо мужчины на мгновение расслабилось.
Как раз в этот момент подчинённый осторожными шагами приблизился и прошептал ему что-то на ухо.
— Шеф, есть кое-что для доклада...
Мужчина с раздражением затушил сигарету в пепельнице и спросил:
— Что там, в такой час?
Вскоре от информации, принесённой подчинённым, глаза мужчины дёрнулись.
— Что? Семья Рикардо исчезла?
— Да, все парни с их территории со вчерашнего дня как сквозь землю провалились. Их офис пуст, на звонки не отвечают.
Он слегка приподнял верхнюю часть тела, отрываясь от дивана.
— В чём причина? Эти ребята до недавнего времени вкладывали много сил в Двенадцатую улицу. Почему вдруг бросили свою территорию?
— Этого... мы пока не выяснили.
— Тогда кто теперь занял их территорию? Команда Чёрной Мамбы? Или Ночной Клык?
Подчинённый сделал многозначительное лицо и понизил голос ещё больше.
— Ну, по странным слухам... все существовавшие организации бесследно исчезли. Осталась только какая-то чокнутая секта под названием Церковь Сияния.
— Секта?
Мужчина недоверчиво фыркнул.
— Что за чушь. Как какая-то секта могла захватить целую территорию?
Дни, когда корпоративизированные религиозные группы обладали политической властью, остались в прошлом веке. Сегодняшние секты были не более чем мошенниками и торговцами змеиным маслом, как по масштабам, так и по делам.
Вот почему мужчина не мог поверить в доклад своего подчинённого.
— Должно быть, ребята Рикардо и прочие уёбки перебили друг друга в каком-то конфликте. А в образовавшуюся пустоту и втиснулись эти никому не известные выскочки.
Мужчина скривил губы в самодовольной усмешке.
— Это подарок судьбы, не так ли?
Мужчина быстро зашевелил мозгами. В конце концов, конфликты между преступными группировками в основном сводились к тому, сколько денег за крышу они смогут вытрясти из того или иного района.
И сейчас владелец той обширной территории на Двенадцатой линии, которую раньше занимала Семья Рикардо, исчез?
Это была золотая возможность быстро расширить своё влияние.
— Срочно собирай ребят!
Мужчина вскочил с дивана и заорал.
В его глазах, похожих на полумесяцы, зажегся жадный огонек.
— Выходим. Пока другие ублюдки не учуяли запах, мы первыми воткнём свой флаг.
***
Мэй дрожащими руками поспешно закрыла окно закусочной.
— Почему, почему они вдруг это делают?!
Закрыв и заперев ставни, она, тяжело дыша, перевернула табличку на двери заведения.
С «Открыто» на «Закрыто».
Трясущимися руками она погасила весь свет в магазине, и сразу же опустилась темнота.
«...»
Затаив дыхание, она осторожно выглянула в щель окна.
Сцена через дорогу была сущим адом.
Бах! Дзынь!
Появившиеся неизвестно откуда бандиты заполнили улицу грохотом своих погромов и криками жертв.
Бах! Когда разбилось стекло соседнего магазина, Мэй так испугалась, что инстинктивно зажала рот рукой.
— Хи!..
На улице появились зловещие фигуры с телами, изуродованными киберимплантами.
Они крушили имущество магазинов и без разбора нападали на людей.
— Старик, гони бабки!
— Аааааа!
Под тусклым светом уличных фонарей она смутно увидела тёмно-красную кровь, брызжущую на землю.
Это было ужасающее зрелище. И всё же никто не мог их остановить. Все знали, что вызывать полицию бесполезно. Если они вообще приедут, то лишь не спеша осмотрят место происшествия, когда всё уже закончится.
В закоулках это было обычным делом. Бессильные страдали от всяческих зверств и были попираемы по чьей-либо прихоти. Но они не могли сбежать. Жизнь слабых везде одинакова. Отчаяние и беспомощность тяжело давили на сердце Мэй.
Посреди всего этого Мэй узнала татуировку в виде змеи, выбитую на предплечьях бандитов.
Её сердце упало.
«Эта метка... это банда Гадюк. Почему они зашли так далеко?»
Она слышала о печально известной банде Гадюк, базирующейся на Десятой улице. Ходили слухи, что они безжалостно выколачивали деньги под видом платы за крышу, а когда решали, что выжимать больше нечего, насильно создавали должников и продавали людей. Истинные отбросы общества.
Естественно сталкиваясь с такими зловещими слухами во время ведения бизнеса в закоулках, Мэй обнаружила, что её неудержимо трясёт.
В этот момент из маленькой комнатки внутри магазина донёсся встревоженный, всхлипывающий голос её сына.
— Мам, что случилось?
Мэй почувствовала, как сердце ушло в пятки, и сглотнула.
— Тсссс! Иди внутрь, быстрее!..
Мэй зашептала и затолкала сына в маленькую комнатку. Намеренно игнорируя тревогу в округлившихся глазах ребёнка, она дрожащими руками слегка прикрыла дверь.
И как только она перевела взгляд обратно на щель в окне:
— Хи!..
Мэй невольно подавила короткий вздох. Она была уверена, что только что встретилась взглядом с одним из бандитов через дорогу. Она надеялась, что это ей показалось, но она ясно видела, как мужчина толкнул локтем своих приятелей и указал в сторону её магазина.
Они приближались к её заведению.
— Неееет!..
Сердце заколотилось так, словно готово было выскочить. Для этих свирепых головорезов выбить дверь было проще пареной репы. Но она не знала, как реагировать.
С затуманенным сознанием она могла только смотреть на приближающиеся тёмные фигуры, дрожа от страха.
БАХ!
Оглушительный звук, способный разорвать барабанные перепонки, сотряс весь переулок.
Испуганные шумом, бандиты, направлявшиеся к её магазину, все как один повернули головы.
— Ч-что это было?!
Звук донёсся из другого магазина через дорогу, в который только что ворвались некоторые из банды.
Снова высунув голову, чтобы посмотреть, что происходит, Мэй заметила эмблему, висящую на стеклянной витрине того места.
«Церковь Сияния?..»
Это был магазин, который держали те самые церковные люди, о которых она говорила со своим постоянным посетителем ранее днём.
Место, которое обычно просто тихо занималось своими делами, так что она не обращала на него особого внимания.
Но сейчас дверь того магазина была выбита, а из него с криками вылетали бандиты.
— А-а-а!
— Кха-а-а!!
Они кубарем выкатывались на землю, приземляясь в избитом состоянии. Некоторые выползали наружу со сломанными, судя по всему, конечностями.
— Б-бегите!.. Это монстр!
Увидев это, бандиты снаружи исказили лица в свирепой гримасе и с криками ворвались в магазин.
Но вскоре их вышвырнули в том же состоянии, что и тех, кто вошёл до них.
Они, шатаясь, поднялись на ноги и бросились в бегство. Свирепость, которую они проявляли к торговцам ранее, исчезла полностью, и все они отчаянно удирали, как мыши, поджавшие хвосты.
В этой толпе Мэй мельком увидела печально известного главаря банды Гадюк, Венома.
«?..»
Мэй в оцепенении смотрела на эту сцену.
В конце концов, из магазина вышел человек.
Это был мужчина, аккуратно одетый в чёрную священническую рясу, с опрятно уложенными волосами.
Он огляделся по сторонам, затем пару раз легонько отряхнул руки, словно смахивая пыль с одежды. После этого, как ни в чём не бывало, он спокойно подобрал один из обломков двери и начал вставлять его обратно.
Мэй не могла закрыть рот, не в силах осознать происходящее.
— Что... происходит?..