Онлайн чтение книги Я стал святой в киберпанк-игре I Became a Saintess in a Cyberpunk Game
32 Обычное богослужение (3/6)

Наконец я принял решение и ответил им обеим.

— Первым человеком, который примет крещение, будет... Эсти.

При этих словах лицо Джоанны окаменело.

Эсти же сохраняла своё обычное бесстрастное выражение, хотя, возможно, чуть заметно кивнула.

Девушка попыталась возразить, но в конце концов низко опустила голову.

Вид её, такой расстроенной, вызвал у меня сочувствие, поэтому я добавил объяснение, словно утешая ребёнка.

— Я знаю, как много Джоанна сделала для создания этого религиозного ордена. Я правда ещё раз благодарна тебе. Но Эсти всё это время тоже выполняла для меня множество трудных заданий. И она ни разу ничего не просила для себя. Так что хотя бы в этот раз я думаю, будет правильно предоставить ей эту возможность первой.

Услышав мои слова, Джоанна выпятила нижнюю губу и резко отвернулась.

Избегает зрительного контакта. Надутые щёки. Она выглядела точь-в-точь как капризный ребёнок.

Я не смог сдержать лёгкой улыбки при этом зрелище. Я осторожно заговорил, пытаясь утешить расстроенную девушку.

— Прости, Джоанна. Но то, что ты не первая, не значит, что ты не важна. Так что если ты хочешь попросить о чём-то другом в качестве компенсации, я сделаю всё, что в моих силах.

— Правда?!

Возможно, эти слова были ошибкой.

Словно и не было никакой обиды, Джоанна мгновенно расцвела в яркой улыбке и повернулась ко мне.

— Правда? Это обещание, Ева?!

Девушка приблизила своё лицо чуть ли не к самому моему носу и требовательно спросила. Её голос взлетел на октаву выше. Эти зелёные глаза, встретившиеся с моими, сверкали ожиданием до неприятного, хотя я и не мог точно сказать, чего именно она ждала.

Её чрезмерно возбуждённый вид, честно говоря, немного напугал меня.

«Сделал ли я ошибку?»

Я задумался, смогу ли справиться с последствиями. Но сказанного не воротишь.

Как говорится, против улыбки не попрёшь. Всё, что мне оставалось, так это неловко улыбнуться в ответ на сияющее выражение лица Джоанны.

У меня было сильное, очень сильное предчувствие, что мои отношения с этой непредсказуемой девушкой продолжат изрядно выматывать меня.

***

Завершив приготовления, Эсти собралась с духом и встала перед мраморной купелью.

Как мы и репетировали, она опустилась на одно колено и ждала, почтительно склонив голову.

Я взял хрустальную чашу, наполненную чистой водой, и поднял её над макушкой девушки.

Затем тихо открыл рот и произнёс короткую молитву, о которой мы договорились.

— Пусть вся тьма, что гнездится в твоей душе, смоется, и пусть свет Сияния освещает твой путь.

С этими словами я медленно наклонил чашу над её головой.

Льющаяся струя воды, падая, намочила волосы Эсти.

Её чёрные волосы, всегда аккуратно убранные и уложенные, постепенно становились влажными, обретая завораживающий блеск, подобный шерсти чёрной пантеры в джунглях.

Капли, стекавшие по лбу и острому подбородку, начали падать и собираться на дне купели.

И тут это случилось.

«?..»

Струя воды, которую я лил из своей руки, начала светиться.

Это была определённо просто вода, но жидкость, собирающаяся в чаше, теперь переливалась прозрачным золотистым светом, словно очищенное масло.

Мало того, она даже начала излучать сияние сама по себе.

Я был заворожён таинственным свечением, как вдруг...

«!..»

На мгновение я почувствовал, как в груди что-то щёлкнуло.

Это было ощущение, которого я никогда не испытывал прежде, его трудно было описать словами.

Словно незнакомый замок где-то в районе сердца вдруг открылся.

Или, может быть, как сухое семя, пробивающее свою оболочку и прорастающее, — странное чувство в этом роде.

Оно было настолько незнакомым, что я с трудом мог подобрать для него сравнение.

«Что это сейчас было?»

Даже пытаясь вспомнить, это казалось почти иллюзией, чем-то, что промелькнуло в мгновение ока.

Когда я уже собрался погрузиться в размышления, то заметил, что хрустальный сосуд, который я склонил над головой Эсти, теперь опустел.

Струя воды, излучавшая то странное сияние, теперь превратилась в обычную воду на дне купели.

«...»

Хотя на мгновение я и растерялся, но решил довести начатое до конца.

Я взял чистую белую ткань и, вытирая мокрые волосы Эсти, произнёс заготовленные слова.

— Отныне я провозглашаю, что во имя милосердного Сияния ты становишься последовательницей, следующей его учениям.

После этих слов Эсти тихо подняла голову и посмотрела на меня.

Её взгляд был спокоен и невозмутим, как обычно, но чувство, которое в нём читалось, почему-то казалось немного иным, чем всегда.

Встретившись со мной глазами на мгновение, Эсти медленно поднялась на ноги.

И, ещё раз глубоко поклонившись в знак уважения, первое крещение завершилось.

— Теперь моя очередь, Ева!

Джоанна, всё это время тихо наблюдавшая со стороны, с нетерпением подкатила свою инвалидную коляску к краю платформы.

Девушка смотрела на меня снизу вверх с выражением, полным предвкушения.

Но мои мысли были заняты вопросами о странном феномене, который только что произошёл.

Вода, которую я лил на голову Эсти, внезапно засветилась, и то необъяснимое ощущение в груди вновь появилось.

Подумав, что, возможно, девушка установила какое-то специальное устройство, я спросил перед началом второй церемонии.

— Джоанна, ты специально установила подсветку под этой купелью? В этом есть какой-то смысл — заставлять воду светиться?

Но девушка на мой вопрос лишь удивлённо округлила глаза и склонила голову набок.

— Что? Здесь нет никаких таких функций. Это просто обычная мраморная чаша.

Её ответ был настолько однозначным, что я растерялся.

«Тогда что это был за свет... только что?»

***

Даже спустя несколько дней размышлений я так и не смог чётко понять природу произошедшего феномена.

Я проверил всё, что могло вызвать подозрения, но не нашёл никаких изменений в своём физическом состоянии или способностях по сравнению с прежним.

В конце концов я решил пока оставить это, посчитав, что столкнулся с явлением, которое не в силах интерпретировать.

Прежде всего, всё моё внимание сейчас поглощали дела недавно основанного религиозного ордена.

Из-за череды событий, развернувшихся до этого момента, все влиятельные группы в окрестных районах исчезли.

Банды, наркодилеры и даже сектантские церкви — все они разом канули в лету, оставив после себя пустое пространство.

Благодаря этому мы смогли получить огромные «чёрные» кассы предприятий и разнообразные активы, которые они покинули.

Следующим этапом нашей цели было использование этих средств для завоевания симпатий жителей окрестных районов и укрепления влияния нашего религиозного культа.

Для этого нам сначала нужно было собрать воедино все полученные активы и систематизировать управление ими.

Большую часть этих административных процедур взяла на себя Джоанна.

Девушка умело привлекла людей с практическим опытом из числа бывших последователей Общества Единого Сердца, которых она собрала. Наличие людей, знающих, как управлять церковью, безусловно, значительно облегчило решение сложных задач.

Однако в процессе я столкнулся лицом к лицу с тем, кого никак не ожидал увидеть вновь.

— Что? Кого ты сказала?

В ответ на мой вопрос Джоанна указала на стоящего рядом с ней человека, похожего на скелет, и ответила с игривой улыбкой.

— Пастор Мейер. Вы ведь уже встречались, Ева?

— Что?!

Сначала я совсем не узнал его. Вот настолько разительно переменилась его внешность.

Только услышав имя, я вспомнил кто это такой. Тот сальный, тучный пастор-сектант, который нагло ворвался к нам и устроил скандал во время инцидента с Карен и Софией.

Но человек, стоящий сейчас перед моими глазами... от его живота и коренастой фигуры, далеко превышавших степень сильного ожирения, не осталось и следа. Всего за несколько недель, через что бы он ни прошёл, он превратился в истощённый скелет, кожа обтягивала кости, словно череп.

— Здравствуйте... — с трудом открыл он рот.

Я взглянул на Джоанну, но девушка беззаботно продолжила объяснение.

— Пастор Мейер, возможно, раньше был слегка жаден, но он действительно отлично умеет управлять деньгами. Он также искусен в бухгалтерии. Хотя в прошлом он совершал нечестивые поступки, я подумала, что мы могли бы дать ему шанс покаяться.

Сектантский пастор, который тихо исчез во время недавнего хаоса в церкви, судя по всему, всё это время не мог ускользнуть от чьей-то хватки.

Как только Джоанна закончила говорить, Мейер поклонился так низко, что едва не распростёрся на полу, и воскликнул:

— Умоляю, доверьте мне эту задачу! Я буду служить новому религиозному ордену всем сердцем и душой!

Я всё ещё смотрел на него с подозрением и спросил Джоанну:

— Можем ли мы доверять ему? Учитывая его прошлое, я обеспокоена.

Но девушка выглядела уверенно.

— Не волнуйтесь, Ева. Я помогла ему провести достаточно времени для «покаяния», чтобы тщательно удалить жадность и ложные желания из его испорченной души. Он больше никогда не совершит таких глупостей. Не так ли, пастор Мейер?

— Хыыык!!

Какое воспоминание вызвало слово «покаяние»? Мейер внезапно лишился сил в ногах и рухнул на колени прямо на месте. Затем, уставившись в пол несфокусированными глазами, начал бормотать бессвязные слова.

— Простите... Я покаюсь... Это всё моя вина... Простите... Я покаюсь...

Наблюдая за этой сценой, девушка небрежно добавила:

— О, если он хоть немного вам помешает, я могу просто избавиться от него прямо сейчас.

— Хииик! Простите, простите, простите...

Испуганный словами девушки, Мейер теперь ползал на четвереньках по полу, трясясь словно в припадке. Его вид, полностью охваченный страхом до потери рассудка, выглядел жалко до такой степени, что это уже выходило за рамки сочувствия, вызывая лишь чувство убожества.

Какие методы она могла использовать, чтобы всего за несколько недель довести человека до такого состояния?

Способность девушки решать вопросы порой намного превосходила мои ожидания.

«По крайней мере, она крепко держит его на поводке.»

Коротко вздохнув, я наконец позволил девушке делать всё, что она считает нужным.

Мы были на начальном этапе становления религиозного ордена, и дел было невпроворот. Это было время, когда нам действительно была нужна любая помощь, к тому же Мейер в его нынешнем состоянии не казался способным вынашивать какие-либо корыстные замыслы.

— Благодарю вас! А теперь, за работу, пастор~

— Слушаюсь!!!

Даже после того, как они вдвоём ушли, моя роль не закончилась.

Мне приходилось решать одну проблему за другой, принимать отчёты и проводить бесконечные совещания по разным вопросам повестки дня.

Честно говоря, я, возможно, недооценил задачу.

Я и не думал, что создание одной религиозной организации потребует такого сложного процесса.

Но раз уж начали, выбора не оставалось — нужно было продолжать.

Спустя несколько часов, когда накопившиеся проблемы наконец более-менее утряслись, с уходом напряжения на меня навалилась усталость.

Я откинулся на спинку стула и выдохнул долгий вздох.

— Ха-а-ах...

После беспрерывных разговоров во рту пересохло.

Не задумываясь, я потянулся к стакану с водой, стоявшему на столике рядом.

Сделав большой глоток, я почувствовал, что что-то не так.

«А? Кто-то поменял стакан?»

Или я так устал, что с моими вкусовыми рецепторами что-то случилось?

Это был определённо тот самый стакан, в котором только что была чистая вода.

Но вкус, который я сейчас ощущал во рту, был совершенно иным.

Сладковатый привкус, задерживающийся на кончике языка, с едва уловимой горчинкой.

Неужели это...

«...виноградный сок?»