Я тихо вздохнул. А затем заговорил максимально спокойно и твёрдо.
— Прежде всего, Джоанна, я не то божественное существо, на которое ты надеешься. У меня просто есть... кое-какие особые способности.
— Н-но!..
Джоанна замялась, явно сбитая с толку моими словами. Её глаза заметались, словно она отчаянно искала мысли.
— Т-титул не важен! Если не бог, то пророк, спаситель, святая... подойдёт что угодно. Факт остаётся фактом: ты та, кто поведёт нас!..
Девушка быстро выпалила слова, словно пытаясь убедить саму себя.
Затем она снова склонила голову к моим ногам.
— Я правда ничего не хочу!.. Просто позволь мне служить тебе. Все, кто остался в церкви, будут преданы тебе! Они с радостью отдадут жизнь, если ты прикажешь!
— Это слишком.
При этом втором отказе плечи Джоанны заметно дёрнулись.
Но это был единственный разумный ответ. Я был просто тем, кто изо всех сил пытался позаботиться о себе в этом странном мире. Просить меня стать чьим-то богом было просто невозможно. У меня не было ни желания, ни способности играть такую роль.
После моего отказа на лице Джоанны ненадолго появилось ошеломлённое выражение, затем её глаза изменились, словно она готовилась сделать новое предложение.
— Д-деньги! Я могу предложить тебе столько денег, сколько захочешь! У меня... у меня есть доступ к тайным счетам, которые я взломала! Это огромная сумма! Я отдам её тебе!
Несмотря на её отчаянное поведение, мой ответ остался неизменным.
— Мне... это тоже не нужно.
Конечно, больше денег всегда лучше, особенно в таком мире, как этот.
Но моей истинной целью не было жить здесь в богатстве и роскоши.
Да, я собирался в конце концов вернуться в свой изначальный мир.
Вместо того чтобы наслаждаться временным комфортом, у меня были более важные цели. Мне не хотелось ввязываться в хлопотные дела.
— ...
В ответ на мои слова Джоанна выглядела совершенно ошеломлённой.
Она явно не ожидала, что я отвергну даже деньги, которые все в этом городе ценили превыше всего.
В этот момент в дверь снаружи постучали.
— Мисс Ева, вы закончили разговор?
Джоанна поспешно ответила вместо меня.
— Ах... минутку!
Затем, глядя на меня отчаянными глазами, словно пытаясь удержать, она задала последний вопрос.
— Ты правда не бог? Тогда почему? Почему ты помогла мне и другим, зная, что это опасно? Честно говоря, ты получила очень мало взамен за свои старания. Так какая же может быть причина?..
Теперь в глазах девушки была только чистая растерянность и отчаянное непонимание вместо прежнего фанатичного пыла.
В тот момент я не стал особо размышлять. Я просто сказал то, что чувствовал.
— Ну... Когда у кого-то достаточно всего, и он помогает тому, кто отчаялся... всегда ли для этого должна быть какая-то грандиозная причина?
— Ах....
Лицо Джоанны изменилось после моего ответа.
Девушка просто смотрела на меня с открытым ртом. На её лице больше не было ни напряжения, ни скрытых мотивов. Остался только потерянный ребёнок.
— ...
Моим первым впечатлением об этой девушке, которая наконец стала выглядеть на свой возраст после нашего долгого разговора, была... незрелость.
И не только потому, что она выглядела юной.
Хотя трудно было определить точно, но меня не покидало чувство, что чего-то не хватает.
Девушка явно обладала экстраординарными способностями. Несмотря на обездвиженное тело, она перемещалась в киберпространстве, читая информацию о городе как на ладони, и даже манипулировала событиями в желаемом направлении.
Но несмотря на свои способности, в общении с другими она проявляла заметную незрелость.
Доброжелательность Джоанны ко мне, несомненно, была искренней. Но способ её выражения был... как бы это сказать... как у ребёнка, который пытается навалить на того, кто ему нравится, всё, что сам считает ценным, не задумываясь, нужно ли это другому человеку или хочет ли он этого.
Односторонняя, слепая преданность, совершенно неуместная для данного времени, места и отношений. Эта нестыковка казалась странной.
Возможно, она что-то прочитала в моём задумчивом молчании. Тревожное выражение постепенно расползлось по лицу девушки.
Теперь она начала всхлипывать, наблюдая за моей реакцией.
— Я... я сделала что-то не так?
Крупные слёзы быстро наполнили её зелёные глаза.
— Прости. Я снова ошиблась... Пожалуйста, не ненавидь меня.
Слезинки начали падать одна за другой. Фанатичное поведение исчезло, оставив лишь ребёнка, который боялся, что его отругают за что-то незначительное.
Девушка, выросшая в изоляции в рамках культа. Вероятно, она не получила ни должного образования, ни нормального воспитания. Из-за болезни, не имея возможности двигаться, она не могла построить здоровые отношения со сверстниками.
Там она усвоила лишь искажённую доктрину, слепую веру и абсолютную преданность «богу».
Размышляя об этом, я начал лучше понимать...
Эта фанатичное восхищение и вера, которые она проявила ко мне, предлагая деньги и власть. Возможно, в её сознании это было величайшим выражением доброй воли и благодарности, которое она могла проявить к тому, кто её спас.
«Какая проблемная малышка.»
Я тихо вздохнул.
Глядя на Джоанну, которая всё ещё со слезами ждала моей реакции, я тихо заговорил.
— Джоанна. Позволь мне повторить: я не могу стать тем богом, которого ты ищешь.
Плечи девушки снова дёрнулись от моего твёрдого тона.
Затем, глядя прямо в её зелёные глаза, я добавил более мягким голосом:
— ...Но как насчёт того, чтобы начать как друзья?
В конце концов, честно указывать на ошибки, иногда строго отчитывать, но направлять на лучший путь... это вещи, которые можно делать как человек, а не бог.
— ...
Джоанна просто тупо смотрела на меня снизу вверх.
Затем осторожно она взяла мою протянутую руку.
***
После того как они ушли, в комнате воцарилась тяжёлая тишина.
Джозеф осторожно приблизился к сестре, оставшейся в инвалидном кресле. Он спросил мягким голосом:
— Джоанна. Ты в порядке? О чём вы говорили с Евой?
Ответ пришёл не сразу. У Джоанны всё ещё был отсутствующий взгляд, словно она не до конца очнулась ото сна. Затем внезапно она дала неожиданный ответ.
— ...Мне отказали.
— ...А?
Джозеф на мгновение растерялся, не веря своим ушам. Отвергли? Это слово не имело никакого смысла.
Осознавала она замешательство на его лице или нет, Джоанна продолжала бормотать, словно разговаривая сама с собой, всё с тем же отсутствующим выражением.
— Но... она была даже более удивительной, чем я представляла....
Говоря это, бледные щёки девушки начали необычно краснеть. В её пустых глазах начало проступать что-то новое, отличное от прежнего фанатизма, — то ли восхищение, то ли тоска.
Джозеф мог лишь смотреть на сестру с возрастающим недоумением.
***
Разговор, который у меня состоялся с Джоанной в тот день, оставил глубокий след в моей душе.
Честно говоря, я до сих пор не уверен, как мне следовало с ней обращаться. Учитывая тяжесть того, что она сделала, должен ли я был строго отчитать её? Или, принимая во внимание её ненормальное воспитание, следовало ласково утешить её?
Я не знаю, какой ответ был бы правильным. Но одно обещание я от неё получил. Она больше не будет действовать безрассудно, навязывая другим свои стандарты. Пока что мне приходилось верить этому обещанию.
И так, наконец, все хлопотные вопросы, связанные с чудом, казались решёнными.
Что, естественно, означало возвращение к повседневной жизни.
Хотя я ходил на работу каждый день, почему-то казалось, что прошла целая вечность с тех пор, как я в последний раз был на своей подработке в пиццерии.
— Добро пожаловать!
С привычным приветствием я встречал клиентов, принимал заказы и вытирал столы. Когда приготовление пиццы завершалось, я шёл к станции дронов-доставщиков у входа, загружал коробки с горячей пиццулькой и отправлял их по назначению.
Раньше я не придавал этому особого значения. Но странным образом простое выполнение этих обычных задач сейчас наполняло меня глубоким чувством стабильности. Можно сказать, своего рода исцелением.
Оглядываясь назад, в последнее время у меня было слишком много забот. Это была череда непредсказуемых событий, и я не мог расслабиться ни на мгновение. Но время здесь было другим.
Приходить в установленное время, выполнять установленные задачи и уходить в установленное время. Всё было предсказуемо и безопасно.
«Честно заработанные деньги действительно лучшее.»
Иногда, усердно вытирая столы или складывая коробки для пиццы, я вдруг осознавал, что напеваю себе под нос. Осознание этого факта заставляло меня улыбаться.
Это было поистине мирное время, достаточно мирное, чтобы напомнить мне о моём родном мире.
Конечно, всё было не совсем так, как раньше.
— Эм... извините...
Иногда заходили подозрительно вежливые клиенты.
Они входили, сложив руки словно в молитве, кланяясь ещё с порога. Они были чрезмерно почтительны при заказе и делали выражение, будто получают священные предметы, когда забирали свою пиццу.
— С-спасибо...
Я смотрел на их удаляющиеся фигуры какое-то время.
Внезапно тихий голос раздался из-за столика в заведении.
— ...Мне разобраться с ними?
Эсти сидела там, попивая напиток. А я даже не заметил, когда она пришла.
Но я покачал головой.
— Нет, всё в порядке. Они не причиняют вреда и никого не беспокоят. К тому же...
Я указал на клиента, уходящего с полными руками коробок с пиццей.
— Они заказывают кучу еды навынос.
Благодаря этому, начальница, не подозревая о происходящем, день ото дня улыбалась.
Сегодня, когда приближалось время закрытия, она окликнула меня, стоящего у кассы.
— Ева! Наш талисман удачи! Я же говорила, что с твоего появления в магазине стали происходить хорошие вещи!
Начальница внезапно подошла с широкой улыбкой, крепко обняла меня и ущипнула за обе щеки.
— Уф...
Хотя я скривился от её чрезмерной привязанности, внутри подумал:
«Что ж... наверное, это неплохо.»
В конце концов, что хорошо, то хорошо, верно? Я выдавил улыбку и высвободился из рук начальницы.
Ещё один утомительный день подходил к концу. Это было завершение обычного, но драгоценного распорядка дня.
Я переоделся и вышел из магазина.
Пора домой.
Улица была относительно спокойной. Тихая, безлюдная атмосфера этого района в сумерках наполнила мои лёгкие.
Вместе с облегчением от того, что ещё один день закончился благополучно, пришла лёгкая усталость. Теперь оставалось только вернуться в своё жильё, принять душ и отдохнуть.
Когда я свернул за знакомый угол в переулке, из темноты вдруг вынырнула тень и покачнулась в мою сторону.
«...!»
Прежде чем я успел как следует среагировать, Эсти бесшумно появилась откуда-то сзади или сбоку и встала, преграждая путь.
Но, в отличие от оборонительной стойки Эсти, приближающаяся фигура не проявляла враждебности. Скорее, она казалась спешащей, словно за ней гнались, и выглядела так, будто вот-вот рухнет в любой момент.
Более того... это было знакомое лицо.
«...Дэнни? Донни?»
Братья близнецы, которые были замешаны в распространении слухов о чуде.
Их внешний вид под уличным фонарём был... до крайности жалким.
Их тела были покрыты ранами и синяками, губы разбиты, веки опухшими. Их когда-то чистая одежда была порвана и испачкана грязью и кровью. Дэнни, старший брат, практически тащил на себе Донни, с трудом переставляя ноги.
Наконец они добрались до меня и рухнули на землю, словно у них не осталось сил.
Звук тяжёлого дыхания эхом разнёсся по переулку.
— Хуф... хуф...
Дэнни, поддерживавший брата, с трудом поднял голову, чтобы посмотреть на меня.
Голосом, который был почти его последним вздохом, он выкрикнул:
— Б-босс!.. Случилось ужасное!.. На нашей территории... парни из наркокартеля!..