Экстра 6

После нескольких суматошных недель, ушедших на подготовку к отъезду, наступили дни отдыха, напоминавшие последние каникулы. Благодаря тому, что из-за визовых вопросов результаты отбора объявили раньше времени, до отъезда в Америку оставалось еще целых два месяца.

«Подтяну пока разговорный английский», — думала Бо Ра, когда Су Ха первым выступил с предложением:

— Как насчет того, чтобы поехать в Нэхам?

Бо Ра окинула его взглядом, так и читавшимся как «с чего вдруг?», а Су Ха, у которого впервые за долгое время выдались свободные выходные, пояснил:

— Ты ведь уезжаешь далеко, так что было бы здорово провести с родителями побольше времени. Как бы они ни старались этого не показывать, и мама, и папа уже скучают.

Он произнес это легко, словно между прочим, но Бо Ра восприняла всё иначе.

В этот момент ее захлестнула такая благодарность к нему, что она просто не могла ее не выразить — за то, что он постоянно заботился о ее родителях, принимая близко к сердцу даже их одиночество, словно и оно было зоной его ответственности.

— Ты чего?

Су Ха тихо рассмеялся, видимо, позабавленный тем, как Бо Ра вдруг бросилась к нему и крепко обняла. И всё же он обхватил ее руками и принялся медленно покачивать из стороны в сторону.

— Теперь по выходным я буду свободен. Буду приезжать к вам каждую неделю.

Су Ха прошептал это ей на ухо, словно точно зная, что она вот-вот готова расплакаться. Его нежность грозила растопить ее, как снеговика, упавшего в кипяток, поэтому Бо Ра пришлось вцепиться в него еще крепче.

* * *

Да, вплоть до этого момента всё было замечательно.

— Тебе нужно перестроиться в левую полосу. Через сто метров поворот налево.

До того самого момента, как он сидел на диване и ласково гладил ее по голове. Нет, вплоть до того момента, как они приехали в уезд Нэхам и распаковали вещи.

— Не бойся, просто встраивайся. Сзади гораздо больше места, чем кажется.

Вплоть до того момента, как он начал давать ей уроки вождения. Бо Ра могла с уверенностью сказать, что до этого их с Су Ха отношения были лучше, чем когда-либо.

— Су... Су Ха. Мне кажется, я сейчас поцарапаю бок!

— Ну и поцарапай. Ничего страшного. Езжай медленнее.

— Как это «ничего страшного», если я его поцарапаю?!

Пытаясь увернуться от угрожающе надвигающегося грузовика, она сама не заметила, как слегка вывернула руль. И в это самое мгновение...

Раздался скрежет, и она всем телом ощутила удар о машину, незаконно припаркованную на обочине узкой двухполосной дороги.

За окном со стороны пассажирского сиденья Бо Ра увидела, как из магазина, словно только этого и дожидаясь, выскочил мужчина с плотно забитой татуировками рукой.

— Мне конец, — тихо пробормотала, побелев как полотно, Бо Ра и зажмурилась.

* * *

— Водительские права?

— Ага.

Отправной точкой стала ее собственная опрометчивая тяга к новым вызовам.

— У меня ведь до сих пор нет прав. Хочу воспользоваться этой возможностью и получить их.

На каникулах в выпускном классе она готовилась к экзаменационному эссе, на студенческих — вовсю развлекалась, поэтому мысли о получении водительских прав у нее даже не возникало. К тому же Су Ха всегда забирал и отвозил ее, так что Бо Ра просто не чувствовала в этом никакой необходимости.

— Я тут узнавала, права — это тоже вроде сертификата. Так что получу их сейчас. Кто знает? Вдруг в Америке понадобятся.

Но пока она бездельничала в уезде Нэхам без Су Ха, ей пришло в голову, что сейчас для этого самое подходящее время. Поспешное чувство, что нельзя упускать такую передышку, которой, возможно, больше никогда не будет, лишь подогревало этот порыв.

— Говорят, в здешних автошколах права можно получить быстрее. Это же провинция.

— Ясно…

Су Ха, заслышав ее взволнованный голос, какое-то время молчал, а затем, видимо, сочтя доводы разумными, охотно согласился по ту сторону динамика.

— Хорошо бы тебе их получить. А когда выдадут права, я приеду и потренирую тебя. Всё равно через месяц я ухожу в отпуск.

«Ура!» — так подумала Бо Ра, когда впервые услышала эти слова.

Какая же глупая. А ведь она прошла с Су Ха сквозь сущий ад выпускного класса.

И прекрасно знала, каким безжалостным учителем он мог быть.

— Су... Су Ха. Можно мы вон там, на обочине, поменяемся местами?

— Нет.

Поскольку дело было в провинции, права она получила сравнительно легко. Сдав и площадку, и вождение по городу с первого раза, она даже впала в самодовольство: «а вдруг я скрытый гений вождения?».

— А мне, новичку, точно туда можно? Справлюсь ли я? Вон тот перекресток даже на вид кажется сложным.

— Раз сложный, тем более надо ехать. Не волнуйся и жми на газ. Сзади наклеена огромная табличка «Новичок», так что всё в порядке.

Это было заблуждением. Настоящие трудности начались уже после успешной сдачи экзаменов.

— А если... если мы попадем в аварию?

— Значит, попадем, что поделать.

Они явились в облике человека, которому она доверяла больше всего на свете, словно ожившее воспоминание о кошмаре девятнадцати лет.

— Если уж суждено попасть в аварию, то лучше, чтобы это случилось, пока мы вместе. Тогда я смогу со всем разобраться.

Взяв на работе отпуск в связи с поступлением в аспирантуру, Су Ха и вовсе переехал в уезд Нэхам. Распаковав вещи в доме, где раньше жил с бабушкой, он, как и обещал, начал давать Бо Ра уроки вождения.

— Я не сяду за руль, так что не делай такое жалобное лицо и давай жми. Машины позади уже ждут.

Причем подходил он к этому крайне ответственно и строго.

Я вовсе не просила заходить так далеко.

Думая об этом, Бо Ра посмотрела в зеркало, заметила выстроившуюся позади нее длинную вереницу машин и, проглотив слезы, нажала на газ.

Это был въезд на кишащий автомобилями перекресток.

— Ага. Вот так, медленно...

Машина, которую он пригнал для учебных поездок, оказалась компактным внедорожником известной зарубежной марки, которую знала даже Бо Ра. Бывшая соседка по комнате когда-то называла эту модель машиной своей мечты; на первый взгляд было ясно, что это новая комплектация со всевозможными функциями безопасности.

«Разве можно использовать такую машину для обучения?» — когда Бо Ра, переживая за стоимость ремонта, нерешительно задала этот вопрос, он просто вложил ей в руку ключи, сказав, что на этой машине всё равно никто не ездит, так что ей не стоит ни о чем беспокоиться.

И всё же сомнения никуда не делись, поэтому она принялась дотошно выспрашивать: раз машина такая хорошая, то почему на ней не ездят? Точно ли он не купил ее специально, а просто взял то, что было? На это Су Ха некоторое время смотрел куда-то в пол, а затем негромко ответил:

— Это машина матери.

Этим коротким ответом всё было сказано. Но Бо Ра хватило и этого, чтобы в одночасье понять, почему он назвал эту машину той, на которой никто не ездит.

В тот день, когда Бо Ра получила сообщение об окончательном зачислении в культурный фонд, Су Ха после долгих колебаний кое-что ей рассказал.

Почему отношения между его матерью и отцом были настолько плохими. И почему его мать так сильно ненавидела мужа.

Он признался, что их брак был построен на обмане. И, вероятно, всё было спланировано с самой первой их встречи. Су Ха рассказал, что отец, влюбившись в мать с первого взгляда, намеренно разорил ее некогда богатую семью, а затем привязал ее к себе, сделав так, чтобы она забеременела.

— Я слышал, что она узнала правду сразу после того, как родила меня. И лишь после того, как умерли и бабушка, и дедушка по материнской линии. Мама до сих пор... до сих пор верит, что это отец убил их, выставив всё несчастным случаем.

А я лишь молюсь, чтобы хотя бы это оказалось неправдой.

Лицо Су Ха, который тихо рассказывал эту историю, обнимая ее, на первый взгляд казалось совершенно бесстрастным.

Но Бо Ра смогла прочесть боль, затаившуюся в его глазах, окутанных безмолвной тьмой.

Лицо человека, который, казалось, испытывал стыд, словно выставляя напоказ нечто грязное и постыдное, и в то же время смотрел на всё с покорностью, будто давно отчаялся и опустил руки.

Глядя на своего возлюбленного, который зарылся лицом в ее шею, словно желая скрыть свои истинные чувства, Бо Ра захотела спрятать его в своих объятиях от всего мира.

— Спасибо... что рассказал мне.

Однако ее узких объятий явно не хватало, чтобы укрыть целиком мужчину, чьи руки и ноги были вдвое больше ее собственных. Такая неуклюжая попытка утешения была всем, чем Бо Ра могла ответить на его трудную исповедь о семье, для которой ему потребовалось невероятное мужество.

Почувствовав, как сильно он прижал ее к себе, словно найдя утешение даже в этих крохах, Бо Ра с горечью вспомнила о ранах, которые сама когда-то ему нанесла.

Я больше никогда не причиню ему боль. И больше никогда не покину этого одинокого человека.

Бо Ра, живо помнящая ту ночь, когда она извелась от невозможности обнять его еще крепче и дала себе эту клятву, не посмела расспрашивать дальше и промолчала.

— Она собирается долгое время пробыть в клинике, так что машину мы всё равно планировали сдать на металлолом. Езжай и не думай ни о каких ремонтах.

Дав это пояснение замолчавшей Бо Ра, Су Ха на следующий же день начал обучать ее вождению.

Ощущение от нажатия на педаль газа в дребезжащей машине из автошколы и в новеньком автомобиле, напичканном всевозможными опциями, кардинально различалось.

Впервые сев в машину, которую пригнал Су Ха, и взглянув на просторный экран с системой кругового обзора, Бо Ра подумала: «С такой машиной я в два счета доберусь до Сеула».

— М-мама!..

Как же она ошибалась. Насколько бы хороша ни была машина, новичок всё равно остается новичком.

Даже если бы в автомобиле стояла камера не просто с обзором в триста шестьдесят градусов, а с функцией рентгеновского зрения, она всё равно не смогла бы научить ее чувствовать габариты и определять правильный момент для перестроения.

«Может, просто подождать, пока появятся настоящие беспилотные автомобили?» — подумала Бо Ра, вцепившись в руль после того, как при попытке перестроиться ожидаемо услышала гудок ехавшей сзади машины.

— Всё в порядке, ты отлично встроилась.

В отличие от перенервничавшей Бо Ра, Су Ха расслабленным тоном, словно вовсе не слыша сигнала задней машины, похвалил ее и указал следующее направление.

— Ты поехала не по той дороге, так что метров через двести сделай разворот.

В такой ситуации он еще и развернуться заставляет.

Мамочка, спаси. Бо Ра мысленно разрыдалась, вспомнив маму, которая, совершенно не представляя, что творится у дочери на душе, со смехом просила потом прокатить и ее.