Контент удален!

Это был беспрецедентный случай. Стажёрка, которая даже при ожогах не моргнула глазом, попросила отгул.

«Для меня вы, шеф, гораздо тяжелее, чем лопух».

И без того осунувшаяся Хэ Сом, похожая на полутруп, собрала вещи. Отказалась от предложения подвезти, проигнорировала вопросы о самочувствии. И просто ушла своей дорогой.

От злости у него чуть не сорвало крышу, он был готов взорваться. И этот гнев лавиной обрушился на виновницу происшествия — Джи Вон.

Поставив съёмки на паузу, Джи Вон ворвалась на площадку и о чём-то весело болтала с Жаком. Темой их разговора, разумеется, была Хэ Сом.

— Это же классическое злоупотребление властью, не так ли? Чуть что — в слёзы, а если слёзы не работают — тут же раздвигает ноги.

— Не сказал бы, что она на такую похожа.

— Вы просто не знаете, шеф Жак. Именно такие с виду невинные девчонки на деле оказываются самыми распущенными. Вы тоже бываете таким наивным. Хо-хо-хо.

Хрясь! Звонкий звук пощёчины оборвал её смех. На щеке с плотным слоем макияжа отпечатался чёткий красный след от большой ладони. Джи Вон издала нервный смешок:

— Ха. Это что? Ты меня сейчас ударил?

— А что? Это же в твоём вкусе, Чха Джи Вон.

Его не раз тошнило от её откровенных просьб придушить или отшлёпать, подкреплённых фальшивыми слезами. Тот самый человек, который даже глазом не моргнул, убирая рвоту за Хэ Сом, относился к слезам Джи Вон как к грязным помоям.

Так что, даже если бы Джи Вон не спала с другими, их отношения всё равно долго бы не продлились. Нет, это вообще была роковая ошибка, которую не стоило и начинать.

Решив разорвать эти связи раз и навсегда, Джэ Гон холодно посмотрел на Джи Вон, которая, схватившись за щёку, картинно всхлипывала.

— Как там поживает тот твой секс-партнёр? Хоть помнишь, кто это был?

Лицо Джи Вон заметно перекосилось от этих слов, брошенных как ядовитое проклятие. Видимо, даже у такой беспринципной дряни оставались остатки стыда.

— Думаешь, в индустрии ходят слухи только о романе Чон Джэ Гона и Сон Хэ Сом? Да ты же сама спишь с сотрудниками своей компании, не разбирая, женаты они или нет. Говорят, недавно тебя застукала жена одного из них и устроила публичный скандал. Тебе так можно, а когда потенциальные секс-партнёры обсуждают твои вкусы — это тебя бесит?

— Чон Джэ Гон!

— Что? Может, шефу тоже перевести? Или на стариков у тебя не стоит?

Хрясь! Звонкая пощёчина обожгла кожу. Но в отличие от Джи Вон, схватившейся за запястье, которое словно разбилось о камень, Джэ Гон остался стоять всё в той же надменной позе, не дрогнув ни мускулом.

— Надо было вести себя тихо, пока я закрывал на это глаза.

Джи Вон снова замахнулась.

— Думаешь, ты сможешь преуспеть без меня? Не забывай, что в твоих трёх звёздах Мишлен есть и моя доля!

— Вот именно. Это-то меня и бесит.

Нельзя было отрицать, что журнал «Сэборин» сыграл огромную роль в продвижении «Нот». «Сэборин» и «Нот» росли вместе благодаря симбиозу, и именно так каждый из них занял вершину в своей сфере.

Реальность, в которой этот факт уже навсегда отпечатался в сознании публики, выводила Джэ Гона из себя ещё больше.

Джи Вон, некоторое время сверлившая его глазами, метающими искры, напоследок бросила вызов, грубо задев мужчину плечом:

— Ты об этом пожалеешь.

Она наверняка приложит все свои силы и связи, чтобы уничтожить его. Но Джэ Гон не собирался жалеть.

Единственное, о чём он по-настоящему сожалел, — так это о том, что не принял решение раньше, позволив ранить Хэ Сом.

— Чёрт побери! Вы что, спектакль смотрите?! Почему ещё не свернулись! — истерично закричала Джи Вон.

Съёмочная группа, словно по команде, начала спешно собирать оборудование и, перешёптываясь, покинула ресторан. Глядя на опешившего шефа Жака, Джэ Гон лишь с облегчением рассмеялся.

Конец.

Наконец-то, теперь уже точно конец.

* * *

Несмотря на отсутствие Хэ Сом, кухня работала без сбоев. В отличие от остальных поваров, которые наверняка слышали о дневном скандале, но умудрялись держать покерфейс, Джэ Гону её отсутствие давалось тяжело.

Прошла ли у неё тошнота? Помазала ли она мазью своё израненное сердце?

Как назло, у Ю Ын Сона сегодня был выходной, и эта мысль, как ни странно, принесла ему толику облегчения. Раз уж парень говорил, что они друзья детства, то наверняка знает, как утешить её разбитое сердце.

Если подумать, я вообще ничего толком не знаю о Хэ Сом.

Разве что то, что её аппетиты в постели сильно контрастируют с пресными вкусовыми предпочтениями. Несмотря на все ночи, проведённые вместе, статус Джэ Гона не выходил за рамки обычного секс-партнёра. От этого осознания на него снова накатила удушающая волна бессилия.

Но в отличие от его личных мыслей, которые, с чего бы ни начинались, всегда сводились к Хэ Сом, его команды на кухне оставались всё такими же хладнокровными и чёткими. Завершив сервис без единой ошибки, он чувствовал себя абсолютно выжатым.

— Выпьешь?

Джэ Гон не стал отказываться от предложенного Джун Воном виски и покорно поплёлся за ним к третьему столику. Глядя на ночной пейзаж с мерцающими огнями города, оба одновременно тяжело вздохнули.

Джун Вон, первым осушивший бокал, начал:

— В итоге она всё-таки разбила один из чанов (онги) и ушла.

Так вот почему Ю Джэ Мин с таким перепуганным видом прибежал в кабинет. Джэ Гон вроде бы слышал его сбивчивый рассказ, но в памяти остался лишь образ Хэ Сом, витающий по комнате.

«Потому что шутка — это я», — так она сказала.

Ощутив новый приступ тоски, Джэ Гон потёр лицо руками и выпил свой первый бокал. Джун Вон, словно только этого и ждал, снова наклонил бутылку.

— Я, конечно, подал заявление о порче имущества, но она просто так это не оставит. Она вцепится мёртвой хваткой и в Хэ Сом, и в «Нот».

— ...

— И ты думаешь, что, если заварил такую кашу, можно просто молчать в тряпочку? Ты хоть понимаешь, за скольких людей несёшь ответственность? А сколько людей зависят от меня? Ты бы хоть намекнул, что собираешься делать, чтобы я знал — поддакивать тебе или бить по башке!

Может, если он меня ударит, мне станет легче? Хотя от удара кулаком, похожим на кошачью лапку, мне будет только щекотно.

Сравнивая его с хваткой Чха Джи Вон, Джэ Гон осушил второй бокал.

Перед глазами мелькнуло лицо девушки, которая пела ему песню «С днём рождения», отбивая ритм ладошками. Невольная улыбка потонула в стакане с виски.

— Завтра начну встречи со спонсорами. Если всё пойдёт крахом, придётся потрясти жёлудевые запасы председателя Чон Гён Вона (отца).

Для него не было большего унижения, чем склонить голову перед человеком, который разрушил его детство, но ведь Чха Джун Вон был прав. Сколько ртов кормится за счёт «Нот»?

С горькой усмешкой Джэ Гон допил третий бокал. В затуманенном алкоголем сознании всплыл образ белого поварского кителя, снующего туда-сюда по кухне. Этот маленький повар, не обращавший на него ни малейшего внимания и поглощённый лишь готовкой... Джэ Гону до боли в сердце хотелось её обнять.

Она ушла всего пару часов назад, а меня уже так кроет. А ведь она сама готова сорвать с себя и бейджик, и все ярлыки.

— Ха.

В груди словно образовалась огромная дыра, сквозь которую дул ледяной ветер. Долго мучаясь от боли в животе, Джэ Гон наконец понял, что опьянел, и, отказавшись от помощи Джун Вона, отправился домой.

— ...

Естественно, Хэ Сом там не было. Её зубная щётка, одолженная футболка и бельё размером с треугольный кимпаб — всё это лишь подчёркивало её отсутствие.

Бессонная ночь, проведённая в бессмысленном ожидании, тянулась мучительно долго. И только когда солнце поднялось высоко над головой, Джэ Гон очнулся от этих долгих грёз.

Так больше нельзя. Я не выдержу без Сон Хэ Сом и дня.

Придя к этому мучительному, но до банальности простому выводу, мужчина тут же направился в «Нот».

Женщина со всё таким же осунувшимся лицом уже ждала его.

* * *

Чан, на котором появились соляные кристаллы (джангаси), исчез без следа. На его месте остались лишь неубранные осколки.

Что здесь произошло за те полдня, что меня не было?

Вернувшаяся с пустыми руками Хэ Сом растерянно смотрела на шушукающуюся кухню. Взгляды, устремлённые на неё, стали ещё более осуждающими. И от этих взглядов было невыносимо больно.

Сильно прикусив губу, Хэ Сом прошла мимо цехов закусок и антре и наконец добралась до родного горячего цеха. Только здесь она почувствовала себя спокойно. На глаза навернулись слёзы.

Проигнорировав Сын Джуна, который был надёжным, словно старший брат, но именно поэтому к нему было сложнее подойти, Хэ Сом направилась к Хви. Тот, похоже, тоже находился в сильном стрессе — отложил нож и сидел с отсутствующим видом.

— Что случилось?

Вся эта драма разыгралась после того, как Хэ Сом покинула «Нот», поэтому она не знала подробностей. Могла лишь догадываться по общей атмосфере.

Хви, тяжело вздохнув, бросил взгляд в сторону кабинета Джэ Гона.

— Говорят, они вчера тут такую драму закатили.

Они казались отличной парой. И то, как они подходили друг другу, втайне вызывало у меня ревность. ...Не зная своего места.

— Ты же как новенькая в курсе их прошлого? Наверное, знаешь, что этот сумасшедший сталкеринг — финал долгой безответной любви.

— ...

— Для шефа это цугцванг. Если он отбросит Чха Джи Вон, мы лишимся спонсорской поддержки.

Хэ Сом вдруг вспомнила о семье Джинурим, но тут же на ум пришли и слова о том, что Джэ Гон изо всех сил старается не зависеть от семьи мачехи.

В голове, и без того тяжёлой от бессонницы, всё окончательно запуталось. Посмотрев на Хэ Сом, которая сдалась и перестала пытаться что-то понять, Хви горько усмехнулся. Ему явно не хватало сигареты.

— Но, судя по всему, вчера они окончательно всё закончили. Дрались, разбили чан. Говорят, это был просто кошмар.

— ...

— Какое-то время тут будет дурдом. И тебя, новенькая, тоже затянет в эту воронку, раз уж ты с ним связана.

Будет ли у меня это «какое-то время»? Независимо от того, пройдёт она тест Джэ Гона или нет, Хэ Сом собиралась покинуть «Нот» прямо сегодня.

Быстро закончив с заготовками (препом) бульона из морского ежа, Хэ Сом приступила к созданию четырёх курсов блюд из лопуха.

Севиче из лопуха, тонко нарезанного (peel) прямо с кожурой, в качестве закуски; консоме из лопуха с ньокки из цукини в качестве антре; стейк в майонезе из твенджана (соевой пасты) с гарниром из конфи из лопуха в качестве горячего; и шоколадный мусс-торт с чипсами из лопуха на десерт.

Хотя совместное выступление Джэ Гона и шефа Жака лишило её уверенности в себе, девушка подумала: «Ну и что?». Они — великие шеф-повара, а она — всего лишь новичок, делающий первые шаги. Их навыки в принципе нельзя сравнивать.

Но оправдываться тем, что она новичок, и делать всё спустя рукава Хэ Сом не собиралась. Джэ Гон слишком хорошо знал её уровень и сразу бы понял, выложилась она на сто процентов или нет.

Хэ Сом стиснула зубы и погрузилась в подготовку к дегустации.

Было жаль, что её главный козырь — чан с кристаллами джангаси — был уничтожен, но соевой пасты для замены хватало с избытком.

Вспомнив, как Джэ Гон когда-то лично показывал правильный хват, Хэ Сом крепко сжала нож и глубоко вздохнула.

Лопух для маринада нужно тонко очистить (peel), а чтобы кожура не была жёсткой — сделать на ней микроскопические надрезы. Пока лопух будет мариноваться в сладком уксусе, нужно приготовить конфи и консоме, а затем...

Список задач, которые предстояло успеть до вечерней дегустации, чётко выстроился в её голове. И хотя ситуация была совсем не для радости, странное чувство эйфории пощекотало уголки её губ.

— Фу-ух.

Хэ Сом, собрав разбегающиеся мысли коротким вздохом, разогнула спину, когда время перевалило за пять часов вечера. То, что она остановила Джэ Гона, как раз проходившего мимо кухни, было лишь вопросом времени.

— Прошу, проведите дегустацию.