— Ты что, издеваешься?
Внезапный крик Джэ Гона заставил всех присутствующих с любопытством обернуться.
Сон Хэ Сом, стажерка с двухмесячным опытом работы на кухне, попросила главного шеф-повара о дегустации блюда. Реакции поваров разделились ровно на два лагеря. Умеренные думали: Уму непостижимо, насколько сильно Сон Хэ Сом жаждет успеха, а радикалы: Она совсем берега попутала оттого, что шеф с ней так носится.
На кухне поднялся переполох, словно произошло какое-то беспрецедентное событие. Джэ Гон ледяным взглядом пресек шум и посмотрел прямо на Хэ Сом.
— Я тебя спрашиваю: по-твоему, тестинг — это шутка?
У Хэ Сом на мгновение ёкнуло сердце.
Это было задание, которое Джэ Гон внезапно бросил ей после экскурсии на ферму. Не официальный тест, да и сама она — всего лишь какая-то там стажерка.
Она совершенно не ожидала, что он будет оценивать ее блюдо с такой враждебностью, поэтому никак не могла прийти в себя от растерянности.
Тем более кто перед ней стоит? Тот самый человек, который еще сегодня утром сладко обсасывал ее тело, словно обгладывая мясо с рыбы-сабли.
Это точно... один и тот же человек?
Разум затуманился, словно она видела какой-то сон. Но пока она рядом с ним, на сны времени не оставалось, поэтому Хэ Сом быстро взяла себя в руки.
— Никак нет, шеф.
Джэ Гон, сверкнув недобрым взглядом, подцепил тарелку с закуской пинцетом.
— Крем-брюле из инжира. Разве в меню, с приготовлением которого ты ассистируешь, уже нет крем-брюле из морского ежа? Не знаешь, что рецепты не должны дублироваться?
— Прошу прощения, шеф.
— В этом нет ни капли оригинальности, сочетание ингредиентов просто отвратительное, да и декор выглядит убого. Назови мне хотя бы три причины, по которым я должен пробовать этот мусор и оценивать его.
За спиной послышались приглушенные вздохи. Но это была не Хэ Сом — это стоящие вокруг повара ахнули от ужаса.
Все смотрели на нее с жалостью: зачем он так жестко с девчонкой? Она же даже не полноправный повар, а просто стажерка.
Но для Хэ Сом такое обращение было как раз тем, чего она и хотела. Только после столь безжалостной критики и суровой дрессировки возможен рост.
Да и когда он вообще был со мной ласков? Вот если бы он смотрел ледяным, презрительным взглядом, тогда да. А так даже спокойнее.
Собравшись с духом, Хэ Сом поднесла кончик ручки к блокноту для рецептов.
[Рецепты не должны смешиваться или дублироваться. Оригинальность, сочетаемость, декор — запрещены]
Закуска, антре, горячее, десерт. Из запланированного курса нравоучений она прошла только первый этап — закуску. Впереди был еще долгий путь.
Как и ожидалось, прямая критика Джэ Гона без всяких фильтров вонзалась как гарпун.
— Раз уж это осенние сезонные продукты, ты, видимо, решила просто запихнуть сырую сельдь в инжир. Фицин, фермент, который содержится в инжире, размягчает мясо и полностью разрушает текстуру рыбы. Она растает в кашу еще до того, как ее подадут гостю. Понимаешь? ...Чему тебя вообще в школе учили?
Она бросила быстрый взгляд на Хви и Джэ Мина, в ужасе грызущих ногти, а затем снова всё внимание перевела на блокнот.
[Инжир и сырая рыба — худшее сочетание. Применять теорию, изученную в школе, на практике.]
Слова, звучавшие как ядовитые оскорбления, в блокноте Хэ Сом переводились как вполне заслуженная критика.
[Гарнир к горячему блюду должен состоять минимум из трех элементов: крахмал, овощи и вкусовой акцент.]
[Десерты. Избавиться от стереотипа, что десерт обязательно должен быть сладким. Искать несладкие варианты.]
Когда она закончила писать, Джэ Гона, извергавшего ледяной холод, уже и след простыл. Джун Вон, с опозданием понявший, что дело пахнет керосином, просто силой увел его с кухни.
Вздохи облегчения, которые все сдерживали из-за напряжения, взорвались со всех сторон, как бомбы. А сама Хэ Сом невозмутимо сверяла свои записи с тем, что сказал шеф.
Повара, окружившие ее, наперебой начали вставлять свои пять копеек.
— Эй, ты в порядке?
— Да кому было бы в порядке на твоем месте? Тебе сейчас, наверное, не верится, но это просто такой своеобразный способ шефа выражать симпатию. Не бери в голову, просто выкинь это из головы.
— Да как такое выкинешь? У нас самих сердце в пятки ушло, пока мы это слушали.
— Что ни говори, а в холодности ему равных нет. Как можно сыпать такими оскорблениями, глядя на это милое личико!
Хви и Джэ Мин, с которыми Хэ Сом была близка, тоже стояли рядом, но даже повара из других цехов, с которыми она ни разу не разговаривала, почувствовали солидарность и начали утешать ее.
Конечно, среди них обязательно нашлись и те, кто воспользовался моментом, чтобы проверить правдивость слухов о романе.
— Говорили, что вы двое встречаетесь. Вы что, уже расстались?
— Шеф тебя бросил в одностороннем порядке? Или, наоборот, это ты его отшила, и он поэтому так бесится?
— Ого, думаешь?
— Точно, аж мурашки по коже.
Выкинув из головы все эти нелепые фантазии и любовные романы, которые они сами себе напридумывали, Хэ Сом уткнулась взглядом в блокнот.
Какие существуют несладкие десерты?
Настал момент, когда ей понадобился Ун Соп, шеф-кондитер.
* * *
Нервно одергивая помятую одежду, Джун Вон метнул злой взгляд.
— Буйвол чертов.
Конечно, это Джун Вон пытался удержать Джэ Гона, но растрепанным в итоге оказался именно он. Джэ Гон же, небрежно окинув взглядом свой идеально выглаженный поварской китель, тихо усмехнулся:
— Нужно было понимать, куда лезть, а куда нет.
— И я должен был просто стоять и смотреть, как ты издеваешься над ней на глазах у всех?
Он просто, без всяких эмоций, наносил легкие словесные удары-джебы, а тут такой переполох. Чха Джун Вон прибежал к нему с выпученными глазами, как взбесившаяся свекровь, а лица парней, наблюдавших за этой комедией, были белыми как мел.
В этом хаосе сама Хэ Сом оставалась удивительно спокойной. Фиксировала свои ошибки, а потом и вовсе радостно жмурилась, обдумывая пути решения.
Казалось, чем жестче он на нее давит, тем больше удовольствия она получает.
Конечно, сравнивать кулинарию с этим не совсем уместно, но... в постели, чем глубже и быстрее толчки, тем откровеннее она реагировала.
Чем безжалостнее он в нее вколачивался, тем сильнее она дрожала от оргазма. И каждый раз, когда он наваливался всем своим весом, она, казалось, чувствовала какое-то странное умиротворение, а взгляд становился всё более затуманенным.
Девушка, которая беспомощно обмякала под его грубой хваткой, вдруг сама начинала просить.
— Сильнее.
— Быстрее.
— Войдите глубже.
Другими словами... Сон Хэ Сом по натуре была «жертвой». Хоть сама этого еще и не осознавала.
Джун Вон, вспоминая тестирование, которое, как выяснилось, не задело только самих его участников, в ужасе замотал головой.
— Объясни мне, зачем так жестко гнобить девчонку, которая даже не в штате, а всего лишь стажерка? Еще бы немного — и она расплакалась.
— Как только начнет лить слезы — сразу вылетит.
— Какое-то время вы вроде ладили, почему ты опять за нее взялся? Из-за Ю Ын Сона?
— Я что, похож на человека, который срывает личные эмоции на подчиненных?
— Да. На все сто.
Проигнорировав Джун Вона, который вбил последний гвоздь в этот спор, Джэ Гон прокрутил в голове свое расписание.
— Это в стиле Сон Хэ Сом, так что не лезь. Просто освободи один столик на четырнадцатое число.
Джун Вон, сбитый с толку внезапной сменой темы, сильно нахмурился.
— Что?
— Приезжает шеф.
— Какой?
— Жан Жак.
Джун Вон аж подпрыгнул на месте.
— С чего вдруг этому старикашке сюда ехать?! Когда мы сами отправляли ему приглашения, он даже пальцем не пошевелил!
Когда они только открылись, когда получили одну звезду Мишлен, потом две, потом три... «Нот» постоянно отправлял ему приглашения.
И тот, кто игнорировал их даже без дежурного вежливого отказа, вдруг решил приехать — неудивительно, что у Джун Вона глаза на лоб полезли. Джэ Гон ответил с невозмутимым спокойствием:
— Видимо, потянуло на корейскую кухню.
— Только не говори, что он, как кое-кто, решил использовать служебное положение, чтобы отыграться на своем ученике?
Учитывая его скверный характер, это было вполне возможно. Джэ Гон не стал этого отрицать.
— Сколько человек?
Кстати, я об этом даже не спросил. Переводчик, гид, секретарь, агент, а вдруг еще и любовницу притащит? Шести мест, наверное, хватит.
— Шесть.
— Так много?
— Пока бронируем по максимуму.
Джун Вон, делая пометки в календаре на экране смартфона, вдруг цокнул языком.
— А, у меня плохое предчувствие.
— Какое еще?
— Просто плохое предчувствие, и всё тут. То, что Чха Джи Вон подозрительно затихла, тоже настораживает.
Он что, гадалка?
Проигнорировав его интуицию, Джэ Гон вышел из кабинета. Кухня была пуста — видимо, все ушли на перерыв.
Остались только Ун Соп и Хэ Сом, которые страстно о чем-то спорили, сдвинув головы.
— Тимлид Соп, какие вообще существуют несладкие десерты?
— Хм, дай подумать. Сорбет?
— Сорбет кажется кислым из-за лимона, но на самом деле там огромное количество сахара.
— Это да. Что еще... Может, пироги?
— Но начинка у них тоже очень сладкая.
И почему мне так приятно наблюдать за этим жалким сборищем профанов? Я и сам не понимаю.
