Ци Фэн был прав. Солдатам королевства Тяньцзинь не потребовалось много времени, чтобы признать победителя и склониться перед Великой династией Цзинь. Тот факт, что война длилась так долго, превзошёл все ожидания. Королевство Тяньцзинь – это не что иное, как страна величиной с шарик для пращи (1), и вся ситуация действительно заставляет задуматься, откуда у неё взялось достаточно сил, чтобы противостоять Великой династии Цзинь. Однако, в любом случае, помимо предупреждения Великой династии Цзинь, это было настоящее поражение. Посланник взял акт о капитуляции, чтобы отправиться в армию Великой Цзинь, вместе с которой ему предстояло вернуться в столицу Великой Цзинь, где необходимо было дождаться аудиенции у Императора, поздравляя сильнейшего. Среди них было много шума по поводу компенсации за разделения земель, но конкретные заявления были личными, и никто не мог с уверенностью утверждать, какие новости правдивы.

Возвращаясь в столицу после пересечения границы, вы окажетесь в горах и реках, и какое-то время вы не сможете вернуться. Тем не менее Цзинь Ин Ван фу начал оживляться. Управляющий Линь организовал то, что Сяо Шао должен был сделать после возвращения в фу. Самым важным был брак Сяо Шао с Цзян Жуань. В начале, до того, как Сяо Шао покинул столицу, Вдовствующая Императрица издала указ, и брак должен был быть завершён только тогда, когда Ванъе вернётся в столицу династии с победой. Теперь, когда Цзян Жуань также уже некоторое время жила в Цзинь Ин Ван фу, можно было быть уверенным, что её положение на месте фужэнь Цзинь Ин Ван фу было не за горами. Управляющий Линь вёл расчёты с тех пор, как год назад получил указ. Цзян Жуань думала, что всё уже в порядке. Кто знал, что управляющий Линь всё ещё беспокоился об этом, от кристаллов хрусталя, наклеенных на свадебные приглашения, до резных узоров на палочках для еды из слоновой кости, которыми пользовались гости на банкете. Он продумал практически всё.

Лу Чжу обошла управляющего Линя и сделал жест мольбы о пощаде:

– Управляющий Линь, этот список закусок менялся десятки раз. Я действительно ни о чём не могу думать, дайте мне передохнуть, я просто рабыня.

Управляющий Линь посмотрел на Лу Чжу и сказал:

– Поскольку вокруг юной леди так много людей, ты также знаешь людей, с которыми юная леди встречается в обычные дни. Этот свадебный банкет нельзя устраивать наспех. чем он изысканнее, тем лучше всем будет видно, что наш Цзинь Ин Ван фу уважает молодую леди. Таким образом, у юной леди будет достаточно лицо, чтобы гордо держать голову. А ты будешь гордиться тем, что являешься служанкой юной леди. Кроме того, поскольку ты последовала за юной леди в дверь Цзинь Ин Ван фу, то сама стала членом Цзинь Ин Ван фу, поэтому ты должна видеть себя одной из нас. Почему маленькая девочка так спокойна? Ну же, давай посмотрим, как насчёт этого небольшого отвара в начале трапезы, придающего ему более лёгкий цзяннаньский вкус?

Лу Чжу закатила глаза и, не оглядываясь, обошла управляющего Линя и вошла в дом.

Когда она вернулась в дом, то увидела, что Лянь Цяо и Бай Чжи окружили Цзян Жуань и не знали, что делать. Даже Тянь Чжу стоял в стороне и наблюдал. Лу Чжу с удивлением спросила:

Мягкая кушетка перед Цзян Жуань была покрыта слоем вещей. Подойдя ближе, Лу Чжу не могла отвести взгляд и сдержать восторженное восклицание:

– Какое красивое свадебное платье!

Большинство свадебных платьев женщины вышивали своими руками. Притом вышивать наряды они начинали за несколько лет до грядущего события. Мастерство свадебных платьев также можно увидеть в популярности женщин. Девушка была в прекрасном настроении, когда вышивала своё свадебное платье. Просто, когда Цзян Жуань получила указ Вдовствующей Императрицы, время было слишком поспешным, и она переехала в Цзинь Ин Ван фу. То, о чём она думала каждый день, было не свадебным платьем. Время неслось вскачь с такой скоростью, что Цзян Жуань вообще не собиралась вышивать собственное платье. Она планировала попросить магазин, который занимается пошивом одежды в столице, сделать подходящий наряд, когда придёт время, при условии, что она не потеряет шанс войти в двери Цзинь Ин Ван фу. Кто знал, что владелец магазина Бао Юэ Лоу пришёл сегодня, чтобы доставить свадебное платье, сказав, что Сяо Шао приказал Бао Юэ Лоу сшить его, когда он уезжал из столицы. Кто такой Цзинь Ин Ван? Получив этот заказ, владелец магазина мог обеспечить себя и свою семью на безбедную жизнь в течение многих лет. Владелец магазина пригласил лучших вышивальщиц, и, наконец, приложив множество усилий, он сделал это для Цзян Жуань, прежде чем Сяо Шао вернулся.

Цзян Жуань всё ещё была удивлена в глубине души. Она не помнила, когда сама заказывала одежду. Ещё больше девушке не давал покоя вопрос, откуда Сяо Шао узнал её размер? Но сейчас действительно не время беспокоиться об этом. Следует понимать, что Бао Юэ Лоу всегда шил одежду для Императрицы во дворце, даже Цзян Жуань не могла сдержать вздоха восхищения, когда получила свадебное платье.

Всё полотно свадебного платья было красным и блестящим, но это не обычный красный цвет. Он был подобен облакам в небе, медленно растворяющимся в небесной стыни, тёплым и мягким, не имеющим себе равных по красоте.

_________________________

1. 弹丸之地 (dànwánzhīdì) – литературный перевод – земля, величиной с шарик для пращи – небольшой участок (клочок, пятачок) земли, крошечная территория, ничтожное местечко.

Ткань представляла собой муаровую накидку с двойным полотном из шёлка, расшитую золотом и серебром. Мотивом для вышивки послужили птицы Луаньфэн (1). Золотой и серебряный шёлк чрезвычайно тонкий, и вышивка чрезвычайно изысканна от стежка к стежку. Птица Луань изящно выгибала шейку, а красочный хвост феникса был невероятно очарователен, а низ украшен разноцветными драгоценными камнями. Это почти вызывало головокружение, когда его осторожно встряхивают.

Корона феникса также изысканна и компактна, она не была тяжёлой, и носить её не составит труда. Изумрудные птичьи перья сверкали и светились, отражая опьяняющие цвета. Корона феникса была украшена ювелирными украшениями, золотые драконы, изумрудный феникс и жемчужные украшения дополняли друг друга. Это было настолько великолепно, что, очевидно, было недоступно обычным мастерам. Золотой дракон на короне феникса поднимался и парил над зелёными облаками, а зелёный феникс расправлял крылья и летел среди драгоценных камней и листьев. Самая трогательная вещь – это бусина, содержащаяся во рту феникса в середине. Всё тело кристально чистое и круглое, а цвет слегка прозрачный. Она могла излучать яркий блеск, когда носящая эту корону женщина будет двигаться. С такой короной феникса она действительно должна была сиять всем своим телом.

И не только это, её также украшали парные яркие буяо (2), двойные звенящие золотые кольца, концентрические узлы и счастливые туфли, вышитые уточками-мандаринками. Глядя на весь этот набор, Цзян Жуань, которая уже видела великолепное убранство и придворную одежду Императрицы во дворце во времена своей прошлой жизни, не могла в этот момент не чувствовать себя немного потерянной.

Женское свадебное платье изначально несло в себе все надежды женщины на будущее, и она должна была приложить все свои силы, чтобы сделать его ещё красивее. В этой жизни её не особенно прельщали все красивые вещи, но Сяо Шао подумал об этом и был очень вдумчивым в данном вопросе. Лу Чжу широко открыла рот от удивления, уже находясь в оцепенении, и долго бормотала:

– Зять (3) действительно щедр. Это выглядит так, словно юная леди наденет на себя весь особняк министра Цзяна.

Лянь Цяо рассмеялась с натугой и сказала:

– Ерунда, что ты имеешь в виду, когда говоришь об особняке министра Цзяна? – она взглянула на изысканное свадебное платье, которое не выглядело так, как будто оно не могло существовать в мире смертных, и улыбалась всё более и более счастливо: – Как Цзян фу может позволить себе приобрести подобное платье?

Поскольку отношение Цзян Цюаня к Цзян Жуань становилось всё более и более холодным, и в течение года он даже не проявил инициативы, чтобы спросить о состоянии Цзян Жуань, служанки вокруг Цзян Жуань стали холодны к Цзян Цюаню. Первоначально они думали, что однажды Цзян Цюань увидит доброту Цзян Жуань. В конце концов, они были биологическими отцом и дочерью. Если они сломали свои кости, они всё равно были связаны сухожилиями. Как можно было разорвать связи, если те были настолько глубоки? Теперь девушки больше не хотели говорить о нём. Как бы то ни было, Цзян Жуань собиралась войти в Цзинь Ин Ван фу в качестве фужэнь. В будущем она будет членом Цзинь Ин Ван фу, независимо от того, что делают эти неуместные люди. Без этого слоя угрызений совести Лянь Цяо стала бесцеремонной, когда заговорила с Цзян фу.

Все снова засмеялись, а взгляд Цзян Жуань упал на свадебное платье, и она не смогла удержаться, чтобы не покачать головой. Это платье действительно должно быть надето на свадебную церемонию, но она не знала, насколько большую сенсацию вызовет, если облачится в него. Свадебное платье Сяо Шао достойно всех вещей столичного чиновника пятого ранга. Конечно, после того, как она выйдет замуж за Сяо Шао, Цзян Жуань не будет удостоена имени ведьмы, которая причинила вред стране, но прозвища роковой красавицы ей точно было не избежать.

Пока они говорили, Цзян Жуань услышала, как кто-то снаружи доложил:

– Молодая фужэнь, молодой господин Ся и молодой господин Ци пришли повидаться с Вами.

Цзян Жуань попросила Бай Чжи и остальных убрать свои свадебные наряды, толкнула дверь и вышла. Как только они вышли, то увидели Ся Цина и Ци Фэна, сидящих за каменным столом во дворе. Увидев её прибытие, Ци Фэн улыбнулся и пошутил:

– Я слышал, как люди в этом особняке говорят, что Бао Юэ Лоу было доставлено свадебное платье, и мы с моим пятым братом держим пари.

– Каков предмет вашего пари? – Цзян Жуань слегка улыбнулась.

_________________________

1. 鸾鸟朝凤 (luánniǎo zhāo fèng) – литературные перевод – птицы луань-няо и фэн (феникс-самец) встречают зарю. Обе птицы, луань-няо и фэн, являются благоприятными птицами. Лань-няо – мифологическая птица, которая появляется только в мирное время, в то время как появление фэн, царственной птицы, предвещает появление на земле совершенного и мудрого человека. «朝», иероглиф cháo, в данном случае должен читаться как чжао, и означает рассвет или утреннее солнце. Этих птиц часто вышивают вместе или вообще объединяют в одну, часто символизируя супружескую пару, символ удачного бракосочетания.

2. 步摇 (bùyáo) – жемчужные или яшмовые подвески женского головного убора, раскачивающиеся при ходьбе.

3. 姑爷 (gūyé) – хотя она называет его зятем, Лу Чжу произносит это с огромным почтением.

– Мы спорим о том, сколько серебра стоит свадебное платье, подаренное третьим братом, – детское личико Ся Цина было чрезвычайно приятным, и он выглядел очень мило, когда говорил вот так торжественно: – Четвёртый брат предположил, что это было сто тысяч таэлей, а я думаю, что это было пятьдесят тысяч таэлей.

Им двоим было так скучно, что они даже затеяли эту дурацкое пари. Цзян Жуань было немного неловко, но она только чувствовала, что названые братья Сяо Шао были очень живыми, и она не могла понять, как в такой компании мог развиться столь сдержанный темперамент Сяо Шао. В этот момент снова послышался чёткий голос Ся Цина:

– Просто, будь то пятьдесят тысяч таэлей или сто тысяч таэлей, третий брат слишком расточителен. Откуда может быть такая дорогая одежда? Если взять эти деньги, то можно открыть ещё несколько хороших медицинских залов. Я не знаю, сколько людей можно спасти с такими деньгами

– Это не твоё дело, – Ци Фэн сильно ударил Ся Цина по голове. – Ты не зарабатывал деньги третьего брата. Ты не строил этот Цзинь Ин Ван фу. Люди могут использовать свои деньги столько, сколько захотят. что плохого в том, что третья невестка надела свадебное платье, которое будет столь драгоценным? Если я женюсь на такой жене, как моя третья невестка, я обязательно сделаю всё возможное, чтобы найти для неё платье, достойное её! – как только голос стих, Ци Фэн внезапно понял, о чём он говорит, и не смог удержаться, чтобы не замолчать, и посмотрел на Цзян Жуань с некоторым беспокойством.

Цзян Жуань пропустила это мимо ушей, как будто думая о чём-то другом, глаза Ци Фэна потускнели. Ся Цин коснулся своей головы и обиженно сказал:

– Четвёртый брат, теперь ты всё чаще и чаще сталкиваешься с третьей невесткой. Это не твоя леди, ты чего ты постоянно смущённо замолкаешь в её обществе? Ты уверен, что всё ещё дорожишь дружбой нашего брата?

– Ты… – Ци Фэн действительно хотел избить этого младшего брата с недостаточным количество корней и извилин (1). В мгновение ока он увидел задумчивый вид Цзян Жуань, и его движения замедлились.

Цзян Жуань в тот момент думала о том, что в мгновение ока ей пришло время выйти замуж за Сяо Шао. В этой жизни она не хотела повторять ошибок своей предыдущей жизни, поэтому каждое движение было направлено на то, чтобы как можно больше избегать идти по пути своей предыдущей жизни. В конце концов, она не смогла быть достойной женой в своей прошлой жизни. Хотя она числилась Императорской наложницей на поверхности, по-настоящему Цзян Жуань никогда не была наложницей Императора. Стать молодой фужэнь Цзинь Ин Ван фу, конечно, равносильно тому, чтобы заполучить надёжного покровителя. Сила Сяо Шао может сделать для неё гораздо более удобными многие вещи, но самое главное, что она может полностью избавиться от тени Сюань Ли. В этой жизни, в вопросе любви, Цзян Жуань, наконец, разорвала последнюю связь с Сюань Ли. Отныне она будет женщиной из семьи Сяо, а не из семьи Сюань.

Она пришла в себя, посмотрела на Ци Фэна и Ся Цина, слегка улыбнулась и сказала:

– Получается, раз Сяо Шао возвращается, то и мой старший брат тоже возвращается. Я боюсь, что изначально стабильная ситуация в столице скоро изменится. Не относитесь к этому легкомысленно в последнее время. Я не беспокоюсь о молодом господине Ци, просто молодой господин Ся…

Ся Цин не был убеждён:

– Что со мной не так? Третья невестка, почему ты так по-разному относишься к нам двоим?

– У тебя доброе сердце и мягкий темперамент, поэтому тебя неизбежно будут использовать другие, – Цзян Жуань улыбнулась: – Будет хорошо, если ты станешь внимательно следить за этим. Будь осторожен, прежде чем Сяо Шао и остальные вернутся в столицу.

Ся Цин и Ци Фэн переглянулись, пожали плечами и сказали:

– Хорошо, старшая невестка мне как мать, я послушаю третью невестку.

Лу Чжу тайно смеялась, пока слушала их разговор.

* * *

Ночью было ветрено, и Бай Чжи встала и закрыла окно. Она неожиданно обнаружила, что на улице уже начал накрапывать мелкий дождь. Холодной зимней ночью было уже очень холодно, и когда дождь падал на людей, они сразу почувствовали бы невероятную прохладу… Бай Чжи закрыла окно и посмотрела на Цзян Жуань, которая всё ещё сидела за столом и читала книгу, и сказала:

– Юная леди должна лечь отдохнуть пораньше. через некоторое время пойдёт сильный дождь, и будет холодно.

Цзян Жуань кивнула, закрыла книгу и, когда подошла к двери, услышал снаружи шум, как будто что-то лопнуло. Она нахмурилась:

– В такой час, у кого может быть настроение взрывать петарды? – у Цзян Жуань всегда была какая-то неожиданная интуиция относительно опасности, поэтому она надела плащ и встала, собираясь выйти во двор, чтобы посмотреть.

Видя, что у Цзян Жуань появились такие мысли, Бай Чжи не остановила её. В любом случае, снаружи были тайные стражники, которые не могли позволить произойти большим неприятностям.

Когда Цзян Жуань вышла во двор, она увидела маленького парня снаружи, который торопливо вбегал внутрь, и сказал встревоженным тоном:

– Молодая фужэнь, снаружи стоит группа людей, которые утверждают, что они чиновники, которые пришли поймать убийц. Этот скромный раб не осмеливается открыть дверь. Подойдите и спросите молодая леди, что они имеют в виду.

_________________________

1. 少根筋 (shǎogēnjīn) – дословный перевод – не хватает корней и извилины – идиома, описывающая недостаточно умного человека, мозгов не хватает.

Люди при Цзинь Ин Ван фу были тщательно отобраны, и они не были глупы. Действительно было крайне странно, почему офицеры и солдаты, решившие захватить убийцу, внезапно пришли так поздно, и было бы разумно следить за этим. Цзян Жуань улыбнулась и сказала:

– Всё в порядке. Для поимки убийц также требуются официальные печати и жетоны. Поскольку ты отказался открыть дверь, это означает, что они не принесли с собой эти два аксессуара. Поскольку двух аксессуаров нет, они не могут подтвердить свою личность. Цзинь Ин Ван фу – это не соломенные двери маленькой семьи (1). Даже если это соломенные двери маленькой семьи, они не могут просто вломиться. Эти люди должны обращать на это внимание. Ты проделал хорошую работу.

После похвалы Цзян Жуань маленький слуга немного покраснел, но тут же сменил выражение беспокойства:

– То, что сказала молодая фужэнь, верно, но эти люди угрожающие, а маленький раб слушал ситуацию из-за двери. Дело не в том, что маленький слуга отказался, даже если Вы откажетесь открывать дверь, я опасаюсь, что они не сдадутся.

Как только голос стих, словно слова маленького слуги стали сигналом для начала новой сцены, они увидели, как стражник, охранявший ворота, спешит к ним:

– Молодая фужэнь, это нехорошо, эти люди уже начали вламываться в Цзинь Ин Ван фу. Подчинённый посмотрел на них. У них не так уж много людей, но все они принесли луки и стрелы. Те, кто пришёл, очевидно, плохие люди. Подчинённый опасается, что они могут оказаться очень опасными.

Управляющий Линь тоже вышел из своего двора и, увидев Цзян Жуань, вздохнул с облегчением. Теперь Цзинь Ин Ван фу считал Цзян Жуань своей фужэнь на полном серьёзе. Как только что-то случится, пока Цзян Жуань там, управляющий Линь будет отчитываться непосредственно перед Цзян Жуань. Обычный смех и хохот управляющего Линя исчезли, и он сказал уверенным тоном:

– Молодая фужэнь, это место слишком опасно. Стражники Цзиньи, которых оставил господин, защитят Вас и помогут выйти отсюда. Синьу (2) господина всё ещё здесь, так что Вы находитесь под защитой.

Если Цзинь Ин Ван фу стал мишенью, а другая сторона осмелилась так бесчинствовать сегодня вечером, они, должно быть, отлично подготовились. Цзян Жуань небезопасно оставаться здесь. В любом случае, молодая фужэнь из Цзинь Ин Ван фу всегда должна быть на первом месте.

Цзян Жуань некоторое время размышляла, затем покачала головой и сказала:

– Нет.

Все были шокированы её словами, и Лу Чжу была немного встревожена:

– Юная леди, сейчас не время быть храброй. Поскольку эти люди осмелились ворваться в Цзинь Ин Ван фу ночью, им должно быть очень что-то нужно. Что, если с Вами что-то случится?

Вообще-то говоря, Цзинь Ин Ван фу был подобен железной стене. Никто не ожидал, что кто-то ворвётся в Цзинь Ин Ван фу. Сяо Шао вёл людей, готовясь вернуться в столицу Великой Цзинь. Формирование армии всё ещё используется. Если вы хотите выйти на улицу, вы уже будете окружены полками, и нет людей, которые могли бы доставить письма в другие места. Другая сторона использовала такие очевидные средства, не более чем для получения двух вещей, одна из которых – жизнь, а другая – другие вещи в Цзинь Ин Ван фу.

Человеческую жизнь нетрудно объяснить, но теперь в Цзинь Ин Ван фу появилась ещё одна, Цзян Жуань. Что касается других вещей… Цзян Жуань посмотрела на управляющего Линя:

– Сколько всего стражников в этом особняке?

– Всего здесь сто восемьдесят стражников. Даже слуги и служанки, которые прислуживают в Цзинь Ин Фан фу, немного владеют боевыми искусствами, – сказал управляющий Линь. – Но в противостоянии этим людям снаружи мы будем подобны богомолам, лапками задерживающими колесницу (3). Люди используют луки и стрелы. Кроме того, они хорошо организованы. Это всё равно, что использовать армию, чтобы захватить наш один-единственный Ван фу. Молодая фужэнь, это место действительно опасно. Молодой господин оставил кое-что перед своим уходом. Если юная леди решила остаться, как насчёт того, чтобы позвать стражников Цзиньи, чтобы защитить юную леди?

– Нет необходимости, – Цзян Жуань категорически отказался: – Поскольку эти люди осмеливаются приходить так высокомерно, они могут иметь намного более глубокие помыслы. Я боюсь, что они пытаются проверить глубину гвардии Цзиньи. Есть ли в этом фу какие-то секреты?

Управляющий Линь опешил и посмотрел на Цзян Жуань. Цзян Жуань пристально посмотрела на него. В её всегда улыбающихся и очаровательных глазах была некоторая резкость. Управляющий Линь был ошеломлён этими глазами. Он больше не смел это скрывать и сказала:

– Да. Молодой господин занимается официальными документами в Цзинь Ин Ван фу, и некоторые секретные вопросы также обсуждаются в фу. Хотя старый раб не очень осведомлён, он также знает, что в Цзинь Ин Ван фу должно быть много важных вещей. Хотя они хорошо защищены, неизбежно, что кто-нибудь сумеет их обнаружить.

_________________________

1. 蓬门小户 (péngmén xiǎohù) – литературный перевод – соломенные двери маленькой семьи. Соломенные двери являются идиомой, описывающей убогое жилище, бедный дом или жилище отшельника.

2. 信物 (xìnwù) – это некий предмет, который означает согласие или соглашение (например, обручальное кольцо) или подтверждает право (жетон, печать, кольцо-печатка) на что-либо. К сожалению, не сказано, что именно оставил Сяо Шао, поэтому я оставила пиньинем.

3. 螳臂当车 (tángbì dāngchē) – литературный перевод – богомол лапками задерживает колесницу – идиома, описывающая попытку сделать непосильную вещь, переоценивание собственные сил, непосильную задачу, безнадёжную попытку.

Сердце Цзян Жуань упало, и она холодно сказала:

– Это действительно хороший план с несколькими стрелами.

– Каково же решение? – спросил управляющий Линь.

Цзян Жуань быстро развернулась и направилась к главному залу Цзинь Ин Ван фу:

– Кажущиеся безрассудными действия, но в этот момент, если будет использована гвардия Цзиньи, они смогут узнать истинную силу Цзинь Ин Ван фу. Если мы покинем Цзинь Ин Ван фу и сбежим, возможно, им удастся узнать секреты Цзинь Ин Ван фу, и если мы будем нацелены на то, чтобы спасти чьи-то жизни, это станет ещё проще. Он просто грабитель, но он умный грабитель, – Сюань Ли, от этого ублюдка действительно не так-то просто избавиться. Теперь он такой агрессивный, когда делает бросок. Цзян Жуань шла быстро, её шаги совсем не останавливались, и её длинный плащ из лисьей шкуры нарисовал великолепную дугу в ночи: – Без дальнейших церемоний, Лао Линь, собери всех людей в особняке, чтобы они собрались в парадном зале. Сегодня вечером никому не разрешается покидать Цзинь Ин Ван фу ни на один шаг!

Управляющий Линь был потрясён жестокостью слов Цзян Жуань и немедленно ответил:

– Да!

Движения управляющего Линя были действительно быстрыми. Менее чем за половину времени, необходимого на сгорание палочки благовоний, все люди собрались в парадном зале Цзинь Ин Ван фу. Цзян Жуань стояла во дворе парадного зала. На глазах у всех управляющий Линь отошёл в сторону, а Цзинь Эр и несколько тайных стражников последовали за Цзян Жуань, не сказав ни слова. Все взгляды упали на будущую молодую фужэнь Цзинь Ин Ван фу. Ситуация была опасной сегодня вечером, но эта женщина отказалась бежать в одиночку. Этот шаг уже завоевал расположение людей в Цзинь Ин Ван фу. Все дамы в столице деликатны, и тот факт, что эта молодая девушка имела такое мужество, уже заставил людей испытывать восхищение её персоной. Но если это безрассудный поступок, это не принесёт удачи Цзинь Ин Ван фу, поэтому все хотели посмотреть, что сможет придумать Цзян Жуань.

Цзян Жуань стояла перед всеми. Чем глубже была ночь, тем великолепнее становился её цвет лица. В такой опасной ситуации глаза девушки были ослепительны, а в уголках губ играла слабая улыбка. Спокойная, но все чувствовали слабое убийственное намерение, исходящее от её тела. Цзян Жуань сказала:

– Все, мне не нужно больше ничего говорить. Кто-то собирается ворваться в Цзинь Ин Ван фу сегодня вечером. Я не знаю, какова их цель. В такой манере всегда приходят плохие люди. Вы все из Цзинь Ин Ван фу. Теперь кто-то хочет войти в ваш двор и может убить ваших родственников, ограбить ваши сокровища или даже надеть на вас шляпу убийцы.

То, что она сказала, было холодным, как будто Цзян Жуань говорила о том, что произойдёт в домах других людей, но все были потрясены, услышав это. Догадываться о том, что может произойти, – это одно. Совсем другое дело – столкнуться лицом к лицу с фактами, которые действительно исходят из уст других людей. Взгляды всех слегка изменились.

– Ваш господин доверил мне Цзинь Ин Ван фу перед отъездом, и я пообещала защищать его стабильность. Каждое растение и дерево в этом особняке могут быть тесно связаны с будущим Цзинь Ин Ван фу, и к этому не следует относиться легкомысленно. Поэтому я также буду серьёзна сегодня вечером. Я хочу выполнить своё обещание вашему господину. Я не оставлю этот дворец позади. Я буду с вами до конца. Грабители приближаются. Если вы не уйдёте, я тоже не уйду. Я останусь здесь до последнего момента.

Все непонимающе смотрели на неё, и некоторые люди могли быть озадачены, как могла Цзян Жуань, будучи Ванфэй золотых ветвей и нефритовых листьев (1), молодой фужэнь всего Цзинь Ин Ван фу, захотеть остаться здесь. Зная, что это был заговор, но не желая отступать. В этих прекрасных глазах явно был какой-то голодный волчий взгляд, одинокий и крайне равнодушный, она игнорировала свою собственную жизнь.

Тянь Чжу спокойно стояла рядом с Цзян Жуань. С того момента, как она последовала за Цзян Жуань, девушка поняла, что юная госпожа, за которой она следовала, в чём-то была такой же, как стражники Цзиньи. Независимо от того, как изменился внешний мир, её сердце всегда будет сильным и непоколебимым.

Цзян Жуань холодно приказала:

– Теперь, в моем качестве Цзинь Ин Ванфэй, я приказываю вам, всем маленьким слугам и служанкам, вернуться в свои дома и найти место, где можно спрятаться. Вся стража фу, вы сосредоточены здесь, сосредоточившись на охране кабинета и спальни Сяо Шао. Если кто-нибудь ворвётся внутрь, они все будут убиты. Цзинь Эр, ты должен найти способ выбраться из Цзинь Ин Ван фу. Если есть тайный путь, лучше зажечь все дома вокруг Цзинь Ин Ван фу. Цзинь Сань и Цзинь Сы, вы двое зажгите сигнальные ракеты. Гвардия Цзиньи не может выйти вперёд, но семья Чжао можете сделать свой шаг, – её глаза были очень холодны, а тон непостижим: – Если они хотят войти в это место, то должны посмотреть, есть ли у них такие способности. Взвешивая глубину Цзинь Ин Ван фу, я хочу посмотреть, насколько они квалифицированы приходить и уходить отсюда по собственному желанию!

Все были ошеломлены этими почти проклинающими словами и не могли не посмотреть на прекрасную фужэнь. Она была очаровательной и яркой, и её малиновое платье развевалось на ветру холодной ночи. Красные цветы, но тон жестокий и холодный, как злой дух, вылезающий из Ада. Презрение, которое струилось из уголков её глаз, содержало в себе своего рода презрение, выгравированное в костях девушки, и все были немного смущены. Ладони управляющего Линя задрожали. Он не знал почему, но чувствовал, что Цзян Жуань в это время была очень похожа на Сяо Шао. Это было из-за силы и стойкости их костей. Они бы ничего не испугались, даже если бы нож оказался перед ними в следующую секунду, у них обоих хватило смелости спокойно приказывать своим подчинённым выложиться изо всех сил.

– А теперь, действуйте немедленно! – приказала Цзян Жуань.

_________________________

1. 金枝玉叶 (jīnzhī yùyè) – литературный перевод – золотые ветви и яшмовые / нефритовые листья – идиома, которая описывают людей голубых кровей, будь то люди аристократического происхождения или Императорской фамилии.