Бэк Тэ Джун осторожно поднял конверт. На завязанной ленте округлым почерком было выведено: «Пожалуйста, открой». Повинуясь просьбе, он развязал ее и вскрыл конверт.
Достав и развернув сложенный лист бумаги, он не обнаружил там ни единого слова — только довольно сложную на вид криптограмму.
Глядя на головоломку, которую она явно нарисовала сама, Бэк Тэ Джун тихо усмехнулся. Его губы изогнулись в красивой улыбке, обнажив глубокие ямочки на щеках. Какое-то время он просто изучал листок.
«По порядку... найди цвета».
«Silver (Серебро): Work (Работа)»
«Red (Красный): Sleep (Сон)»
«White (Белый): Eat (Еда)»
Судя по всему, ради этого милого сюрприза Соль Мин Хи и велела Луке держать рот на замке. Как бы Тэ Джун ни пытался сдержать улыбку, губы сами собой растягивались, так что ему пришлось прикусить нижнюю.
Разгадать шифр было несложно, но вот что означали слова, написанные рядом с цветами, пока оставалось загадкой.
Наверное, это подсказки о местоположении.
С листком в руке Бэк Тэ Джун прошел в гостиную.
На кофейном столике и консоли стояли вазы с пышными шапками летних гортензий. Вдыхая витающий в воздухе тонкий цветочный аромат, Бэк Тэ Джун наслаждался чувством, от которого все тело сладко таяло.
Я вернулся домой.
Раньше пентхаус был для него просто местом для ночлега. Но благодаря Соль Мин Хи у него тоже появилось место, куда хочется возвращаться — точка притяжения под названием «дом». Тепло, тянувшее его к себе с силой гравитации.
Сердце щемило от нестерпимого желания поскорее увидеть ее.
* * *
Первой подсказкой были «Серебро» и «Работа». Он без колебаний направился в свой кабинет. Как и ожидалось, на его огромном столе лежала коробочка.
Она оказалась тяжелее, чем он предполагал. Осторожно приподняв крышку, Тэ Джун увидел серебристый циферблат наручных часов, покоящихся в самом центре.
Бэк Тэ Джун растерялся. Было совершенно очевидно, что это подарок от Соль Мин Хи.
Он так давно ни от кого не получал подарков, что даже не знал, как реагировать. Несмотря на прохладу от кондиционера, его бросило в жар так, что запылали уши.
Потирая шею сзади, Бэк Тэ Джун долго смотрел на содержимое коробочки, а затем снял с запястья свои часы. Достав новые, обернутые вокруг маленькой подушечки, он медленно надел их и защелкнул замок. Тяжелый, прохладный металл приятно холодил разгоряченную кожу.
Выйдя из кабинета, Бэк Тэ Джун торопливым шагом направился в спальню на поиски второй подсказки — «Красный» и «Сон».
Теперь Соль Мин Хи жила в его спальне... точнее, в их общей спальне. Повсюду были расставлены милые мелочи вроде фоторамок. В гардеробной стало больше ее одежды, а в ванной — косметики.
Распахнув дверь, он огляделся в поисках чего-нибудь красного.
Недавно Соль Мин Хи сменила постельное белье на тонкое и легкое. Причиной стало то, что даже с включенным кондиционером ей было жарко из-за Бэк Тэ Джуна, который и во сне крепко прижимал ее к себе, оплетая руками и ногами. Прямо на этой белоснежной простыне лежал кроваво-красный клочок ткани.
Что это вообще такое?..
Бэк Тэ Джун поднял невесомый, словно перышко, лоскуток. Кружево и тонкие тесемки переплетались так хитроумно, что было непонятно, где начало, а где конец, и можно ли этим вообще хоть что-то прикрыть. Однако назначение вещицы было настолько очевидным, что не нуждалось в объяснениях.
И она собиралась... это надеть?
Бэк Тэ Джун шумно выдохнул, даже не осознавая, что всё это время задерживал дыхание.
Пульс мгновенно подскочил, а от тела волнами, словно марево над раскаленным асфальтом, начал исходить жар. Грубым движением он расстегнул пиджак и сбросил его на пол, словно стряхивая с себя оцепенение. Ткань брюк в паху уже натянулась так сильно, что доставляла дискомфорт.
— Ха, блядь...
Процедив ругательство сквозь стиснутые зубы, Бэк Тэ Джун подцепил белье указательным пальцем. Уперев вторую руку в бок, он попытался восстановить сбившееся дыхание. А затем, издав короткий смешок, покачал головой.
Я же не подросток в пубертате, чтобы так заводиться от одного вида сексуального белья.
Впрочем, удивляться было нечему. Эта «аномальная реакция», начавшаяся в день их первой встречи, в последнее время только усилилась.
Ему было трудно сдерживаться даже тогда, когда он считал происходящее лишь мимолетной физиологической реакцией. Что уж говорить о настоящем моменте, когда он жил с женщиной, ставшей его первой и последней любовью — он чувствовал себя животным в период гона, у которого инстинкт размножения не отключается ни на секунду.
Цепляясь за ускользающие остатки рассудка, который поглощали первобытные инстинкты, застилая глаза красной пеленой, Бэк Тэ Джун направился в столовую на поиски третьей подсказки — «Белый».
Коридор, по которому он проходил тысячи раз, теперь казался бесконечно длинным.
Все его мысли опутало красное кружево. Образ обольстительной Соль Мин Хи, лежащей на кровати в этом белье и соблазняющей его, полностью завладел разумом. Поток сознания вернул его к ночи перед командировкой.
Это был их первый секс после инцидента. Рассудок Бэк Тэ Джуна испарился, и он набросился на нее как обезумевший. Таков был результат долгих и мучительных двух месяцев воздержания.
Во время попытки похищения преступник пнул Соль Мин Хи в бок, из-за чего у нее образовалась микротрещина в ребре.
Слова врача о том, что с этим ничего не поделаешь, кроме как принимать обезболивающие и ждать, пока кость срастется сама, привели Бэк Тэ Джуна в бешенство. А то, что это было правдой, злило еще больше.
Надо было прикончить того урода прямо там.
Его то и дело накрывали вспышки жажды убийства.
Решение изменить траекторию отвертки, которую он целил точно в сердце, и всадить ее ублюдку в плечо, было принято за долю секунды. Он боялся, что если на глазах у Соль Мин Хи и Роуз умрет человек, они испугаются еще больше.
Однако Бэк Тэ Джун жалел об этом решении каждый раз, когда видел, как девушка бледнеет, морщится от боли и до крови кусает губы.
Бэк Тэ Джун, который провел в больнице два дня для исключения сепсиса от огнестрельного ранения и выписался на третий, восстанавливался гораздо быстрее Мин Хи.
Похититель стрелял из кустарного пистолета пулями мелкого 22-го калибра, поэтому зона поражения оказалась небольшой. Царапина на плече зажила так быстро, что через пару недель от нее почти не осталось следа. Простреленное предплечье оказалось чистым сквозным ранением: пуля не задела ни кость, ни нервы, а благодаря своевременной первой помощи от Антона обошлось без инфекций. Спустя месяц на руке остался лишь шрам, и Тэ Джун полностью вернулся к нормальной жизни.
Зато Соль Мин Хи еще долго испытывала боль при каждом движении.
Все эти шесть недель она послушно спала в его объятиях, стараясь лишний раз не шевелиться. Для него это было сродни погружению в горячий сахарный сироп, в котором он медленно варился — жестокая, но сладкая пытка.
А когда полтора месяца миновали, она радостно заявила, что ей больше не больно. И начала каждую ночь извиваться в его объятиях, соблазняя и дразня. Вот тогда-то и началась настоящая пытка.
Ночи, когда после ее засыпания он тайком пробирался в ванную, чтобы сбросить напряжение, повторялись одна за другой; Бэк Тэ Джун был на пределе. Он боялся, что если потеряет контроль и тронет ее, кость снова треснет.
Он твердо решил, что не посмеет прикоснуться к ней до тех пор, пока врач не сделает повторный рентген и не объявит о полном выздоровлении. Точнее, желание наброситься на нее возникало каждую гребаную минуту, но он должен был терпеть. Проявлять сверхчеловеческую выдержку.
Но Бэк Тэ Джун был не сверхчеловеком, а обычным самцом.
— Я же говорю, что со мной всё в порядке! Мне неудобно спать, когда всю ночь в меня упирается что-то твердое. Уж лучше я буду спать отдельно...
Когда Соль Мин Хи, обхватив его член рукой, сердито зыркнула на него и выдала этот шантаж, Бэк Тэ Джун безоговорочно признал поражение и сдался на ее милость.
В ту ночь они испытали всё многообразие непристойных, возбуждающих удовольствий, которые только можно было доставить друг другу с помощью рук и губ.
А три дня назад врач наконец-то вынес вердикт о полном срастании кости и окончательном выздоровлении Мин Хи.
Тогда Бэк Тэ Джун превратился в сорвавшегося с цепи зверя и не останавливался до тех пор, пока девушка, всхлипывая от изнеможения, не отключилась.
По правде говоря, все три дня в командировке он мучился чувством вины за то, что потерял контроль и довел ее до слез. Поэтому он и представить не мог, что по возвращении домой она сама решит вот так его спровоцировать.
Пальцы, сжимавшие красное кружево, побелели от напряжения.
Погруженный в свои мысли, Бэк Тэ Джун переступил порог темной столовой, как вдруг раздались два хлопка, похожие на выстрелы из пистолета с глушителем.
В воздухе повис запах пороха. Чья-то тень, прижавшаяся к стене, вытянула руки. Инстинкты сработали быстрее мысли: словно в регби, Бэк Тэ Джун стремительно бросился на силуэт, выполняя жесткий захват.
— А-а-ах!!
— Угх!..
В то же мгновение он понял, что тень — это Соль Мин Хи, но остановить инерцию летящего вперед тяжелого тела было уже невозможно.
За долю секунды Бэк Тэ Джун принял решение: крепко обхватив девушку руками, он резко приподнял ее и, напрягая все мышцы кора, выкрутил спину.
Каким-то чудом успев перевернуться в воздухе, Бэк Тэ Джун рухнул на мраморный пол, приняв на себя вес обоих тел. От удара позвоночник отозвался пронзительной болью, отдающей вплоть до затылка, и он крепко зажмурился.
Когда первоначальный шок прошел, Соль Мин Хи, оторвав лицо от его груди, принялась испуганно ощупывать его плечи и торс.
— Тэ... Тэ Джун! Ты в порядке?!
Бэк Тэ Джун приоткрыл один глаз.
В темноте было плохо видно, но склонившаяся над ним Соль Мин Хи, с побелевшим от ужаса лицом, выглядела как-то иначе, чем обычно.
— В порядке. А ты?
Подняв руку, Бэк Тэ Джун погладил ее по щеке и бросил быстрый взгляд туда, откуда всё еще тянуло запахом пороха. На концах нитей, намотанных на пальцы Соль Мин Хи, болтались две взорванные хлопушки.
— Я-то да... Но что это было, почему ты вообще?..
Голос Мин Хи мелко дрожал, она даже не могла закончить фразу.
— Просто... звук хлопушек был похож на выстрелы. Прости.
Она с ошеломленным видом выронила остатки хлопушек на пол.
— Я хотела сделать сюрприз... Как обидно.
Она снова уткнулась лицом ему в грудь. Ее теплое дыхание щекотало кожу.
Он мягко позвал ее:
— Мин Хи-я?
— ...
Когда она робко подняла глаза, уголки губ Бэк Тэ Джуна поползли вверх.
— Если твоей целью было напугать меня до смерти, то ты справилась на все сто. Честное слово. Трудно было бы напугать меня сильнее, что бы ты ни придумала.