Хань Жучу и подавно была против. Ни одна женщина не потерпит, чтобы у чужой был ребёнок от её мужа, угрожающий наследным правам её собственного сына.

Тогда они попытались откупиться от звёздочки деньгами, чтобы та ушла. Звёздочка наотрез отказалась, горько умоляя. В конце концов вмешался отец Сюй Ваньли. Хотя этот ребёнок и был незаконным, он всё же был его внуком, и старик заставил Сюй Ваньли пройти тест на совместимость лейкоцитарных антигенов. Результат опять оказался неподходящим. Последняя надежда оставалась на единственного наследника семьи Сюй — Сюй Цзяму. Проверили его: у единокровных братьев, сыновей одного отца, HLA полностью совпадали. Это означало, что ребёнок звёздочки Лу Цзиньнянь будет спасён. Но Хань Жучу, стоя насмерть, отказывалась подписывать согласие на операцию.

В итоге, в безвыходной ситуации, отец Сюй Ваньли поставил условие: ребёнок звёздочки не войдёт в ворота семьи Сюй, не вернёт себе фамилию предков и не получит права на семейное состояние. Наследником семьи Сюй будет Сюй Цзяму. На этом условии удалось уговорить Хань Жучу подписать согласие.

Операция прошла успешно, и после неё звёздочка, согласно уговору, ушла, унося с собой Лу Цзиньняня, в чьих жилах тоже текла кровь семьи Сюй.

Звёздочка так и не стала знаменитой. Родив ребёнка, она и вовсе лишилась места в мире развлечений. С ребёнком на руках, без образования, без поддержки, она жила в крайней бедности и в конце концов, чтобы выжить, устроилась в ночной клуб.

Поэтому в детстве Лу Цзиньняня вечерами дома он оставался один. А его воспоминания о матери навсегда остались картиной: она, выпившая, возвращается домой и мучительно блюёт в ванной.

Как бы тяжело ни жилось, звёздочка никогда не обделяла сына. Но из-за её работы, когда Лу Цзиньнянь пошёл в школу, насмешек от одноклассников и товарищей было не избежать.

Эти невинные детские насмешки порой ранят больнее всего.

Лу Цзиньнянь несколько раз пытался влиться в компанию друзей и одноклассников, но, потерпев неудачу, постепенно бросил эти попытки и стал держаться особняком. Со временем это вошло в привычку.

Вероятно, именно тогда начал формироваться его замкнутый и холодный характер. И во многих случаях резкость, с которой Лу Цзиньнянь говорил, была не чем иным, как защитой своего израненного, покрытого шрамами сердца.

Когда Лу Цзиньнянь учился в шестом классе начальной школы, звёздочка от хронического алкогольного отравления скончалась. И он стал сиротой в этом мире, где у него были родные, к которым он не мог приблизиться.

Перед смертью звёздочка оставила ему кое-какие сбережения. Сумма была невелика, но её хватило бы на несколько лет. Соседка, бездетная старушка, пожалела его и взяла на попечение.