Контент удален!

Лу Цзиньнянь, обнимавший Цяо Аньхао, возможно, из-за неудобной позы слегка пошевелился и прижал её к себе ещё крепче. Его подбородок как раз упирался ей в лоб. Он легонько потёрся о её волосы, затем снова опустил голову и дважды клюнул губами её длинные волосы. С некоторой удовлетворённостью сытого человека он пробормотал в полусне:

— Ты даже не знаешь, я жду тебя много лет. Когда же ты вернёшься...

Голос Лу Цзиньняня становился всё тише и в конце концов исчез.

На вечеринке каждый его ответ, хоть и короткий, был полон его непоколебимой верной любви к той девушке. Она сидела рядом с ним, и с каждым его ответом в её душе словно кто-то вонзал нож.

Сейчас, выпив, он говорил ещё более проникновенно и ещё более раняще.

Цяо Аньхао изо всех сил сжала руки в кулаки, заставляя тело не дрожать, но в уголках глаз всё же выступила влага.

Она всегда жаждала его объятий, но теперь поняла: объятия, которых она так желала, оказывается, могут быть такими ранящими.

Цяо Аньхао закрыла глаза и хотела выбраться из-под Лу Цзиньняня, но мужчина, казалось, что-то почувствовал и обнял её ещё крепче.

В спальне было очень тихо, только настенные часы мерно отсчитывали секунды: тик-так.

Дыхание Лу Цзиньняня постепенно стало ровным и глубоким, словно он уже крепко спал. Но у Цяо Аньхао не было ни малейшей сонливости. Из уголков её глаз непрерывно, не поддаваясь контролю, падали слёзы.

***

На следующее утро Цяо Аньхао разбудил звонок Чжао Мэн. Она спросонья нащупала телефон, ответила, только сказала «алло», как услышала решительный и бодрый голос Чжао Мэн:

— Цяо-Цяо, не говори мне, что ты ещё не проснулась? Не забудь, у тебя днём съёмки. Я уже почти в Цзиньсююане. Лучше поторопись, иначе не сможешь догнать съемочную группу.

Цяо Аньхао мгновенно стряхнула сон. Она повесила трубку, поспешно откинула одеяло и, вставая с кровати, почувствовала, что всё тело ломит и нет сил. Только тогда в голове всплыли картины прошлой ночи с Лу Цзиньнянем. Она инстинктивно оглядела спальню — комната была пуста, Лу Цзиньняня давно не было.

Если бы не усталость во всём теле, прошлая ночь больше походила бы на сон, который она сама себе придумала.

Из-за спешки у Цяо Аньхао не было времени предаваться печали о «весне и осени». Она поспешно вбежала в ванную, открыла кран и, уже собираясь помыть руки, вдруг замерла: она увидела, что её левая рука вся в крови.

Кровь уже засохла, цвет был немного тёмным.

Откуда кровь?

Цяо Аньхао от испуга слегка побледнела. Некоторое время она смотрела на свои пальцы, затем, совсем забыв про шумящий кран, снова выбежала из ванной, подошла к кровати, откинула одеяло и увидела на той половине, где ночью лежал Лу Цзиньнянь, на белоснежной простыне ярко-красные пятна, режущие глаз.

Цяо Аньхао снова посмотрела на свою левую руку, нахмурилась, вспомнив, что вчера хваталась за его плечо...

И тут в её душе словно что-то сильно ударило. Лицо стало почти прозрачно-бледным.

Лу Цзиньнянь ранен? И рана, судя по всему, очень серьёзная...