В названии тома в оригинале выражение 出来混迟早要还 chūlái hùn chízǎo yào huán - досл. «Вышел в свет (ввязаться в какую-то деятельность) — рано или поздно придётся платить». Это разговорное выражение, которое получило широкое распространение благодаря гонконгским криминальным фильмам, особенно трилогии «Двойная рокировка» («Infernal Affairs», 2002). Фраза стала культовой после выхода фильма «Двойная рокировка», где её произносит гангстер. Позже она разошлась по интернету, стала мемом и вошла в повседневную речь. Часто используется в ситуациях, когда кто-то долго избегал ответственности, но наконец получил по заслугам.
Вообще-то благодарить тебе стоит не меня, а…
После того как Цяо Аньхао повесила трубку, в ее голове непрерывно крутилась фраза, сказанная Сун Сянсы.
Хотя за ее спиной и были семьи Сюй и Цяо, но обе семьи не слишком одобряли ее решение вращаться в пестрой и неоднозначной среде шоу-бизнеса. Поэтому скандал, который она устроила, определенно не был делом рук семьи Сюй или Цяо. Даже если бы они и захотели вмешаться, то лишь связались бы с официальными представителями Weibo, чтобы заблокировать эти сплетни, а не пошли бы к Сун Сянсы просить ее выступить с опровержением.
В мире шоу-бизнеса она была всего лишь новичком, а с людьми из съемочной группы познакомилась только во время съемок. Они не были настолько близки, чтобы встать на ее защиту, тем более что многие в группе все утро смеялись над ней. Да и те, кто был с ней в хороших отношениях, были лишь третьесортными актерами, которые и слова-то замолвить перед Сун Сянсы не могли. Поэтому, сколько бы Цяо Аньхао ни размышляла, она могла прийти лишь к одному выводу: человеком, который обратился к Сун Сянсы за помощью, был Лу Цзиньнянь.
Придя к этой мысли, Цяо Аньхао почувствовала легкое волнение в сердце.
Тот пост в Weibo, на первый взгляд, был сделан Сун Сянсы, чтобы обелить ее, но на самом деле его истинной целью было подогреть интерес к ней за счет скандала.
Однако, решить проблему с клеветой можно было множеством способов, почему же Лу Цзиньнянь выбрал именно тот, который был наиболее выгоден для нее?
Более того... этот способ не только помог ей, но и досадил тому, кто слил информацию о ней...
При этой мысли сердце Цяо Аньхао забилось с огромной скоростью, «тук-тук-тук», казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди.
Возможно, Лу Цзиньнянь на самом деле не хотел помочь ей, а просто расправлялся с тем, кто слил скандал, а она лишь случайно оказалась в выигрыше. В конце концов, этот скандал затронул и его самого, так что было вполне естественно, что он вмешался и уладил дело... Да, определенно так... Цяо Аньхао снова и снова убеждала себя, заставляя не фантазировать и не строить иллюзий.
***
Лу Цзиньнянь, хотя и узнал от Сун Сянсы, что с Цяо Аньхао все в порядке, все же не мог до конца успокоиться.
Контракт на то самое развлекательное шоу, который просила Цяо Аньхао, должен был быть подписан только на следующей неделе, но, чтобы найти предлог лично увидеть ее, он в тот же день поручил помощнику связаться с телеканалом и забрать контракт.
Когда помощник вернулся с контрактом в отель, было уже одиннадцать часов вечера. Лу Цзиньнянь бегло просмотрел документ, убедился, что все в порядке, отпустил помощника, а затем еще некоторое время посидел в одиночестве в своем номере. В конце концов, он встал, взял контракт и спустился вниз.
***
Цяо Аньхао вернулась из номера Лу Цзиньняня прошлой ночью уже после полуночи, а утром ей рано вставать на съемки, поэтому, как только пробило пол-одиннадцатого, она пошла принимать душ.
Дверь в ванную находилась рядом с входной дверью. Цяо Аньхао только вышла из ванной, как услышала стук в дверь. Чжао Мэн, неизвестно чем занятая внутри, крикнула:
— Цяо-Цяо, ты ближе, открой дверь.
