— Я никак не могу припомнить, когда я дал тебе повод принимать твои фантазии за реальность и решить, что ты мне интересна… — взгляд Лу Цзиньняня, устремлённый на Цяо Анься, был ледяным, без капли тепла. Следующие его слова формально были извинением, но резали нестерпимо больно. — Если я действительно дал такой повод, то я прошу за это прощения. Надеюсь, ты откажешься от этих заблуждений и не будешь распускать обо мне слухи где ни попадя!

Слова Лу Цзиньняня были слишком прямыми, слишком резкими. Цяо Анься не сразу могла прийти в себя. Она ошеломлённо смотрела на Лу Цзиньняня. Её лицо медленно бледнело, губы были крепко сжаты. Спустя долгую паузу она наконец спросила:

— Ты слышал, что я только что сказала Цяо-Цяо?

Лу Цзиньнянь даже не стал отвечать на её вопрос, только взгляд его стал ещё холоднее:

— Я здесь только затем, чтобы прямо тебе сказать: то, что мне было не нужно тогда, я и сейчас не стану подбирать!

Лицо Цяо Анься побледнело до предела, её тело слегка дрожало, глаза покраснели. Но она упрямо глубоко вздохнула, подавила подступившую горечь и, сильно сжав кулаки, с огромным усилием сохранила видимость спокойствия. Глядя на Лу Цзиньняня, она спросила:

— Почему?

И не дожидаясь ответа, сама же ответила за него:

— Из-за той женщины, которую ты любишь?

Цяо Анься не удержалась и с горькой усмешкой произнесла:

— Прошло уже столько лет, а ты всё ещё один. Значит, ты так и не смог быть с той, кого любишь. Прошло больше десяти лет, больше десяти лет! Неужели ты до сих пор не потерял надежду?

Глаза Лу Цзиньняня были полны ледяной решимости. Он произнёс, отчётливо выделяя каждое слово, и эти слова вонзились прямо в сердце Цяо Анься:

— Будь спокойна. Даже если я потеряю надежду, на тебя я всё равно не посмотрю.

Цяо Анься сильно закусила губу и вцепилась в руль.

Лу Цзиньнянь несколько секунд смотрел на лобовое стекло машины, затем заговорил снова. На этот раз его голос, хоть и был холоден, но в нём слышалась лёгкая печаль:

— Тем более, я никогда даже не думал о том, чтобы потерять надежду.

От этих последних слов Лу Цзиньняня Цяо Анься больше не могла сохранять маску.

За эти годы у неё было много парней. Кто-то сначала добивался её, кого-то добивалась она сама — в любом случае, на кого бы ни падал её взгляд, не было такого, кого она не могла заполучить.

И только Лу Цзиньнянь… был исключением.

Тогда, по молодости и безрассудству, она отбросила всю свою гордость и самоуважение. Сама преследовала его, а в ответ получила лишь презрение.