Тусклый лунный свет переместился, осветив лицо Адриана. Его прямая, без единой горбинки переносица едва заметно покраснела, когда он продолжил:

— Думаю, люди просто боялись к вам подступиться. Элейн Берлуа не подпускает к себе кого попало. Вы во всем безупречны, но всегда держитесь особняком. И при этом ни капли не кажетесь ни робкой, ни одинокой. Уверен, очень многие восхищались вашей отстраненностью.

Что это — жалость или сочувствие? Или нечто совершенно иное?

Видя смятение Элейн, Адриан непринужденно добавил:

— Я лишь хотел сказать, что рад вашей просьбе о помощи. И еще… вот.

Он протянул ей сверток, который всё это время держал в руках. Предмет был обернут в дорогую ткань.

— Музыкальная шкатулка. Вы упоминали, что это последняя вещь, оставшаяся в память о покойной маркизе. Я нашел ее на аукционе.

— …Неужели вы пошли на подпольный аукцион?

Адриан был не из тех, кто способен переступить черту закона. Во рту у Элейн слегка пересохло.

— Да.

Кадык Адриана дернулся, когда он сглотнул.

— Учитывая, что мы могли увидеться впервые за три года, я не хотел приходить с пустыми руками. С того самого дня, три года назад, леди Берлуа ни разу не ответила на мои приглашения. Я и представить не мог, что наша встреча окажется последней.

В его глазах читалась глубокая горечь и сожаление.

— …

— Какое облегчение, что я смог передать её вам. Пожалуйста, возьмите.

Элейн с запозданием приняла шкатулку и склонила голову перед Адрианом.

— Спасибо, лорд Адриан. У меня просто нет слов, чтобы выразить вам свою благодарность…

Элейн осеклась, её глаза в ужасе расширились: на мосту мелькнул мрачный силуэт.

— Берегитесь!

Свист!

Прилетевшая стрела вонзилась в землю слева от Элейн, её древко мелко задрожало. Элейн и Адриан в шоке ахнули. Гладкое черное оперение стрелы с первого взгляда выдавало высокое качество. Что за черт? Наемный убийца? Когда темный силуэт на мосту снова натянул тетиву, времени на раздумья уже не осталось.

Свист!

Острый наконечник намертво пригвоздил к земле подол пальто упавшей Элейн. У нее чуть сердце не остановилось от ужаса.

— Ах!..

Темный силуэт спрыгнул с моста и на устрашающей скорости бросился в их сторону. Элейн заставила свои дрожащие ноги выпрямиться и поднялась. Нужно уходить.

— Надо бежать, лорд Адриан! Туда, где людно!..

— Спокойно, леди Берлуа. Я справлюсь, а вы уходите, скорее!

Адриан заслонил её собой и взвел курок револьвера. Элейн до крови закусила губу. Стоит раздаться выстрелу, как сюда мигом сбежится королевская гвардия.

— Угх!

И тут кто-то резким ударом ноги выбил оружие из рук Адриана, а затем с разбегу бросился на наемника.

Что за черт?.. Ясно было лишь одно: это точно не Декард. Хеллкайзер никогда не бросает слов на ветер, он бы не стал тайно за ней тащиться. К тому же внезапно появившийся мужчина заметно уступал Декарду в габаритах. Пока они боролись, Адриан подобрал револьвер и поднялся на ноги.

— Уходим, Элейн. И помните: если понадоблюсь, вы всегда можете меня найти.

Элейн кивнула, крепко прижала к груди сверток и развернулась. Рванув в противоположную от Адриана сторону, она тяжело дышала, а её лицо стало белым как мел.

Наемник с первоклассными стрелами. Значит, у него есть могущественный покровитель.

Неужели объявление в газете привлекло внимание? Нет, тогда этот ублюдок поджидал бы нас прямо у прачечной, чтобы напасть исподтишка.

Может, за Адрианом хвост? Если кто-то прознал об их давней связи, это вполне возможно. Например, графиня Ройен?..

Вспомнив, с каким маниакальным упорством стрелы летели именно в неё, Элейн содрогнулась на бегу. Нет. Графиня Ройен ни за что не пошла бы на шаг, способный хоть малейшим образом подвергнуть её сына опасности.

Тогда кто этот третий? Выбив оружие у Адриана, он дал понять, что тоже не хочет поднимать шум.

— Ха-а… Ха-а…

Но разбираться в клубке мыслей было некогда — сейчас главное спастись. В голове Элейн тут же всплыла карта Мадроу, которую она досконально заучивала последние десять дней.

Здесь налево. Перед тупиком уходим направо. Возле кабаков и игорных притонов квартала красных фонарей — снова налево. Свернув за угол, Элейн резко подалась назад и вжалась в стену.

— Блядь… Как же я заебался.

Как назло, началась пересменка. Заметив надвигающийся отряд патрульных, Элейн запаниковала. Будь там один человек, она бы еще попыталась проскользнуть, но наткнуться на целую группу — слишком высокий риск. До боли закусив губу, она протиснулась в щель за вонючей кучей мусора.

— И какого хера труп нашли именно в мою смену? А-ах… — Патрульный громко зевнул.

— Говоришь, она прислугой была? Работала в семье маркиза?

— Не просто прислугой, а главной горничной.

Синие глаза Элейн остекленели от ужаса. Неужели они говорят о Брике? Нет, в королевстве полно маркизов, наша семья — не единственная.

— Слышал, после падения семьи Берлуа эта сучка частенько захаживала в ломбард. Наверняка светила баблишком налево и направо, вот и стала идеальной мишенью для грабителей, сечешь?

Шух. В этот момент гора мусора рядом с Элейн с шорохом обвалилась.

— Кто здесь?!

Патрульные резко обернулись, но, заметив лишь пищащую крысу, разочарованно цокнули языками. Элейн зажмурилась, изо всех сил зажав себе рот обеими руками.

— Да к тому же от трупака так разило пойлом, что аж глаза слезились.

Брика действительно мертва? Ограбление?..

На секунду ей почудилось, будто по музыкальной шкатулке, спрятанной в свертке, стекает густая кровь. Но тут что-то не сходится. Запах алкоголя? После той тяжелой болезни Брика и капли в рот не брала. Да и обычный грабитель просто забрал бы деньги и свалил. Зачем было её убивать? Шестеренки в голове Элейн завертелись с бешеной скоростью, сводя все факты в одну точку.

Её должны были убить. Выбора не было. Она просто стала отработанным материалом.

— А, кстати, слыхал новости? Хеллкайзер бросает пост рыцаря-командора и сваливает на Север.

— Ага. По слухам, он по уши втюрился в какую-то бабу. Не знаю, кто эта счастливица, но ей лучше оглядываться по сторонам. Аристократочки, пускавшие слюни на Хеллкайзера, могут прикончить её так, что ни одна собака костей не найдет.

Элейн затаила дыхание. К счастью, патрульных не особо интересовало, кем именно была эта «баба» Хеллкайзера.

— Хе-хе. Будто Хеллкайзеру когда-то хватало одной бабы. Он же, сука, знаменит тем, что даже во время тренировок в королевском замке умудрялся улизнуть в Главный собор, чтобы знатно там потрахаться. Говорят, хренова туча монашек согрешила, не в силах забыть его член.

— Да если б только монашки! Та самая младшенькая из могущественной семьи Делакруа тоже по нему сохнет, аж на стенку лезет. Представляю, какая это головная боль для их семейки.

Сердце Элейн бешено заколотилось. Распутные похождения Декарда не были для неё секретом, но то, что Розалин всё ещё сходит по нему с ума — это уже интересная новость.

— Леди Берлуа, вы не могли бы объяснить, что вас связывает с лордом Хеллкайзером?

— …Не понимаю, почему я должна перед вами отчитываться.

— Потому что лорд Хеллкайзер небезразличен лично мне.

В памяти смутно всплыл образ Розалин из прошлого: её лицо пылало как маков цвет, голос дрожал, но глаза горели непреклонной решимостью. Кажется, это случилось сразу после того скандала с нарушением приличий в библиотеке? Для Элейн, которую к тому времени уже тошнило от выходок Декарда, допросы Розалин казались лишь лишней, досадной помехой.

— Нас абсолютно ничего не связывает. Между нами нет ни малейших точек соприкосновения.

— Правда? В таком случае, вы не против, если Декард достанется мне?

Тогда Розалин с сияющими глазами даже схватила её за руки. Что же я ей на это ответила? Точных слов она не помнила, но наверняка отстранилась и бросила что-то вроде:

— Полагаю, об этом вам лучше спросить самого Декарда Хеллкайзера.

То, что именно дом Делакруа стоит за ложными обвинениями в государственной измене — злая насмешка судьбы? Элейн изо всех сил хотела избежать любых столкновений с Розалин, но тело пробрало ледяное предчувствие, что отвертеться не удастся.

Когда болтливые гвардейцы, наконец, удалились, Элейн поднялась на ноги. У нее больше не было времени прохлаждаться в этих вонючих подворотнях.

Декард зафрахтовал экипаж, который должен был отправиться на Север прямо перед рассветом.

— Ха-а… Ха-а…

Элейн сломя голову помчалась по узким улочкам. Дыхание обжигало горло, во рту не осталось ни капли влаги. Лишь когда впереди показался знакомый синий дом, она смогла выдохнуть с облегчением.

Возле дома она заметила Декарда, который укладывал багаж в карету. Разгоралась заря, и ночная тьма понемногу отступала с краев неба, уступая место утру.

— Я здесь!.. Я здесь!..

Элейн на бегу вскинула руку. Тускло-синий свет заливал просыпающиеся трущобы Мадроу.

Когда Декард наконец заметил её и их взгляды встретились, его губы растянулись в широкой ухмылке. Элейн даже издалека отчетливо разглядела выражение его лица, и от этого невольно нахмурилась. По позвоночнику липкой змеей поползло крайне паршивое предчувствие.

— …Декард?