Элейн прекрасно знала, что Декард действительно способен на такое. Для него имело значение только собственное веселье. По этой же причине на поле боя никто не мог сравниться с ним по количеству отрубленных вражеских голов. Ведь невозможно победить того, кто не боится смерти и бросается в бой, наслаждаясь самой битвой.

— …Нет. Ты меня не сдашь.

— Не будь так уверена. Что будешь делать, если получишь удар в спину?

Прищурившись, Элейн покачала головой. Была лишь одна причина, по которой Декард потратил время и силы, чтобы прийти сюда.

— Если меня схватят здесь, всё твое веселье закончится. Так что вряд ли.

Яркие длинные губы Декарда дрогнули и поползли вверх. Это означало, что ему весело. Глядя на его мокрые черные волосы, прилипшие ко лбу, Элейн тихо добавила:

— Должно быть, видеть, как я склоняю перед тобой голову, оказалось куда более волнительно, чем ты думал. Раз уж ты бросил мыться и примчался сюда в таком виде.

— Успела наточить зубки? Твое поведение сильно отличается от того, что было недавно.

Он со смешком тихонько свистнул, а кольцо оцепления всё сужалось.

— Поднять руки и повернуться!

Звук шагов людей, приближающихся из-за спины Декарда, был отчетливым. Элейн дрожала так сильно, что едва могла стоять ровно, но всё же заставила ноги держаться. Она не могла позволить себе рухнуть на глазах у всех.

— Отойди.

На этом жалкое зрелище закончится. В таком случае, чем позволять тащить себя силой, уж лучше сдаться самой. Даже если меня бросят в тюрьму, это не значит, что выхода нет.

— Неужели решила сдаться?

— Какое тебе дело.

— Я примчался сюда, чтобы помочь, и будет неловко, если всё так закончится.

— Извини, но выброшенные карты меня больше не интересуют.

Декард шагнул к холодно пробормотавшей это Элейн. А затем легко перехватил её за запястье, когда она попыталась выйти вперед.

— Прошу прощения.

— Что… что ты творишь?

Принимая на себя её острый взгляд, Декард мягко поцеловал внутреннюю сторону её запястья.

— Даю шанс поднять выброшенную карту.

— Повторяю в последний раз. Поднять руки и повернуться!

Голос преследователей стал жестче и громче. До них оставалось шагов пять, не больше. Подавив дрожь в голосе, Элейн усмехнулась.

— Не можешь помочь — так не строй из себя героя.

— Ты сейчас специально меня провоцируешь?

— Не провоцирую, а констатирую факт.

— Вот как.

Декард со смешком сверкнул глазами.

— Давай заключим то пари, о котором я говорил, Элейн. Если я вытащу тебя отсюда целой и невредимой, ты выполнишь одно мое условие.

Не дав Элейн времени на ответ, Декард потянул её на себя. Рывок. Элейн втянули в его объятия, и в тот самый момент, когда она в замешательстве подняла на него глаза, он заговорил:

— Мы с вами едим хлеб из одной государственной кормушки, так что, может, проявите снисхождение, господа?

— Что? Ты еще кто такой?

— Ах да. Я Декард Хеллкайзер, командир Четвертого рыцарского ордена столичного гарнизона.

Декард облизнул губы. Глядя на его откровенно наслаждающееся лицо, Элейн почувствовала, как сердце в груди забилось так сильно, что готово было разорваться. Была ли она когда-нибудь в жизни так напряжена? Даже когда отец в кабинете сообщил ей трагическую весть, такого не было.

— Ох…! Командир Хеллкайзер!

Послышались взволнованные голоса солдат.

— Прошу прощения!

— Простите за нашу грубость!

При виде количества окруживших их солдат тело Элейн невольно сжалось. За ней гналось больше людей, чем было в целом воинском подразделении. Декард положил руку на покрывшееся мурашками плечо Элейн. И принялся ритмично постукивать пальцами: тук-тук, тук-тук. Словно играючи.

— Простите, что не узнали вас, командир!

Сердце Элейн забилось в совершенно ином ритме. Слабая надежда на то, что, прикрывшись его именем, она действительно сможет отсюда выбраться, подняла голову.

— Пустяки. Но что здесь происходит?

Декард оставался на относительно низкой должности лишь потому, что совершенно не интересовался политикой и титулами. Но любой солдат прекрасно знал, какие огромные заслуги на самом деле числились за ним на войне. К тому же именно сегодня он вернулся, полностью подавив проблемный мятеж на востоке.

— Мы разыскиваем предательницу из дома Берлуа.

Декард сверкнул глазами, посмотрев на Элейн.

— Элейн Берлуа?

— Так точно!

— Вот те на. Я же выдал вам весь её маршрут, а вы до сих пор её не поймали?

Элейн спрятала свое мелко дрожащее тело в тени Декарда. Когда гвардейцы хором извинились, Декард вздохнул.

— Это, конечно, не моя юрисдикция, но дам вам совет как более опытный товарищ. Велика вероятность, что девчонка сбежала сюда потому, что этот ручей впадает в реку Мерен.

— Если речь о реке Мерен…

— Самая узкая река в королевстве. Стоит перебраться на тот берег — и ты в Своне. Если она пересечет границу и скроется в соседней стране, как вы планируете её ловить?

— А?..

В голосе собеседника послышалась растерянность. Элейн, затаив дыхание, моргнула. Декард намеренно подкидывал им версию о её возможном побеге за границу.

— Но командир, до реки Мерен полдня пути даже на карете. Преступница едва успела сбежать из Мадроу, так что она еще не могла покинуть Люмьер.

Логика солдат, решивших, что девушка, проникшая в Мадроу без гроша в кармане, всё еще находится в столице, была безупречна. Но Декард снова сбил их с толку.

— А если у неё есть сообщники?

— Простите?

— Это полностью объясняет, почему она, будучи в бегах, намеренно привлекала к себе внимание, раздавая мне советы в мотеле в Мадроу, где я устроил вечеринку. Ей нужно было сообщить сообщникам свое местоположение.

Когда солдаты заволновались еще сильнее, Элейн подняла голову и посмотрела на Декарда. Она невольно сглотнула. В тоне Декарда не было ни капли неуверенности. Пусть его личная жизнь и была той еще грязью, но в умении отдавать приказы подчиненным он был настоящим профессионалом. Или, применительно к данной ситуации, — в умении дезориентировать противника.

— Командир, даже если у неё есть сообщники, прорваться через всю охрану Люмьера практически невозможно!

Нерешительно возразил кто-то. Это было вполне разумное сомнение. Но Декард оставался невозмутим.

— Вы так говорите, потому что не знаете, насколько коварна Элейн Берлуа.

Элейн крепко сжала влажные от холодного пота кулаки, а он, посмотрев на неё, подмигнул ей одним глазом.

— Все ведь помнят, как дочь маркиза растоптала мою репутацию три года назад?

То, что произошло между ними три года назад, было горячей темой для сплетен в высшем свете и отличной закуской к выпивке в тавернах. А еще — официальной причиной, по которой повышение Декарда было заблокировано.

Сейчас Декард оборачивал их скандал в свою пользу. К тому же всего несколько часов назад в кабаке в Мадроу он сам выдал её. Это был момент, когда враждебность Декарда к Элейн стала официальным фактом.

— Пару часов назад эта девка вообще выстрелила в меня и сбежала.

Элейн слегка прикусила губу. А я думала, он просто хотел меня напугать. Кто бы мог подумать, что он вот так использует звук выстрела, который наверняка слышали все в мотеле. Если это импровизация — то просто потрясающая, а если он всё спланировал заранее — становится интересно, каковы его истинные мотивы.

Неужели.

Синие глаза Элейн, смотревшие на Декарда, слегка дрогнули.

Он с самого начала собирался мне помочь? Но для этого всё его поведение с момента нашей встречи было слишком... отвратительным.

— Эта женщина — гений по части использования окружающих в своих целях, так что будьте начеку.

Прямо как сейчас.

Декард бросил на неё мимолетный взгляд.

Что, бесит, что я тебя поливаю грязью?

Его голос словно наяву прозвучал у неё в ушах. В этот момент за насмешкой Декарда кто-то повысил голос:

— Командир. Мне очень жаль. Простите нас за дерзость.

— Как рука, раненная в бою? Виконт Морвен, заместитель командира Первого отряда гарнизона.

Человек, чье имя назвали, удивленно склонил голову. Элейн пришлось снова сделать глубокий вдох. Значит, командир поискового отряда — его знакомый? У уверенности Декарда были веские основания.

— Если бы не вы, лорд Хеллкайзер, мне бы снесло не руку, а голову. Благодарю вас.

И не просто знакомый, а человек, обязанный ему жизнью.

— Не позорь меня. Сразу же видно, что я набиваю себе цену ради благодарности, Морвен.

Кто-то тихонько прыснул. Атмосфера изменилась в мгновение ока. Всего одна фраза — и напряжение среди солдат спало. Так вот в чем сила человека, который последние три года командовал войсками.

— Прошу прощения! Но могу я напоследок уточнить личность человека, находящегося рядом с вами?

Нерешительно спросил глава отряда, Морвен. Каким бы должником Декарда он ни был, он оставался солдатом. Найти Декарда в таком месте было подозрительно, и он явно хотел убедиться, что всё чисто.

— Видимо, не прокатит, Элли, — причмокнув языком, пробормотал Декард. — Морвен — редкостный пример верного долгу служаки.

Элейн не дали времени осознать смысл его слов. Декард резко развернулся, всё еще сжимая её в объятиях. Элейн, инстинктивно напрягшись, уткнулась лицом ему в грудь. Тук! Тук! В ушах бешено грохотало сердце — то ли её собственное, то ли его.

— Не планировал заходить так далеко.

Тресь. С отчетливым звуком разорвалась бретелька сорочки. Ткань соскользнула, обнажая кожу, и губы Элейн, не имевшей возможности закричать, беззвучно распахнулись в шоке.

В ярком свете факелов отчетливо проступило смуглое лицо Декарда, обнимающего полуобнаженную блондинку.

— Если я скажу, с какой высокородной особой я тут развлекаюсь… вы потом последствия разгребете?