Контент удален!

— Ха-а… М-м…!

Член Декарда снова заскользил внутри неё. Но в этот раз что-то было иначе. Ощущения напоминали те, когда он ласкал её языком, но сейчас наслаждение, начавшее разливаться по телу, было несоизмеримо сильнее. Цифры, плававшие в голове Элейн, мгновенно испарились.

— Декард… сейчас…

— Знаю, милая.

Лицо Элейн вспыхнуло. От этого неуместного ласкового обращения, произнесенного его низким голосом, казалось, что её тело вот-вот расплавится. Словно какой-то замок со щелчком открылся, и внутри неё распахнулась дверь.

— М-м, а-а…! Ах, Декард. М-м-м…!

В её полностью расслабленном теле зародилась мелкая дрожь. Декард совершал неглубокие, быстрые толчки, раз за разом задевая чувствительную точку совсем близко ко входу. Слегка приподняв покрытую испариной талию Элейн, он продолжил размеренно вбиваться в неё.

— Ха-а… А-а… М-м, ах. Ах…

К влажным, хлюпающим звукам соития добавились её тонкие стоны. Эхо, отражающееся от стен пещеры, делало эти звуки совершенно невыносимыми для Элейн.

— Элейн, открой глаза.

Дыхание Декарда тоже стало рваным. Элейн приоткрыла глаза, и её привыкшие к темноте зрачки отчетливо различили черноволосого зверя, жадно пожирающего её.

Она с детства смутно догадывалась об этом. О том, что под маской вечно ухмыляющегося наглеца скрывается совсем другое лицо. И сейчас это лицо над ней было искажено от наслаждения.

— Ах, м-м… А-а, м-м-м…!

Издав пронзительный стон, Элейн до крови прикусила тыльную сторону ладони. Её тело, испытавшее оргазм от секса с ним — того, что она считала совершенно невозможным, — содрогалось в спазмах. Декард естественным движением приподнял её и стянул насквозь мокрую, просвечивающую сорочку.

Она мягко упала на камни.

Теперь она предстала перед ним абсолютно обнаженной. Между их телами не осталось ни единой преграды, ни одной нитки. Элейн тяжело дышала, опираясь руками на плечи Декарда, твердые, как отполированный гранит.

— Ха-а… Ха-а…

Влажное хлюпанье не прекращалось, потому что Декард так и не вышел из неё. Не веря в то, что она совокупляется с ним лицом к лицу, Элейн опустила взгляд. Сквозь смоляные волосы на лобке она увидела, как темно-багровый ствол медленно входит в неё и выходит. И еще она поняла, что Декард погрузился в неё далеко не до конца.

— Декард, ах…

Декард начал медленно потирать её клитор большим пальцем. Словно в тлеющие угли наслаждения подбросили дров — стенки влагалища судорожно сжались, обхватывая член. Когда Элейн, изогнув таз, согнула ноги в коленях, Декард обхватил её за талию. И втянул в рот её покачивающуюся грудь.

— А-а… М-м…!

Прикусив сосок, он толкнулся чуть глубже. Блестящая смазка выступила на бугристом стволе. Растирая чувствительную точку у входа и давая ей привыкнуть, Декард снова вонзился глубже, ударяя изнутри. И при этом он не прекращал ласкать клитор, сминая язык о её ареолу и покусывая сосок. От наслаждения, взрывающегося сразу со всех сторон, губы Элейн беззвучно раскрылись, а тонкая шея выгнулась дугой.

— М-м… Ха-а…

Достаточно растянув её лоно под свои размеры, Декард обхватил таз Элейн обеими руками. В его фрикциях появилась звериная сила. Теперь он скрывался в ней до самого основания; каждый раз, когда он подавался назад, вязкие нити смазки с бесстыдным влажным звуком тянулись за ним от покрасневших губ.

— Элли…

Кадык Декарда дернулся. Элейн посмотрела на него затуманенным взглядом. Сквозь мокрые пряди волос на неё смотрели голодные янтарные глаза, готовые проглотить её целиком. Или это она сейчас поглощает его…?

— Пиздец как охуенно…

Выдав столь откровенное признание, Декард начал вбиваться в неё с еще большей скоростью. Элейн, обвив слабеющими руками его шею, охотно отдалась этому наслаждению. Его рельефный пресс напрягся, словно высеченный из камня, бедра стали твердыми как скала.

— Ха, ха-а… Ха, Элли, блядь…

Тяжело дыша, Декард продолжал насаживать её на себя. Как только она осознала, что он тоже находится в шаге от пика наслаждения, на Элейн без предупреждения обрушился второй оргазм.

— М-м…!!!

Стоило Элейн сжать бедрами его талию, как внутрь неё с силой ударила густая сперма. Казалось, тот самый терпкий запах, которым она часто дышала, находясь рядом с ним, теперь сконцентрировался и заполнил всё вокруг. Все волоски на теле Элейн встали дыбом; Декард крепко сжал её дрожащие ягодицы. А затем он повалился спиной на камни.

Тук-тук, тук-тук.

Бам-бам, бам-бам.

Некоторое время Элейн просто лежала на его груди, вслушиваясь в стук сердца, а затем медленно приподнялась. Она попыталась отстраниться, но рука Декарда удержала её.

— Ночь еще только началась, Элли.

— …Животное.

— Придется тебе меня приручить.

Утопая в терпком запахе мужского пота, его плоть между её ног снова напряглась. Словно отказываясь признавать расставание, их слитые воедино тела отреагировали друг на друга. Элейн начала медленно двигаться, и её длинные волосы, спускающиеся ниже груди, заскользили по её коже.

— Ты прекрасна.

Декард не улыбался. Не было ни привычных подначек, ни наглой ухмылки. Даже в этой непроглядной тьме его янтарные глаза ярко светились, не отрываясь от неё. Элейн не выдержала этого взгляда и отвела глаза. Как и когда-то давно. Его взгляд был слишком обжигающим.

— Ты даже трахаешься в точности так же, как ведешь себя в жизни.

— …О чем ты?

Светящееся в темноте тело Элейн плавно покачивалось на смуглом торсе Декарда. Декард нахмурился и судорожно выдохнул:

— Заводишь до смерти.

Узкая талия на секунду замерла, но затем снова начала двигаться с плавной грацией. Это не шло ни в какое сравнение с той дикой скоростью, с которой в неё вбивался Декард, но её тягучие движения заводили его ничуть не меньше. Хлюп. Чвак. Медленно скользя по своему растерзанному лону, Элейн сглотнула пересохшим горлом.

Кап.

Сорвавшаяся со свода пещеры капля ударила её по лицу и скатилась вниз, но этого было недостаточно, чтобы утолить жажду. Колени Элейн уже покраснели от трения о жесткий мех, и тогда Декард согнул ноги в коленях. Не дав ей потерять равновесие, он перехватил её за руки и начал мощно подбрасывать её снизу вверх.

— М-м! Ха! А-ах!

Крепко вцепившись в руки Декарда, Элейн разразилась чередой коротких стонов. То ли из-за сменившейся позы, то ли потому, что его член прошивал её вертикально, но, как ни странно, боли не было вообще — только оглушительное удовольствие. Каждый раз, когда её ягодицы бились о его бедра, от позвоночника по всему телу разбегались электрические разряды.

— Отлично скачешь, Элейн.

— Ха-а… Ха-а…

— А на лошади-то сидеть ни хрена не умеешь.

Вчерашняя поездка с ним верхом казалась теперь чем-то бесконечно далеким. Наверное, теперь каждый раз, садясь на лошадь, она будет вспоминать этот момент. Когда Декард в очередной раз ударил снизу, Элейн согнула колени, и их сцепка стала еще глубже.

— Ах… Ха, Элли…

Декард картинно нахмурился, словно получил удар под дых. А затем начал вбиваться в неё в одном ритме с её движениями. Элейн не сводила с него глаз, поглощая его в такт его толчкам. Она подумала, что этот взгляд Декарда, завороженно смотрящего на неё, она запомнит навсегда.

— Ты сводишь меня с ума…

Хриплым, сорванным голосом пробормотал Декард, тяжело сглотнув. Лицо его было пугающим, но Элейн прекрасно знала, что это выражение не имеет ничего общего с агрессией.

— Это значит, тебе хорошо?

— Этим словом ни хрена не опишешь.

Декард с силой ударил невпопад, Элейн потеряла равновесие и рухнула ему на грудь. Обнаженные тела, блестящие от пота и морской соли, слились в одно целое. Декард обнял её так, словно хотел раздавить, и продолжил яростно вколачиваться в неё. Элейн снова забилась в оргазме, но он не отпустил её. Он продолжал безжалостно трахать, пробивать и скрести её лоно, не давая ни секунды передышки.

— Ах, м-м…! А-а!

Не выдержав череды непрерывных оргазмов, Элейн отключилась, словно провалилась в обморок, а когда снова открыла глаза, то поняла, что лежит на животе. Декард, подложив ей под голову сложенную медвежью шкуру вместо подушки, жадно брал её сзади.