Контент удален!

— …Мне это неинтересно. Если хочешь прыгать, прыгай сам.

Элейн опустила взгляд, отыскала флягу и сделала глоток. Они не виделись всего месяц, а он, казалось, вымахал еще на целую пядь.

— Что, боишься разбиться? Ха-ха.

В прошлом году на день рождения отец подарил Элейн пони. Мать была не в восторге, но маркиз уловил тайное желание дочери.

В тот день, когда Элейн, затаив дыхание, впервые села в седло, она не смогла удержать равновесие и свалилась на землю. Движения неспешно шагающей лошади оказались куда более резкими, чем это выглядело со стороны. К счастью, это был всего лишь пони, и всё обошлось содранными локтями, но с тех пор она до дрожи боялась высоты.

— Не разобьешься, не бойся.

Рассмеявшись, Декард приобнял её за плечи. Элейн высвободилась из-под его тяжелой руки и окинула парня свирепым взглядом.

— И откуда у тебя такая уверенность, что я не разобьюсь?

Ей не хотелось показывать Декарду свой страх. Но даже если рассуждать здраво, прыгать с такой высоты, да еще и в водопад, было полнейшим безумием.

— Потому что я уже прыгал. И не один раз.

Декард стер пот со лба и пожал плечами. Капли пота скользнули по его смуглой коже.

— …Короче, отдай.

Элейн жестом потребовала свою сумку, которую он нес. Достав убранный ранее зонтик, она раскрыла его над головой. Ей совершенно не хотелось обгореть под палящим солнцем и щеголять потом красным, как рак, лицом, контрастирующим с бледной кожей. На фоне Декарда, ровно и красиво загорелого, это выглядело бы особенно жалко.

— Если войдешь плашмя, то спину, конечно, немного отобьешь, но если «солдатиком» — вообще ни царапины.

Декард, похоже, так и не оставил своей бредовой затеи. Когда он с горящими глазами посмотрел на нее, Элейн поспешно спряталась за зонтиком. Точнее, отгородилась зонтиком от лица Декарда. Если долго смотреть в его невероятные янтарные глаза, мысли начинали путаться.

Вот и недавно она, завороженная его взглядом, отключилась от реальности, а когда пришла в себя — оказалось, что она уже идет вслед за ним. Декард, конечно же, был уверен, что это его дар убеждения так подействовал на нее, пока она делала вид, что раздумывает.

— Давай за ручки и вместе.

Этот дурак, понятия не имеющий о том, каких усилий ей стоило сохранять самообладание, отодвинул зонтик и сунул ей в лицо свою физиономию. При виде его взмокших черных волос и широкой улыбки ей на мгновение показалось, что она чувствует запах морской соли. И это посреди леса. Глупости какие.

— Ты же всегда говорила, что хочешь на море.

— …Когда это я такое говорила? — нахмурилась Элейн.

Декард порой выдавал вещи, от которых казалось, будто он читает её мысли, и каждый раз это выбивало её из колеи.

— А кто стоял перед картиной с морем и пялился на нее вот так? Я всё видел.

Декард задрал подбородок и, прищурившись, посмотрел на неё сверху вниз. При виде его кривой ухмылочки у Элейн краска прилила к лицу. Когда это я смотрела с таким похотливым выражением лица? Элейн сама не заметила, как с силой толкнула его в голую грудь.

— Отойди.

— О-о-о…?

Декард медленно попятился.

— Ты что творишь?

Если бы на месте Элейн был кто-то другой, он бы точно так же опешил. Но, к сожалению, здесь были только они вдвоем. Ну, может, еще белая бабочка, спорхнувшая с листа.

Поэтому Элейн могла лишь хмуриться, глядя, как Декард, словно от сильного удара, театрально пошатывается и пятится назад.

— Там опасно. Хватит.

За его спиной был край скалы. Но Декард, ухмыляясь во весь рот, продолжал шагать назад, даже не думая останавливаться.

— Шутки шутками, но…

Элейн, до этого недовольно морщившаяся, широко распахнула глаза. Край скалы оказался прямо у него под пятками. Взгляд Декарда был прикован к ней, словно он призывал её смотреть в оба. Еще один шаг — и он сорвется.

— Нет, стой…!

Вжух.

Прямо на глазах у Элейн Декард исчез, словно его засосало в бездну. В ту же секунду раздался оглушительный всплеск. Элейн ахнула, а затем истошно закричала:

— Декард!!!

Бросив зонтик, она осела на край скалы. С замирающим сердцем, тяжело дыша, она посмотрела вниз; лицо ее побелело.

— Декард!!! Ответь!!!

Это он там шевелится под водой? Он живой? Он же не мог разбиться…? В её голове царил хаос, лицо исказилось от ужаса. В этот момент…

— …Пу-ха!!!

Декард вынырнул на поверхность, резко откинул назад мокрые черные волосы и посмотрел на неё. Подняв загорелую мокрую руку, он замахал ей.

— Прыгай давай! Жара мигом пройдет!!!

Элейн вцепилась побелевшими пальцами в траву, закрыла дрожащие глаза и снова открыла.

— ...

Вся жара и так испарилась в тот миг, когда он на её глазах полетел спиной в пропасть. По спине Элейн всё еще бегали мурашки.

Прыгнуть спиной вперед, даже не глядя вниз — ему вообще страшно не было? Или именно потому, что не смотрел, он так легко прыгнул? Ту последнюю усмешку с приподнятыми бровями, когда он смотрел прямо на неё перед падением, она, кажется, не забудет никогда. Искусству доводить людей до инфаркта ему нет равных. Сердце билось так быстро, что подкатывала тошнота.

— Элейн!!! Элейн Берлуа!!!

Декард плыл к скале, во всю глотку выкрикивая её имя. Разрезающее воду тело искрилось и переливалось в лучах солнца.

— Ты точно не разобьешься! Я же говорю, я тебя поймаю! Просто доверься мне и прыгай!!!

Элейн сжала кулаки и встала. Довериться кому? Декарду Хеллкайзеру?

— Не прыгнешь — пожалеешь! Всю жизнь жалеть будешь!

Если она поддастся на его уговоры и сделает то, чего никогда в жизни не сделала бы, вот тогда она точно будет жалеть об этом до конца дней. К тому же от одного взгляда вниз у неё так кружилась голова, что подкашивались ноги.

— Мне и без того есть о чем жалеть.

Тихо пробормотав это себе под нос, Элейн отвернулась и решила уйти. Как хорошо, что она догадалась привязывать ленточки к веткам, когда лес стал гуще, а дорога — труднее. Декард смеялся над ней, уверяя, что в этом нет нужды, но это всё же лучше, чем заблудиться в этих дебрях.

— Эй… Ты куда? Сбегаешь, Элли?

Увидев, как Элейн подбирает тяжелую сумку и зонтик, Декард нахмурился.

— Реально одна уйдешь? Вау…! У тебя вообще совести нет?

Находясь далеко внизу у водопада, Декард аж покраснел от возмущения, надрывая связки.

— Это уже слишком!

Когда Декард начал орать как резаный, губы Элейн сами собой дрогнули. Напряжение спало, и ей вдруг стало смешно. Возможно, потому, что ей доставляло удовольствие осознание того, что Декарду ни за что сюда не запрыгнуть.

Даже если она сейчас сбежит, Декард ничего не сможет с этим поделать. Элейн плотно сжала губы, но тихий смешок всё же вырвался наружу.

— Элейн! Элейн Берлуа!

Можешь хоть до утра мое имя орать. Я за тобой не прыгну.

Элейн едва заметно показала ему язык и повернулась, чтобы уйти, как вдруг…

— Угх!

Короткий вскрик заставил Элейн остановиться как вкопанную.

Опять какие-то шуточки. Решив проигнорировать это, Элейн сделала шагов десять, но затем замерла.

— ...

Над лесом стоял лишь мирный шум падающей воды да щебет птиц. Голос Декарда стих.

Элейн, раскрасневшаяся от жары, прикусила губу и обернулась. Почему так тихо? Немного поколебавшись, она медленно пошла назад. Уйти просто так было как-то тревожно, нужно было проверить в последний раз. Иначе эти глупые опасения камнем лягут на душу на все два часа обратного пути.

Убедив саму себя, Элейн заглянула за край скалы. Ее лоб, к которому прилипла челка, нахмурился.

Поверхность реки, сверкающая в лучах летнего солнца, была абсолютно спокойной. Декард, который еще секунду назад бушевал там внизу, бесследно исчез.

…Что?