Музыка, лившаяся мягко и нежно, из-за звучания шкатулки приобрела игривый, почти шаловливый оттенок.

Кэролайн открыла дверь, ведущую вниз, и, спускаясь по ступеням, обитым кожей, мысленно прокручивала спектакль.

Кто-то был здесь до того, как яхта отчалила?

Она открыла дверь, движимая любопытством, и широко раскрыла глаза.

На бархатной подставке стояли десятки музыкальных шкатулок. Все они были удивительно похожи друг на друга — формой напоминали раковины устриц.

Внутри белых фарфоровых створок вращались жемчужины. Шкатулок было больше двадцати. Кэролайн ощутила себя так, будто играет в прятки.

Словно они говорят: найди меня.

Она вертела головой, пытаясь заметить хоть какое-то отличие, но безрезультатно.

Ничего не понимаю. Что это?

В тот самый миг, когда она почувствовала досаду...

По спине пробежал холодок. Кто-то следил за ней.

Я ошиблась.

Ей казалось, что надо найти ту шкатулку, которая играет, но цель была не в этом.

Она повернулась — и увидела в тёмном углу, куда почти не попадал свет, шкатулку из красного дуба. В спектакле она символизировала любовь.

Мятные конфеты, которые героиня дарит герою.

Каждый раз, когда Фридман кладёт одну в рот, он думает о ней.

Почему она здесь?

Среди множества подделок шкатулка с мятными конфетами стояла тихо, как настоящая. Кэролайн шаг за шагом приблизилась к ней.

Щелчок.

Крышка открылась, и она увидела бесчисленное множество мятных конфет. Правильные восьмигранники источали тонкий аромат.

Не думая, она взяла верхнюю конфету и положила в рот.

Сладко.

Под ней блеснул гладкий металлический предмет.

Что это?

Она торопливо разгребла конфеты — и увидела ключ размером с ладонь. А под ним торчал уголок бумаги.

Она схватила его дрожащими пальцами и развернула.

Уходите отсюда скорее. Ни о чём не думайте.

Без подписи.

─── ⋆·✦·⋆ ───

Чаепитие, начавшееся после полудня, закончилось меньше чем через два часа.

Как только поток вопросов иссяк, разговор быстро сошёл на нет, и гости сосредоточились на созерцании пейзажа. Женщины сидели неподвижно, лишь бумага лежала перед ними.

Сжимая в руке записку, Кэролайн размышляла с нарастающим беспокойством.

Для чего этот ключ?

Зачем давать ключ, если велят уйти?

И кто это написал?

Эйден?

Кто ещё мог это сделать? Это же его яхта.

Почему он просит уйти?

Он ведь пригласил поклонников, чтобы провести с ними время после ухода. Но, поразмыслив, Кэролайн поняла, что происходящее совсем не похоже на отдых.

Допросы этих странных женщин, исчезновения... что вообще творится в этом поместье?

Может быть, Эйдена шантажируют?

Его осунувшееся лицо, его спокойствие, с которым он отвечает на любые вопросы...

Была и другая версия.

Что Эйден не в себе.

Что он не может считать, не помнит прошлого — настолько он потерян?

Поэтому он пригласил фанатов — чтобы узнать что-то о себе?

Но тогда кто эти женщины?

Кэролайн хлопнула себя по колену.

Психиатры?

Их отточенные механические движения и манера записывать — всё это наводило на такую мысль.

Но тогда почему они исчезают по ночам?

Она быстро нашла ответ.

Ага, их уволили?

Построив собственную теорию, Кэролайн на этот раз плотно поужинала и вернулась в комнату.

Сегодня у неё было дело.

Прошло уже три дня. Надо написать Анне.

Она взяла перо и начала выводить буквы.

Анна, привет!

Как твои дела? Не знаю, где ты сейчас, поэтому отправляю письмо и в твой дом, и в общежитие академии. Прости за беспокойство.

Как ты проводишь время? Я хотела поделиться планами на каникулы, но из-за всей этой суматохи с уходом Эйдена я не успела сказать тебе на выпускном. Я сейчас в поместье Эйдена Дербелла.

Представляю, как ты читаешь это с выпученными глазами. Я умоляла его не уходить в письме — и меня пригласили. Конечно, родители не знают. Они думают, что я всё ещё в общежитии. Так что если... хотя такого раньше не случалось, но если они напишут в академию — пожалуйста, как-нибудь выкрутись.

Как ты живёшь? Расскажи мне о своих делах, даже о мелочах. Мне будет приятно.

Здесь красиво и интересно, но без близких людей немного одиноко.

Жду ответа.

Хотела бы, чтобы ты была здесь.

Твоя Кэролайн.

Она боялась, что письмо могут отклонить из-за неуместного содержания, поэтому тщательно подбирала слова.

Несколько раз переписав черновик, она наконец завершила два одинаковых письма с разными адресами, сложила конверты и выставила за дверь.

Наверное, из-за того, что я много писала, или из-за того, что сегодня поместье казалось особенно странным...

До полуночи было ещё далеко, но Кэролайн почувствовала сонливость, заползла под одеяло и попыталась уснуть.

Сон был глубоким. Она даже не слышала колокола, пробившего двенадцать.

И неизвестно сколько времени прошло...

— А-а-а-а-а-а!

Сквозь звукоизолированные стены поместья прорвался крик и звук падения.

— Ах!

Кэролайн вцепилась в бешено колотящееся сердце и рывком села в кровати.

Что?

Тяжёлый удар.

Донесся звук ожесточённой борьбы. Совсем близко.

На втором этаже.

Прямо за дверью.

Кэролайн зажала рот ладонью, размышляя.

Открыть? Кто-то нуждается в помощи? Гость? Эйден? Слуга?

Она должна была понять, что происходит. Осторожно, стараясь не шуметь, она приоткрыла дверь.

Светловолосая женщина была схвачена неведомым существом. На тёмном втором этаже ничего не было видно, кроме её сияющих волос.

Но Кэролайн узнала того, кто держал её. Слишком знакомый силуэт — крупный мужчина.

Чёрная рубашка, чёрные брюки, туфли. Небрежно зачёсанные седые волосы.

...Так это же!

В тот же миг женщина исчезла из его рук.

Исчезла.

Буквально — его ладони опустели.

Там, где только что были очертания женщины, — пустота. Кэролайн, не веря своим глазам, зажала рот ладонью и уставилась на мужчину, почти неразличимого в темноте.

Неужели…

И она встретилась с его взглядом.

Она не помнила, как захлопнула дверь. Заперла её на замок, задвинула засов и отбежала к дальнему окну, подальше от двери.

Всё тело тряслось.

Она почти не двигалась, но сердце колотилось так, будто вот-вот разорвётся, и она не могла сдержать прерывистое дыхание.

Фридман.

Фридман из «Человека-устрицы» стоял прямо перед ней. С таким зверским взглядом, от которого у зрителя кровь стынет в жилах.

Значит, Эйден гримировался под Фридмана...

Это какая-то форма безумия?

Или всё наоборот?

Может, это она сошла с ума? Реалистичнее предположить, что Кэролайн просто видит галлюцинации.

Но женщина же исчезла! Что, чёрт возьми, здесь происходит...?

Может, она действительно безумна.

Что вообще творится в этом месте? Что случилось с Эйденом Кристианом Дербеллом?

Весь мир померк, а затем вернулся — и в этой сцене, словно в театральной постановке, сверкнула молния.

Сколько времени прошло? Громовой раскат сотряс землю.

Сжавшись и дождавшись, пока стихнет грохот, Кэролайн медленно подняла голову. Она медленно поднесла руки к лицу и протёрла глаза.

В воздухе что-то висело.

[Мисс Кэролайн Огастес, согласны ли вы стать Игроком?]

Снова сверкнула молния.