Кэролайн поспешно отступила от двери.
Разговор, который она пришла подслушать по совету Тоби, происходил прямо здесь.
Главное, чтобы меня не заметили. Кстати...
Я очень хочу заглянуть в те коробки.
Даже если они далеко, это комната, где разговаривают двое людей.
Она осторожно пригнулась и заглянула в окно.
Там есть диван.
Рядом с ними стоял большой диван.
Он находился прямо перед дверью в библиотеку, и если бы она вошла, то могла бы идеально спрятаться за ним.
К тому же дверь в библиотеку, по ошибке слуг, была не заперта.
Повезло. Получится войти беззвучно.
Она снова оглянулась.
Никого нет.
Убедившись, что слуг нет, она сняла обувь и взяла её в руки.
Затем осторожно толкнула дверь в библиотеку.
Благодаря хорошей смазке, та не издала ни звука.
Двое были так поглощены разговором, что не заметили её.
Согнувшись, как креветка, Кэролайн быстро спряталась за диваном.
Приблизившись, она увидела две большие коробки.
[!]
Значок появился, словно говоря: «Вот оно!»
Она открыла крышку...
Внутри были драгоценности и картины, тщательно упакованные для защиты.
На каждой упаковке были указаны название и цена — с бесконечными нулями.
Богатейший человек.
Это явно не то, поэтому она перешла к следующей коробке. Внутри были документы.
Все выглядят одинаково.
Открыв один конверт наугад, она увидела какие-то незнакомые земельные документы.
Восхищаясь его состоянием, она взяла другой конверт...
И увидела знакомое лицо.
— Хм?
Лицо в рамке, стоявшее на полке Мишель.
Мужчина, сиявший на вырванной из газеты фотографии.
Тот самый, которого любила Мишель и который был отцом Эйдена.
Почему он здесь...
Она медленно перевела взгляд ниже, и там было написано:
«Граф Маллентайн Идиас Роман»
«18xx. 08.26 ~ 18xx. 03.07»
Кэролайн замерла, даже не дыша.
Этот человек — граф Роман?
Внезапно множество фрагментов информации промелькнуло в её голове.
«Код замка шкафа — 0826»
Код замка в комнате Мишель, совпадающий с днём рождения графа Романа.
Несколько пунктов соглашения, которые она видела пару дней назад.
«Мишель Беллотта Дербелл и Эйден Кристиан Дербелл обязуются не вступать в контакт с членами семьи Роман, включая виконта Маллентайна Идиаса Романа».
«Не упоминать об отце Эйдена Кристиана Дербелла».
И письма Мишель, полные проклятий в чей-то адрес.
«Проклинаю тебя. Ты пожалеешь. И та женщина, на которой ты женился, тоже».
«Умри. Умри. Умри. Умри. Сдохни!»
«Отвечай! Отвечай же! Как ты мог так поступить со мной, Мартин?»
Мартин.
Похоже, это было уменьшительное имя графа Маллентайна Идиаса Романа.
Значит, он — отец...
Кэролайн сглотнула.
Выходит, Эйден — незаконнорожденный сын знатного и богатого аристократа.
Она очнулась от шока, услышав голос Эйдена.
— Извиниться? Спустя ровно двадцать четыре года?
Донёсся горький смешок.
— Соблазнил наивную балерину, заставил её родить ребёнка, а потом бросил — и теперь, наконец, решил извиниться?
Кэролайн снова сглотнула.
Во рту пересохло, горло сжалось.
Она узнала слишком много правды.
Она знала, что Мишель была выдающейся балериной.
Об этом говорили многочисленные награды в её комнате.
Она привлекла внимание графа Романа — тогда ещё виконта.
Они любили друг друга...
А потом он её бросил.
Но, видимо, она не забыла его до самой смерти.
Фотография в её комнате и надпись в блокноте.
«Скоро я приду к тебе, моя любовь. Мы встретимся только после смерти»
— Моя мать думала о нём до последнего вздоха. И вот теперь.
— Мистер Дербелл...
— Моя жизнь была для него всего лишь трофеем, чтобы похвастаться. И теперь?
Кэролайн крепко закусила губу и закрыла крышку коробки.
Она поступила правильно, придя послушать разговор по совету Тоби.
Но на сегодня достаточно.
Всё, хватит.
Казалось, она узнала слишком много.
Глубокие тайны Эйдена Дербелла, которые он не хотел бы, чтобы кто-то знал.
Несмотря на то, что она получила информацию, необходимую для квеста, на душе было тяжело.
Она привела коробки в порядок и бесшумно выскользнула из комнаты.
Когда она вернулась к столику, чувствуя себя опустошённой...
[!]
Кэролайн увидела жёлтый восклицательный знак, парящий над стулом, на котором она сидела.
На столе лежала записка и бежевая коробка с ручкой.
Что это?
Как только она приблизилась, перед глазами появилось знакомое окно.
[Особое задание!]
[У Эйдена Дербелла плохое настроение. Мисс Кэролайн, проведите незапланированное чаепитие и поднимите ему настроение!]
[Награда: перехваченное письмо Анны]
Провести чаепитие?
Что значит «перехваченное письмо Анны»?
Кэролайн взяла письмо, лежавшее перед ней.
От него пахло розами — это явно было письмо от Анны.
На конверте и на крышке коробки с тортом была надпись: «СРОЧНО!!!».
Она открыла письмо и прочитала:
Привет, Кэролайн, это я, Анна. С днём рождения!
Надеюсь, ты не забыла о своём дне рождения, развлекась со своим актёром?
Мы всегда праздновали дни рождения вместе в академии, но сегодня я не могу быть рядом.
В знак сожаления я посылаю тебе торт, только что купленный в пекарне дяди Билла.
Я держала его в холодильнике, и отправила срочной доставкой — надеюсь, он не растаял в эту жару!
Это твой любимый вишнёво-шоколадный торт, так что ешь сколько хочешь. В прошлый день рождения ты умяла половину за раз!
Настоящий подарок я подарю тебе, когда ты вернёшься в академию после каникул. Я уже хочу тебя увидеть. Мне надоело писать письма.
Ах, да! Письма! Я отправила тебе письмо до этого поздравительного, но так как это срочное, оно может прийти раньше или вместе с тем.
Прошло два дня с тех пор, как я написала то письмо, но мы всё ещё в ссоре.
Конечно, холодная война — с моей стороны, но знаешь, как смешно он оглядывается на меня жалобными глазами, когда я прохожу мимо по коридору!
В общем, Кэролайн, с днём рождения!
Ешь много вкусного и вернись с лучшими воспоминаниями.
Я хочу тебя видеть. Целую.
Твоя лучшая подруга, Анна Бланш, посылает тебе кучу поцелуев!
— Точно...!
Кэролайн открыла рот.
Она не следила за датами в поместье и совсем забыла, что сегодня её день рождения.
— Даже когда я сама забыла, ты вспомнила... Анна, ты лучшая...
На глазах Кэролайн выступили слёзы, когда она развязала розовую ленту на коробке.
Ещё не открыв её, она уже чувствовала сильный аромат шоколада и вишни.
И когда она открыла её, то зажала рот рукой от восхищения.
— Ах!
Внутри лежал её любимый торт.
