Почему же?
Почему-то её великий актёр смотрел на неё с такой нежностью.
Встречаться с ним взглядом стало неловко. Щёки запылали, тело словно скрутило, но Кэролайн не отвела глаз и молча наблюдала за ним.
Он определённо другой.
В его глазах была жизнь.
Два зелёных глаза мягко мерцали.
Кэролайн видела, как уставший Эйден — тот, которого она встречала до наступления ночи — улыбался и радовался.
Но то было несравнимо с тем, что она видела сейчас.
Первым заговорил Эйден.
— ...Здравствуйте, Кэролайн. Раз я встретил вас здесь, значит, вы успешно прошли квест по раскрытию прошлого Эйдена.
— Да.
— ...Впечатляюще.
Несмотря на суровый грим Фридмана, мужчина выглядел искренне восхищённым.
Затем, поняв, что не представился, он поспешил:
— Ах, я — «Эйден в 3 часа ночи», которого вы получили в качестве награды.
— Я так и подумала.
На её ответ мужчина тепло улыбнулся. Хотя это был тот же человек, что и другие личности, которых она видела, от одной этой улыбки у неё странно защемило в груди.
— ...Ах.
Заметив, что он полностью в чёрном, Эйден начал стирать грим.
Он смахнул макияж, который делал глаза более выразительными, и снял накладной шрам на щеке.
Волосы, аккуратно зачёсанные гелем, он небрежно взъерошил рукой.
И при этом смущённо улыбнулся.
— Похоже, сегодня я был Фридманом.
Кэролайн с любопытством смотрела на него.
Внешне он ничуть не изменился, но это был совершенно другой человек.
И всё же — часть Эйдена.
Зачем этот человек появился передо мной?
Какое задание ждёт её с ним?
— Здесь легко попасться слугам, так что позвольте проводить вас в комнату.
Эйден провёл заинтригованную Кэролайн в свою комнату.
— ...Вам не нужен ключ?
Удивительно, но замок на двери комнаты Эйдена, похоже, был препятствием только для Кэролайн.
Эйден, словно не видя никакого замка, просто взялся за ручку и открыл дверь. Кэролайн снова переступила порог тёмного пространства, в котором была прошлой ночью.
— Раз вы прошли квест, вы, должно быть, уже заходили сюда вчера.
— Да. Извините, что вломилась в чужую комнату.
— Не думайте об этом. Можете заходить в любое время.
— Ведь вы игрок.
Эйден добавил это мягким тоном. И с удивительной ловкостью протянул руку в темноту.
Вскоре раздался щелчок рычага, и в комнате зажглась лампа.
Щёлк!
— Осторожно.
Он предложил руку, словно приглашая на танец, и в тот же миг пол комнаты раздвинулся в стороны.
Хотя я видела это вчера, конструкция действительно поразительная.
Когда движение прекратилось, мужчина усадил Кэролайн на милый фиолетовый диван.
— Присаживайтесь.
— Ого.
Как только она села, тело утонуло в мягкой глубине.
Пока Кэролайн в изумлении ощупывала диван, Эйден отвернулся к шкафу и начал готовить чай.
Она слышала за спиной звук кипящей воды и звон посуды.
— Сейчас три часа ночи, вы не устали?
— Немного. Но мне так любопытно, что сон прошёл.
— Я заварю вам чай, который поможет быстро уснуть, когда вы вернётесь в свою комнату.
— Спасибо.
Мужчина говорил с ней мягко, и Кэролайн повернулась, чтобы молча наблюдать за ним.
Тот же человек, но совсем другой.
Широкие плечи, длинные руки и ноги — всё то же самое.
Но удивительно, как каждое его движение отличалось от того, когда он был погружён в роль Фридмана.
Эйден двигался более легко и изящно, чем довольно грубый Фридман.
Значит, каждый персонаж — действительно отдельная личность.
Пока она безмолвно восхищалась, Эйден развернулся с подносом в руках.
Их взгляды внезапно встретились, и Кэролайн, почувствовав, как заалели уши, поспешно отвернулась.
Почему?
Впервые встретив дневного Эйдена, она не чувствовала ничего подобного.
Непривычная для этого особняка теплота и человечность странно заставляли её сердце биться чаще.
— Ромашка с мёдом. Попробуйте.
Он поставил парящую чашку на столик перед диваном и сел на стул рядом.
— Спасибо.
Кэролайн сделала глоток.
Жидкость идеальной температуры мягко обволакивала рот.
Опустив чашку, она заметила, что Эйден внимательно наблюдает за её реакцией.
— Вкусно.
Он широко улыбнулся, будто только и ждал этих слов.
— Рад слышать. Пейте не спеша.
Постукивая пальцами по тыльной стороне ладони, Эйден, погружённый в раздумья, с трудом открыл рот.
— Как вы уже знаете, у Эйдена несколько личностей. Первая — «дневной Эйден».
— Дневной Эйден?
— Тот парень, с которым вы завтракаете, пьёте чай и ужинаете. Тот, кто ведёт основную игру, называется «дневным Эйденом».
Кэролайн кивнула.
— А остальные личности — все «ночные Эйдены». Вы знаете, что после заката появляются персонажи Эйдена?
— Да.
— Тогда роль сохраняется ровно до трёх часов ночи. А после этого и до рассвета...
— Это вы.
— Верно.
Эйден был разделён на несколько личностей, занимающих все 24 часа.
Кэролайн кивнула, но вспомнила кое-что и заговорила. Сегодня она вышла ровно в три, но сначала встретила Фридмана.
— Но это странно. Сегодня я вышла ровно в три, но сначала встретила Фридмана.
— Ах.
Эйден понимающе кивнул.
— Строго говоря, я становлюсь собой только тогда, когда в три часа ночи просыпаюсь в кровати одной из личностей.
— Что это значит?
— Вы знаете, что по обе стороны от этой комнаты расположены комнаты персонажей. В три часа ночи в образе персонажа я инстинктивно захожу в свою комнату и ложусь. Как только голова касается подушки, я закрываю глаза, а когда открываю — превращаюсь в себя.
— Тогда раньше...
Кэролайн вспомнила, как встретила его у двери Фридмана.
— Фридман пришёл лечь, увидел меня и осознал себя.
— Да.
— Если бы я не повалила Фридмана и он не ударился бы затылком, я бы не встретила вас?
— Вы его повалили?
Эйден отреагировал так, будто услышал, что слона просунули в игольное ушко. На его губах застыла растерянная улыбка.
— Ну... это...
Сказав это, она поняла, как странно это звучит. Кэролайн задумалась, как лучше выразиться, и продолжила.
— Фридман ведь ведёт себя с Региной по-свински. Он затащил меня к себе в комнату и приставал, так что я... Эйден?
Кэролайн, которая ворчала, как будто жалуясь, вдруг замолчала, увидев, как похолодело лицо мужчины.
Лицо, которое с улыбкой слушало её, мгновенно застыло при последних словах.
— ...Он приставал к вам?
— Ну, знаете, обычные слова Фридмана. Он только языком треплет, будто готов на всё, а когда Регина отвечает вдвойне — сразу пугается, вы же знаете?
Хотя личности разные, это было одно тело. Строго говоря, это были его собственные действия, пусть и в образе, но Эйден выглядел разгневанным.
— Похоже, вы тоже не помните, что делают другие личности, да?
— Да, личности не помнят, что происходило друг с другом. Словно они совершенно разные люди. Только я иногда могу догадаться о произошедшем, убирая следы их присутствия в комнатах.
— Значит, «Эйден в 3 часа ночи» — вы просыпаетесь в три и занимаетесь уборкой особняка?
— Да.
Кэролайн сделала озадаченное лицо. Тело Эйдена никогда не отдыхало.
— А когда вы спите?
— Ха-ха. Обычно я отвечаю за сон. После того как закончу дела, я сплю до того, как проснётся дневной Эйден.
Казалось, Эйдену нравились её вопросы. Он ярко улыбался каждый раз, когда она говорила, и Кэролайн нравилось видеть его таким — ведь у других личностей это было редкостью.
— Но ведь вам нужно встречаться с игроком.
Отпив глоток чая с мёдом, он продолжил.
— На самом деле, Кэролайн, до вас никто не проходил первый квест. Все провалились, так что у меня не было возможности встретиться с игроком.
— ...Что? Не может быть. Хотя, пожалуй, может.
Учитывая сложность игры, это было невозможно для того, кто не был таким фанатом, как она.
— Игра должна быть достаточно сложной.
На её слова «Эйден в 3 часа ночи» снова улыбнулся.
