— Это была шутка. Посмейтесь, Кэролайн.
При этих поспешно добавленных словах Кэролайн наконец позволила дрогнуть уголкам губ.
— В спектакле вы ни разу не ошибались.
— Я так усердно репетировал. И учился у лучшего клоуна.
— Да, я слышала, вы сами ездили в цирк.
Они грациозно наклонялись и выпрямлялись, описывая широкие полукруги.
Теперь шаги стали довольно свободными.
— В спектакле так много внимания уделялось клоуну Уиллу, вам пришлось многому научиться.
В период подготовки Эйден не просто репетировал — он тренировался, чтобы стать настоящим клоуном.
Говорили, что его обучала труппа «Цирк лунной ночи» — лучший бродячий цирк, который каждый год объезжал весь мир.
— Создание фигур из шаров, пантомима, жонглирование, фокусы... Вам не было хлопотно? Это же отвлекает от самой игры.
— Наоборот, мне это помогло.
Кэролайн наклонила голову.
Он каждый раз говорит «наоборот, помогло». Может, это просто скромность?
— Я мог свободно наблюдать за тренировками цирковой труппы. Был единственным, кто мог смотреть их представления бесплатно.
Эйден перевёл взгляд в окно.
Его глаза были полны сладких воспоминаний, словно он переживал летнюю ночную грёзу.
— Тогда я впервые увидел цирк. А вы, мисс Кэролайн? Вы когда-нибудь были в цирке?
— Да, в детстве несколько раз...
Кэролайн запнулась.
Хотя её район нельзя было назвать богатым, большие и маленькие цирки часто приезжали туда. Она даже ходила в цирк на школьную экскурсию. Цирк не был роскошным развлечением.
Странно, что он впервые увидел цирк уже взрослым.
— Да, обычно так и бывает. Но в детстве у меня не было ни достатка, ни свободы. Поэтому первый цирк показался мне невероятно притягательным.
Ни достатка, ни свободы?
Кэролайн с недоумением посмотрела на него.
Она знала, что он с детства жил в этом поместье Дербеллов. Он был богат, как никто другой.
Наверное, отсутствие свободы связано с ранним началом карьеры.
Это было похоже на правду.
Когда начинаешь работать так рано, это неизбежно.
— И, что самое главное, репетиции цирковых номеров были для меня отдыхом. Я люблю актёрство, но дышать каждым персонажем до такой степени утомительно. Иронично, но тренировки цирковых навыков, чтобы стать этим персонажем, давали мне освобождение — в эти моменты я был дальше от него, чем когда-либо.
Под его руководством Кэролайн двигалась почти автоматически.
Туфли легко отбивали ритм по полу, и, используя его поднятую руку как ось, она сделала полный оборот.
Эйден одобрительно кивнул и продолжил:
— И это было весело.
— Вы выглядели счастливым. Хотя я знаю, что клоуны улыбаются осознанно...
— Да, это действительно весело. И я хочу разделить это веселье с вами, мисс Кэролайн.
— ?
Время танцев закончилось.
Кэролайн стояла в центре холла, держась за руки с Эйденом.
Они были так близки уже не впервые, и она не первый раз касалась его, но одно лишь прикосновение кончиков пальцев вызывало странное чувство.
Тихий дождь снаружи и уютная атмосфера игровой комнаты настраивали её на этот лад.
Но это длилось лишь мгновение.
— ?
Эйден начал что-то доставать из кармана.
— Это...
Красные шары.
— Музыка закончилась, и вы уже освоили первый навык Уилла — танец.
Ровно пять красных шаров лежали в его руке.
— Попробуемся жонглировать?
Его руки осторожно обхватили её локти.
— Прошу прощения, Кэролайн.
— Всё в порядке. Можете прикасаться сколько угодно. Нет...
Она чуть не прикусила язык, но шары в руках отвлекли её.
К счастью, мужчина, который был всего лишь игровым персонажем, казалось, не обратил внимания на её слова.
— Почувствуйте вес двух шаров в руках.
Он надел белые перчатки до запястий, чтобы не причинять ей неудобства.
Откуда они взялись?
Это было не впервые.
Белые перчатки, которые Уилл, как ведущий, а не клоун, всегда носил с голубым фраком.
С белыми пуговицами на запястьях.
И Кэролайн почувствовала, что мужчина в этих перчатках выглядит гораздо более сдержанным, чем без них.
Одним словом, привлекательным.
Я пропала.
Он стоял прямо за ней.
Её спина почти касалась его груди.
Наверное, слышно, как бьётся моё сердце.
Эйден слегка скрестил свои руки с её и поддержал её ладони снизу.
Как чаши весов, он медленно поднимал и опускал её руки, возвращая их в исходное положение.
— Теперь сожмите шары. Крепко, затем едва касаясь. Не сжимайте слишком сильно, найдите тот баланс, чтобы вы могли контролировать их, но они не выскальзывали.
Кэролайн сделала, как он сказал.
— Теперь попробуйте подбрасывать их по одному и ловить. Не слишком высоко.
Ожидая, что это будет легко, она удивилась, насколько сложно это оказалось.
Она знала, что не очень хорошо координирует движения, но разброс высоты каждого броска сбивал её с толку.
— Бросайте примерно на две ладони вверх. Хм.
Поняв, что словами не объяснить, Эйден на мгновение заколебался.
Затем его рука в белой перчатке накрыла её ладонь.
Как фарфор, завернутый в ткань, он полностью накрыл её руку.
— Давайте вместе. Я буду бросать, а вы запоминайте ощущение.
Несмотря на неожиданное начало, Кэролайн поняла, что это не так уж плохо.
Стоять со своим любимым актёром за спиной было неожиданно приятно.
Его голос доносился сверху, и его тень, падающая на неё, создавала странное ощущение безопасности.
— Чувствуете?
— ...Д-да!
Кэролайн поспешно кивнула.
Он слегка приподнял её руки — шары взлетели на высоту двух ладоней и упали обратно.
Ощущение, что они сами ложились в руки, даже если их не ловить специально.
Она интуитивно поняла, что в этом суть жонглирования.
— Разве это не весело?
— Весело.
Честно говоря, ей было приятнее не само жонглирование, а близость Эйдена.
Но Кэролайн поспешно ответила и следовала за движениями его рук.
Урок жонглирования закончился тренировкой: она бросала шары из одной руки в другую, ловила их, снова бросала и снова ловила.
— У каждого шара свой вес, текстура и форма. Внутри разное наполнение — бобы, шарики.
Как он и говорил, он мог жонглировать шестью шарами.
Он не шутил.
Кэролайн с удивлением смотрела, как Эйден, не отводя глаз, виртуозно жонглирует.
— Теперь, когда у вас есть этот опыт, когда вы увидите, как жонглирует кто-то другой, вы сможете многое понять.
И он не шутил.
Ровно через несколько часов Кэролайн поняла это.
