Контент удален!

— Другие личности тоже такие же, как ты?

— Нет. Только я знаю, что я — персонаж, и что я — личность, сформированная через игру Эйдена. Самая старая роль, которую он играл дольше всех, ещё до того, как стал взрослым. Это я.

Джеймс говорил с привычной беспечной грубостью, но в его голосе звучала гордость.

— Почему ты отличаешься от других?

— Я же сказал, я самый старый. И ты знаешь, требования Мишель Дербелл начались с моей роли.

«Джеймс не переспрашивает так тупо».

— Да, знаю.

Юный Эйден тогда получил пощёчину.

— Откуда ты знаешь? Слышала? Кто-то рассказал?

— М, нет. Я, ну… Я читала дневник Эйдена.

— Дневник? Что это?

Кэролайн молча посмотрела на Джеймса.

Дневник был последней подсказкой первого квеста. Но, в отличие от «Эйдена в 3 часа ночи», Джеймс не знал о его существовании.

Он знает, что я игрок — значит, знает о существовании игры, но этого не знает?

Поняв её недоумение, Джеймс продолжил:

— Объясни мне. Я ничего не знаю о механике этой игры, о том, с кем ты встречалась и что было.

— Но откуда ты знаешь об игре?

В её голосе прозвучало подозрение, и лицо Джеймса помрачнело.

— Как я могу не знать? Я помню всё время, когда я — это я. Сюда приходило множество игроков. Каждый задавал вопросы, не понимая меня, проваливался, отмахивался и уходил...

Джеймс сказал, что видел бесчисленное множество игроков, которые не относились к игре серьёзно, воспринимали её как проходной этап и постоянно проваливались. Поэтому его время застыло — он снова встречал игроков, вёл бессмысленные разговоры... и они снова уходили.

— День, когда я впервые увидел тебя, был дождливым — так было настроено каждый раз. Когда приходил новый игрок, в особняке всё повторялось. Так что я стоял под дождём. Мне это нравится, ты ведь знаешь.

Кэролайн кивнула.

— Ах, ты, наверное, тоже скоро уйдёшь. Что могут сделать игроки без фоновых знаний? Только ранить Эйдена и уйти. Дерьмово.

Джеймс с характерным раздражённым лицом скривил губы.

— Но ты продержалась дольше, чем я думал. Это меня удивило. Поэтому я сказал тебе те слова, а ты, похоже, приняла их за реплики?

Кэролайн восстановила в памяти те слова, которые Джеймс сказал ранее.

— Ты не ушла. Я думал, тебе уже становится здесь тяжело.

— Да. Но тогда ты не сказал следующую реплику. Поэтому я подумала, что это странно, и в итоге это помогло мне узнать правду.

— Вау! Ты действительно необычная.

Джеймс с бутылкой в руке, словно произнося тост, протянул её Кэролайн и засмеялся. Он вёл себя развязно, как мальчишка-подросток, но в нём чувствовалась усталость человека, долго страдавшего от чего-то.

— То, что ты поняла, что это реплики, уже было удивительно, но ты ещё заметила, что следующей реплики нет... Кто ты? Чёрт, как у тебя это получилось?

«Кто ты?» — этот вопрос она слышала в особняке впервые. Ни слуги, ни дневной Эйден, ни «Эйден в 3 часа ночи», ни юный Эйден не задавали ей этого вопроса.

Это было ново.

И Кэролайн тоже не задумывалась об этом последнее время. В последнее время она думала о себе только как об игроке, и у неё не было возможности представиться кому-то.

— Я Кэролайн Огастес. Поклонница Эйдена Дербелла и...

Она на мгновение заколебалась.

— Одна из бесчисленных второстепенных ролей в этом игровом мире.

— Значит, ты не была игроком? Те, другие, казалось, приходили извне.

— Нет. Но я стала игроком.

— Как?

Джеймс с потрясённым видом подался вперёд, почти падая на неё.

— Можешь отодвинуться?

— Ладно. Жестоко.

— Когда я пришла в особняк, система предложила мне статус игрока. Сказала, что больше нет игроков и Эйден рискует исчезнуть. И я согласилась, чтобы защитить его.

Лицо Джеймса побледнело. «Эйден в 3 часа ночи» уже знал об этом, но для Джеймса это было в новинку.

— Почему Эйден должен исчезнуть? Чёрт, он же жив, здоров, зачем ему исчезать? Тогда и я исчезну.

— Похоже, он был потрясён, узнав, что у него множественное расстройство личности.

— ...

Услышав, что он сам косвенно виноват, Джеймс плотно сжал губы. Как и положено мальчишке его возраста, он грубо встряхнул головой. Он казался очень растерянным.

— Чёрт, я ничего не понимаю. Что это за игра, как она работает... что у Эйдена на уме. Но одно я знаю точно.

Подросток раздражённо поднял голову — и Кэролайн увидела, как ярко сверкнули его зелёные глаза. Глядя только на неё.

— Ты — ключ. До тебя не было никого похожего. С тех пор как ты пришла, один и тот же день не повторяется. После дождливого дня я редко выходил ещё раз — я мог появиться только когда день возвращался к дождливому. Но сегодня я вышел второй раз. И впервые плавал.

Он был крайне взволнован.

Я понимаю.

Кэролайн могла представить его жизнь. Он появлялся не каждый день, как дневной Эйден, а только в тот день, когда на чаепитии говорили о «Тихой выпускной церемонии».

Игроки не держались долго, и его жизнь каждый раз повторялась. Снова и снова он тратил время на глупых и раздражающих игроков. Но он должен был с ними взаимодействовать.

До смерти тоскливо, и вдруг — новое время.

Он должен быть счастлив.

Она уже открыла рот, чтобы задать ему ещё вопросы, как вдруг Джеймс вздрогнул, будто его ударило током, и оглянулся.

— Погоди, который час?

— Не знаю.

Кэролайн открыла сумку, чтобы проверить местоположение слуг. Они всё ещё патрулировали особняк по отдельности.

Один был на втором этаже, другой — на третьем.

Так который же час?

— Мне пора идти.

Кэролайн широко раскрыла глаза, глядя на вскочившего Джеймса. Что с ним?

— Около трёх часов ночи я инстинктивно чувствую, что должен идти в свою комнату на третьем этаже и ложиться спать.

Похоже, у каждого персонажа был встроен сигнал ложиться к тому времени, когда должен появиться «Эйден в 3 часа ночи».

— Почему?

— Не знаю. Просто, просто так. И другие персонажи тоже так делают.

— И другие персонажи тоже?

Во-первых, он не знал о существовании «Эйдена в 3 часа ночи». Он думал, что просто засыпает в три часа.

Во-вторых, он знал, что делают другие персонажи. Как?

— Мне пора. Расскажу по дороге.

Джеймс, словно спасаясь от невидимого зверя, поспешно схватил одежду и накинул её. Затем повернул механизм бассейна, чтобы вода ушла.

Кэролайн, тоже второпях, последовала за ним из бассейна, возвращаясь по тому же пути.

Нужно ещё осмотреть другие места, но...

Теперь она знала тайный вход, так что сможет прийти в подвал снова. А пока важнее поговорить с Джеймсом.

— Подожди, подожди. Медленнее. Итак, о ком ты говоришь — какие персонажи?

— Те, которых ты знаешь: Фридман, Уилл, Ипрос.

— Ты знаешь, что они делают?

— Они просыпаются как персонажи и действуют. Но иногда я смутно помню, что они делали. Мне передаются их воспоминания. Но, похоже, это только у меня.

Кэролайн открыла рот от изумления.

— Я чувствую. Скоро три. Мне действительно пора. Ты можешь идти быстрее?

Он даже начал торопить её, и Кэролайн запыхавшись бежала за ним. Они повернули за угол и шли по прямому туннелю на второй этаж.

[Панель настроек]

— Хм?