Контент удален!

— ...Как такое возможно? Личности должны обладать только своими собственными воспоминаниями. Даже дневной Эйден на это не способен.

— Вот именно. Может, потому что он самая старая роль? Джеймс особенный. Но, Эйден, может, рассказать Джеймсу о вашем существовании? Это может помочь.

— ...Не знаю. Не уверен, что это безопасно. Как он отреагировал, когда узнал, что он персонаж и что это игра?

Кэролайн задумалась.

Их разговор с Джеймсом не был очень долгим, к тому же она не выяснила, что именно он о ней думает.

— Он считает себя Джеймсом, но при этом знает, что он личность. Он отделяет себя от Эйдена. И он знает о других личностях, так что, думаю, можно рассказать ему о вас.

Эйден глубоко задумался.

Казалось, он и радовался, и мучился. Почему? Она думала, что он, как NPC, знающий об игре, обрадуется.

— ...Должно быть, вы правы. Я ведь не могу с ним встретиться. Если он воспримет это нормально, можете рассказать.

И он мягко улыбнулся.

— Как прошёл ваш день? Мне интересно не только то, что вы нашли для прохождения игры, но и как вы провели сегодняшний день.

— Ну, за завтраком я убедилась, что подвал относительно безопасен от слуг. А во время чаепития мы катались на лодке по озеру, и...

Кэролайн на мгновение замялась, затем поспешно закончила:

— На ужин я ела куриный суп.

— Дневной Эйден проводит с вами много времени.

Эйден тихо произнёс это. В его голосе слышалась лёгкая зависть, но Кэролайн не заметила.

Она была погружена в другие мысли. Точнее, в холод озера, который тянул её вниз.

Ах. Всего два дня назад я так уверенно говорила, а теперь уже хочу сдаться.

Она не могла рассказать ему, что за ужином с родителями поняла, как дорога ей жизнь за пределами особняка.

И что, чуть не утонув в озере, осознала: если она умрёт как игрок, второго шанса не будет.

«Эйден в 3 часа ночи» наверняка помрачнеет и снова начнёт уговаривать её выйти из игры.

Но...

В ней всё ещё оставался страх. Сердце до сих пор колотилось.

И всё же она не хотела сдаваться. За два дня она пережила кризис, но одновременно добилась большого прогресса. Осталось найти один дневник и три ключа — и второй квест будет пройден.

Я справлюсь.

Кэролайн крепко сжала кулак, укрепляя решимость. Эйден, наблюдавший за ней, сменил тему.

— ...Вы привыкли иметь дело с Ипросом? Вы сказали, что уложили его, обняв.

— Ах, не то чтобы привыкла... М-м. Честно говоря, это сложно. С Ипросом трудно быть холодной, и я всё время выполняю его просьбы.

— Какие просьбы?

Когда он наклонил голову и спросил, Кэролайн потеряла дар речи.

Если она скажет, что Ипрос так эмоционально упрашивал, что они целовались, держались за руки и сегодня обнимались, — какое лицо будет у «Эйдена в 3 часа ночи»?

Он решит, что я извращенка?

Даже не думая о его реакции, Кэролайн почему-то не хотела рассказывать ему о физической близости с другими персонажами.

— Как вы знаете, Кэролайн, Ипрос — персонаж с сильной привязанностью к Исахе. Поэтому он будет часто требовать настойчиво: останься рядом, возьми за руку и так далее.

— ...Знаю.

— Похоже, вы уже кое-что выполнили. Что именно требовал Ипрос? Если вы выполнили просьбу обнять его, то, наверное, уже и за руку держались несколько раз.

Она не смела признаться, что они и целовались.

Кэролайн, пока её расспрашивали, чувствовала что-то странное. Эйден выглядел не столько осуждающим, сколько расстроенным.

Мужчина, который ещё недавно был Ипросом в том же теле и с той же внешностью, но с совершенно иным ощущением, крепко закусил губу.

— Я считаю, что персонажи-личности очень опасны. Они не видят реальности и, чрезмерно погружаясь, не различают, кто перед ними. Я беспокоюсь, что вы можете сильно испугаться или пострадать, имея с ними дело.

Его беспокойство не было преувеличением.

Кэролайн и сама сильно пострадала от Фридмана, а Ипрос вымотал ей все нервы. Уилл, воспринимая её как детектива Джейн, тоже создавал напряжение.

— Я рада, что с Джеймсом можно договориться, но из троих с кем мне следует быть особенно внимательной?

— Я хотел бы сказать «со всеми тремя», но если уж выбирать...

Эйден нахмурился и снова закусил губу. Похоже, ему не нравилось уже то, что Кэролайн вообще имеет дело с персонажами.

— Фридман?

Кэролайн перебила его.

Бандит. С тяжелым характером. Тот, кто пускает в ход кулаки. Грубый на язык и обращающийся с Региной как попало.

— Нет, наоборот, он, пожалуй, самый безопасный.

— Что?

Кэролайн наклонила голову. Это стало совершенно неожиданно.

Ипрос, который ходит за Исахой по пятам и дарит любовь, Уилл, который в игре в кошки-мышки с Джейн в итоге влюбляется в неё. Фридман безопаснее их двоих?

— По вашему лицу видно, что вы не понимаете.

«Эйден в 3 часа ночи» улыбнулся ей. Улыбка с опущенными уголками бровей, немного печальная.

— По-моему, самый опасный — Ипрос.

— Не может быть.

Он снова горько усмехнулся.

Кэролайн была озадачена. Ипрос, конечно, ведёт себя как надоедливый ребёнок, но когда она только что с ним встречалась, особых проблем не возникло. Он не убийца, как Уилл.

Конечно, его любовь к физическому контакту немного беспокоила... но ведь можно уклоняться, говоря, что среда не наступит.

— Привязанность Ипроса к Исахе слишком велика. Она выходит за рамки простой зависимости и любви, превращаясь в чрезмерную одержимость. По крайней мере, таким Ипроса интерпретировал Эйден. Поэтому будьте осторожны с Ипросом, Кэролайн. С другими персонажами тоже, конечно.

— А если мне покажется, что личности опасны, есть ли большая разница между ними? По степени опасности или...

— ...Разница есть. То, как они воспринимают вас как партнёра по сцене, сильно отличается. К тому же детали, которые Эйден вкладывал в каждую роль, тоже разнятся. Есть персонажи с более проработанными деталями и менее.

— Понятно.

— И, что удивительно, у личностей разные зоны активности.

— Зоны активности?

— Я узнал это, убирая за ними. Фридман не может выходить за пределы особняка. Он не может ходить в сад или к озеру. А Джеймс может пойти куда угодно, кроме озера.

Кэролайн кивнула, запечатлевая это в памяти.

— Ипрос может ходить везде. А Уилл немного особенный. Уилл в состоянии ведущего может находиться только в подвале и особняке, а Уилл в состоянии клоуна — наоборот, только на улице. Если клоун заходит в особняк, это всегда для того, чтобы сменить облик на мой.

Кэролайн поразилась.

— Почему они все такие разные?

— Я и сам не знаю. Возможно, места, где он бывал во время игры, остались как зоны активности.

— Всё равно спасибо, что рассказали, Эйден. Я запомню. Если возникнет опасная ситуация, я убегу туда, куда они не могут пойти. И у меня есть несколько полезных предметов.

— Полезных предметов?

Когда Эйден переспросил, Кэролайн начала доставать из сумки свои вещи одну за другой.