Онлайн чтение книги Прости нам грехи наши Forgive Us Our Sins
1 - 42

Он нахмурился и выругался. Одержимость какая-то. Почему этот клочок бумаги снова оказался в его кармане?

— Ты заставил персонал искать его.

Сын Гон объяснил, заметив, как странно Дже Хёк смотрит на бумажку.

— Не помнишь? Ты закатил скандал посреди пьянки, требуя найти это.

— Я?

— Ты облил ребят алкоголем, разбил бутылки, испортил всё веселье, даже девки разбежались. Вызвал персонал и устроил истерику, требуя найти это во что бы то ни стало. И они нашли.

— А-а, вот как?

Дже Хёк криво усмехнулся, а Сын Гон посмотрел на него как на идиота.

— Тебе, наверное, было весело.

Было на что посмотреть. Пробормотав это, Дже Хёк внезапно выругался.

С раздражением зачесав волосы назад, он снова усмехнулся. На этот раз смех был долгим, он даже захихикал, как ребенок.

Так вот почему настроение было таким дерьмовым.

— Похоже, она мне нравится.

Пришлось признать это. Шин У Ён ему очень нравилась. Он признал это, но дерьмовое настроение никуда не делось.

Сын Гон ошарашенно выдохнул.

— И что теперь, мне еще и места для твоих потрахушек искать?

Но Дже Хёк, казалось, не обращал внимания на болтовню Сын Гона.

Он пристально смотрел на потрепанную бумажку в руке. Глядя на нее, он снова чувствовал, как смех и ругань подступают к горлу. С каких пор такая женщина в моем вкусе? Вся ситуация была абсурдной.

Шин У Ён, которая на всё реагировала вяло, а иногда улыбалась так, словно подавала милостыню. Шин У Ён, которая выглядела дешево, но вела себя чертовски дорого.

Он с досадой прищурился. Выпрямившись, он слегка поднял руку, и ожидавший неподалеку официант подошел. Дже Хёк протянул ему готовую развалиться бумажку и велел выбросить.

Попросив Сын Гона объяснить заново, на этот раз он слушал внимательнее. Материалы, подготовленные Сын Гоном, были на высоте, оправдывая доверие. Всё, от анализа рынка до стратегий управления рисками, было проработано безупречно, планы по управлению капиталом были четкими и удовлетворительными.

С середины он снова слушал вполуха. Сын Гон и так всё сделает как надо. Дже Хёк крутил в руках маленькое украшение, стоявшее на столе.

Еда была отличной, сервис безупречным до самого конца. Любезный менеджер проводил их до парковки и глубоко поклонился, извиняясь за то, что мог доставить неудобства.

Дже Хёк кивнул, принимая извинения. Перед тем как сесть в машину, он покурил с Сын Гоном. Обсудив политическую ситуацию в Ёыйдо, они затушили сигареты и разошлись.

Солнце село, начали зажигаться уличные фонари. Дже Хёк мчался по улицам. При нажатии на газ тело вжимало в сиденье. Острые ощущения от каждого поворота щекотали сердце.

Спортивная машина с ревом проносилась между рядами. Казалось, даже воздух вибрировал вслед за ней. Отстающие машины сигналили, оранжевые фонари проносились мимо.

Место, куда он прибыл, находилось у подножия горы в Сеуле, перед старым жилым комплексом.

Ветхие трехэтажные дома, низкие виллы, маленький рынок — всё вперемешку. Район был настолько незнакомым, что он даже усомнился, что это Сеул. Когда он открыл дверь машины, в нос ударил затхлый запах.

Над головой путались черные провода, у столбов валялись мусорные пакеты. Обернувшись, он увидел бродячую кошку, роющуюся в разорванном пакете с пищевыми отходами.

От этого зрелища напряглась шея. Захотелось курить. Он достал сигарету из внутреннего кармана пальто. Прислонившись к машине и прикуривая, он снова поднял голову и рассмеялся, словно из легких выходил лишний воздух.

Шин У Ён живет там. Женщина, которая живет в этой дыре, мне нравится.

Блять. Вот оно, разочарование реальностью.

Пока он курил, он разглядывал район. Внезапно проснулось уважение к отцу, который был готов бросить всё ради любви к его нищей матери.

— Мой отец был поистине великим человеком.

Говорят, за то, что он разорвал помолвку и сбежал с матерью, ему пришлось десять лет скитаться. Скрываясь от деда, они жили в глуши, перебиваясь случайными заработками.

Только когда мать забеременела Дже Хёком, они смогли вернуться в Сеул. И то, говорят, это стало возможным только благодаря вещему сну деда.

История его родителей, несомненно, была любовью века. Дже Хёк снова тихо усмехнулся. Глядя на убожество этого района, вспыхнувший было интерес угас.

Когда он отправил Ви Сын Гона, узнал адрес Шин У Ён у Чхве Мун Гю и помчался сюда, особых мыслей не было.

Шин У Ён ему нравилась, он хотел поиграть с ней еще, особенно хотел секса. Думал, что она ему надоела, но интерес остался, вот он и приехал за тем, чего хотел. Даже её скверный характер он собирался принять как часть развлечения.

Но увидев в реальности, где она живет, он почувствовал глубокое отвращение к себе. Он не мог любить женщину с таким убогим бэкграундом. Даже мысль о том, что он мог ошибиться в своих чувствах, раздражала. Из-за Шин У Ён он испытывал весь спектр дерьмовых эмоций.

Только приехав сюда, он ясно увидел свои чувства.

Он просто хотел немного поиграть.

Его натура требовала развлечений здесь и сейчас, и невозможность получить желаемое немедленно вызывала гнев.

Если сравнивать, эта женщина была как спорткар, на котором он приехал. Вступив в должность в «Ушин», он какое-то время не сможет наслаждаться ездой на таких машинах. Придется пересесть на скучный черный седан.

Он часто ездил на этом гиперкаре, чтобы насладиться им вдоволь перед вступлением в должность. То же самое было и с Шин У Ён.

Потому что красивая. В его вкусе. Её выходки абсурдны, но в то же время милы и забавны. Секс с ней чертовски хорош. Но он не успел насладиться этим в полной мере. А когда начнется настоящая борьба за наследство, держать рядом такую низкопробную женщину будет нельзя.

Вот почему она так его беспокоит.

Впрочем, в её бедности было и удобство. Изначально разные стартовые позиции исключали серьезные отношения, а значит, легко поиграть и выбросить.

Закончив размышления, он сделал последнюю затяжку и выбросил окурок. Собираясь открыть дверь водителя, он заметил кошку, крутившуюся у его ног.

Белая с светло-коричневыми пятнами. Она даже терлась о его ногу. Приглядевшись, он узнал ту самую кошку, что рылась в мусоре.

То есть она терлась о него теми же лапами и мордой, которыми копалась в отбросах. Дже Хёк запрокинул голову, а затем, потирая ноющие глаза, рассмеялся.

— Ну и видок у тебя.

Он провел рукой по волосам и отряхнул брючину. Жест означал «брысь», но кошка не ушла.

— Проваливай.

— Мяу.

— Проваливай, говорю.

Несмотря на грозный тон, кошка невозмутимо потянулась. Сладко потянувшись и зевнув, она посмотрела на него снизу вверх с надутым выражением морды. Это выражение и навязчивость чем-то напоминали Шин У Ён. Всё, от начала до конца, ему не нравилось.

***

Она проснулась от звонка телефона. Она дремала.

У Хи пошарила у изголовья и взяла телефон. Но звонил не он.

Пришлось встать. Найдя источник звука, она обнаружила телефон на краю стола. Телефон «Шин У Ён». У Хи смотрела на него с недоумением.

Вернувшись от У Дже Хёка, она поставила его на зарядку и забыла. Забыла даже о его существовании. Номер на экране казался смутно знакомым.

У Дже Хёк.

Осознание заставило сердце сжаться. Зачем он звонит? Номер знакомый, но она усомнилась, действительно ли это он. Этот мужчина вряд ли стал бы звонить в такое время без причины.

Прошло уже две недели с их последней встречи.

Мён Вон Чхоль сказал, что всё еще думает. После того как он сказал, что обдумает, когда и как раскрыть её связь с У Дже Хёком, новостей не было.

Одна из инвестиционных компаний, обещавшая поддержку, попала под следствие за вывод средств в офшоры. Из-за этого они вышли из проекта, и Мён Вон Чхоль был занят поиском альтернативного источника финансирования.

Ситуация не позволяла должным образом прикрыть историю с У Дже Хёком. Так что пока он не должен ничего узнать.

Пока она колебалась, звонок прекратился. Даже после этого У Хи стояла неподвижно. Глядя на телефон, она пыталась понять, зачем У Дже Хёк мог позвонить ей спустя две недели.

Узнал ли он что-то за это время? Или просто ошибся номером? Она подумала, что на всякий случай нужно сказать Сок Джу, но телефон зазвонил снова. Опять У Дже Хёк. Звонок был настойчивым.